Пятая женщина

Манкелль Хеннинг

Но Валландер сам видел зыбкость своих доводов. Прежде чем отправиться в цветочный на Вестра Вальгатан, он заехал в полицию. Встретил в коридоре Анн-Бритт и пошел вместе с ней в столовую, где, склонившись над своими бутербродами, не то ели, не то дремали несколько усталых дорожных полицейских. Взяв кофе, Валландер и Хёглунд сели за столик. Валландер рассказал ей о разговоре Мартинсона с Ваньей Андерсон, и ее реакция мало чем отличалась от его собственной. Не может быть! Это всего лишь совпадение. Но Валландер попросил ее найти копию заявления о взломе, написанного Хольгером Эриксоном год назад, а также

проверить, нет ли каких-нибудь связей между Хольгером Эриксоном и Ёстой Рунфельдтом. Поискать в компьютере. Валландер знал, что Анн-Бритт очень занята. Но он хотел получить эти сведения как можно быстрее. Потому что лучше сейчас потрудиться, чем потом осрамиться. Пословица вспомнилась совершенно некстати. Анн-Бритт удивленно смотрела на него и ждала продолжения. Но Валландер не стал ничего объяснять. Он только сказал:

— Нужно спешить. Чем быстрее мы убедимся, что эти два дела не связаны между собой, тем лучше.

Он торопился и хотел уже встать из-за стола, но она остановила его вопросом:

— Кто способен на такое?

Валландер опустился на стул. Перед его глазами снова возникли окровавленные колья. Страшная картина.

— Не знаю, — сказал он. — Это убийство так изощренно, что я не могу найти для него нормальных объяснений. Если вообще убийство можно объяснить.

— Можно, — уверенно ответила Анн-Бритт. — У нас у всех бывали в жизни минуты, когда мы в ярости желали чьей-нибудь смерти. А у некоторых людей отсутствуют естественные тормоза. И они убивают.

— Меня пугает продуманность этого преступления, — продолжал Валландер. — Человек, совершивший его, не пожалел времени. Он до мелочей был знаком с привычками Хольгера Эриксона. Похоже, он хорошо изучил его.

— А может, зацепка именно здесь? — предположила Анн-Бритт. — Судя по всему, Хольгер Эриксон ни с кем близко не дружил. И все же убийца был где-то рядом с ним. Хотя бы в какой-то момент. Во всяком случае, он побывал у канавы. Подпилил доски. Он должен был прийти и уйти. А значит, его могли видеть. Или заметить машину, не принадлежащую никому из местных. Люди замечают такие вещи. Сельские жители все равно, что птицы или звери в лесу. Наблюдают за нами, а мы их не видим.

Валландер задумчиво кивал. Он думал о чем-то своем.

— Мы поговорим позже, — сказал он. — Сейчас я еду в цветочный.

— А я пока поищу то, что вы просили, — ответила Анн-Бритт.

Они расстались у дверей столовой. Уже на выходе Валландера окликнула Эбба и сказала, что звонил его отец.

— Позвоню ему попозже, — отмахнулся Валландер. — Сейчас не могу.

— Как ужасно то, что случилось, — сказала Эбба. И Валландеру показалось, что она соболезнует ему лично.

— Я как-то покупала у него машину, — продолжала она. — «Вольво», PV 444.

Валландер не сразу понял, что она говорит о Хольгере Эриксоне.

— Ты водишь машину? — удивился он. — Я даже не знал, что у тебя есть права.

— Уже ровно тридцать девять лет, — ответила Эбба. — И PV мой пока цел.

Валландер вспомнил этот старенький, но ухоженный PV — он часто видел его на стоянке возле полицейского участка, но никогда не задумывался, чей он.

— Надеюсь, сделка была выгодной? — спросил Валландер.

— Для Хольгера Эриксона, —

жестко ответила Эбба. — Он содрал с меня слишком много за такую машину. Но поскольку все эти годы я поддерживала ее в хорошем состоянии, можно считать, что в конце концов, в выигрыше осталась я. Теперь у меня машина-ветеран.

— Я должен идти, — сказал Валландер. — Прокатишь как-нибудь на своем PV?

— Не забудь позвонить отцу, — напомнила Эбба.

Валландер резко остановился и задумался. Потом решился.

— Позвони ты ему, — попросил он Эббу. — Не в службу, а в дружбу. Объясни, чем я сейчас занят. Скажи, что я позвоню ему, как только освобожусь. Надеюсь, у него ничего не стряслось?

— Он хотел поговорить об Италии.

Валландер кивнул.

— Мы поговорим об Италии. Но потом. Передай ему это.

Валландер сразу поехал на Вестра Вальгатан. Кое-как припарковал машину, наполовину заняв узкий тротуар, и вошел в магазин. Там были покупатели. Валландер подал Ванье Андерсон знак, что может подождать. Минут через десять магазин опустел. Ванья Андерсон быстро написала объявление, прикрепила его на стекло входной двери и заперла магазин. Они обогнули дом и зашли в тесный офис. От резкого цветочного запаха у Валландера слегка кружилась голова. Писать ему, как всегда, было не на чем. Поэтому он придвинул к себе пачку карточек для букетов и стал делать заметки у них на обороте. На стене висели часы. Они показывали без пяти одиннадцать.

— Давайте начнем по порядку, — сказал Валландер. — Итак, вы позвонили в туристическое бюро. Почему вы это сделали?

По лицу Ваньи он видел, что она растеряна и обеспокоена. На столе лежал выпуск газеты «Истад Аллеханда» с большой статьей об убийстве Хольгера Эриксона. «Хорошо хоть она пока не знает, и надеюсь не узнает о наших опасениях по поводу возможной связи между Хольгером Эриксоном и Ёстой Рунфельдтом», — подумал Валландер.

— Перед отъездом Ёста написал, когда его ждать обратно. А я куда-то засунула этот листочек. Сколько ни искала, не смогла найти. Позвонила в турбюро. А там сказали, что Ёста должен был улететь двадцать третьего, но так и не приехал в «Каструп».

— Как называется турбюро?

— «Экзотические путешествия». Оно находится в Мальмё.

— С кем вы разговаривали?

— С Анитой Лагергрен.

Валландер записал.

— Во сколько вы звонили?

Она назвала время.

— Что еще сказала Анита Лагергрен?

— Ёста никуда не уехал. Он не проходил регистрацию в «Каструпе». Ему позвонили домой, но никто не ответил. И самолет улетел без него.

— Какие-нибудь еще действия они предпринимали?

— Анита Лагергрен сказала, что они послали письмо, в нем говорилось, что деньги за поездку Ёсте возвращены не будут.

Ванья явно хотела что-то добавить, но осеклась.

— Есть что-нибудь еще? — мягко спросил Валландер.

— Эта поездка стоила огромных денег, — сказала она. — Анита Лагергрен назвала сумму.

— Сколько?

— 30 000 крон. За четырнадцать дней.

Да, действительно. Сумма огромная. Сам Валландер никогда в жизни не потратил бы таких денег на поездку. Неделя в Риме обошлась им с отцом в треть этой суммы.

— Очень странно, — вдруг сказала она. — На Ёсту совершенно не похоже.