Пыль дорог
Шрифт:
Сейчас же и вовсе все рушится. Предлагать Савишу уничтожить Илу было бы бессмысленно – тот, связанный по рукам и ногам идиотскими представлениями о долге и чести, просто не пошел бы на это. Остается только одно – бежать. Только бежать!
Эльф вихрем промчался по коридору и неожиданно врезался в Савиша. Тильм шарахнулся в сторону, бормоча извинения, и пораженно замер, увидев, что герцогский племянник держит в руке тяжелую суму.
– Что происходит? – пораженно поинтересовался он.
– Я уезжаю.
– Что?! – Тильм совершенно не
Савиш провел ладонью по встрепанным волосам и зло выдохнул:
– Подальше отсюда! На материк!
– Надолго?
– Навсегда. – Слово слетело с губ, и его уж не вернуть. И зачем он только решился отвезти найденную кузину к дяде? Пожалел девчонку? Думал, герцог, увидев, что племянник ставит родственные чувства выше собственных интересов, раскается и поймет, кто на самом деле должен занять престол? Ну не идиот ли?
В следующий миг произошло то, чего Савиш никак не ожидал: Тильм медленно опустился на одно колено и тихо промолвил:
– Мой лорд, позвольте мне отправиться с вами.
– Ты с ума сошел?! – только и смог ответить юноша.
– Мой лорд, я был рядом с вами всегда. Я был вашим пажом. Я прошу у вас позволения отправиться с вами, куда бы ни лежал ваш путь.
Савиш несколько мгновений помолчал и вздохнул:
– Встретимся через час в городе на пристани.
Продолжать разговор с герцогом было бессмысленно. Кебриан прошел в отведенные ему апартаменты. Впрочем, и там он долго находиться не смог. Некоторое время мерил комнаты шагами, а потом не выдержал и вышел, хлопнув дверью.
Комнату Илы он нашел легко – только и надо было, что дорогу у слуг спросить. Он постучал в дверь и в ответ на вопросительный взгляд выглянувшей служанки тихо обронил:
– Я бы хотел поговорить с миледи Илой.
Служанка скрылась за дверью. Из комнаты послышались невнятные шепотки, а потом та же служанка распахнула дверь:
– Проходите, – и как-то очень быстро исчезла.
В отличие от кабинета герцога комната его племянницы была выдержана в светлых тонах. На окнах стояли цветы, на небольшом столике из палисандра в дальнем углу расположилась фарфоровая ваза с фруктами.
Ила сидела за укрепленными на столе пяльцами и, повернувшись спиной к вошедшему в комнату Кебриану, что-то вышивала.
Юноша терпеливо ждал. Молчание затягивалось. Наконец он не выдержал.
– Это ведь неприлично – оставаться наедине с мужчи… – заговорил он и прикусил язык, сообразив, что выбрал для начала разговора совершенно неподходящую тему.
Ила даже не обернулась:
– Дядя мне доверяет.
Новая пауза затягивалась. На этот раз тишину нарушила Ила:
– Каждая деталь в вышивке на одежде имеет определенное значение. Цветок лилии традиционно символизирует герцогский род Шиамши. Количество опавших листьев означает, сколько родных братьев или сестер погибло у эльфа.
– А как обозначается княжеской род Краши? – невольно
– Чертополохом, – хихикнула герцогская племянница. То ли всерьез, то ли пошутила? А потом вдруг резко поменяла тему: – О чем ты хотел со мной поговорить?
Кебриан, все еще несмело стоявший возле двери, осторожно сделал шаг вперед:
– Ила, я… Я действительно ехал в Шиамши, чтобы заключить брак, как того требовал мой долг. – Он сбился и попытался начать речь заново: – То, что я сказал твоему дяде, – правда. Я прибыл сюда для того, чтобы жениться на тебе. Но я много размышлял над тем, что ты сказала, и теперь понимаю, что ты права. И я должен… – Новая пауза оказалась длиннее.
Так и не дождавшись объяснения, что же должен сделать Кебриан, Ила не выдержав, обернулась:
– Я не поняла. Ты сам-то на мне жениться хочешь?
– Да! – выпалил парень, подавился восклицанием и замолчал. Медленно вздохнул: – Но если ты не хочешь, я все пойму. И я сделаю все от меня зависящее, чтобы твой отказ не повлек войны между Краши и Шиамши!
Ила тихо хмыкнула и осторожно развернула пяльцы с вышивкой к напуганному собственной храбростью Кебриану:
– Еще вопросы есть?
На картине были изображены обвитые вокруг друг друга лилия и чертополох.
Герцог отложил в сторону исписанные листки бумаги, осторожно, одной рукой, удерживая на плече придремавшую крысу, подошел к висящему на стене помутневшему зеркалу в полный рост, медленно провел ладонью по резной дубовой раме и чуть слышно позвал:
– Алмариэн!
Ответ пришел практически мгновенно, словно тот, кого окликнули, ждал вызова.
– Да? – Серая глубина зеркала на миг подернулась пеленой, и отражение герцога Шиамши, и без того смазанное, потонуло в тумане.
– Твой воспитанник прибыл.
– И?.. Ханиф, не тяни!
– Ты воспитал хорошего наследника.
С той стороны туманной пустоты послышался грустный смешок:
– Наследника… Он человек, и хорошо, если проживет хоть половину эльфийской жизни.
– Поживем – увидим, – пожал плечами герцог. – Кстати, я тебя давно не видел. В Шиамши когда последний раз был?
На несколько минут воцарилось молчание, словно невидимый собеседник что-то подсчитывал:
– Да, пожалуй, еще во время службы.
– То есть не меньше полутора веков назад, – подвел итог герцог. – На свадьбу хоть приедешь?
– Постараюсь.
– Буду ждать.
Уже выходя из комнаты своей невесты, Кебриан вдруг вспомнил кое-что и оглянулся:
– Ила, я хотел спросить. На островах ведь нет больше людей – ты с самого начала знала, кто я?
– Разумеется, нет! – быстро возразила девушка. Слишком быстро.
Обмакнуть ручку в чернила, неспешно написать несколько строчек, размышляя, все ли вписал… Магистр Крау вздрогнул, неожиданно услышав голос супруги за плечом: