Шрифт:
Книга первая. Головы уже нет, а курица ещё бежит
Нежданный гость
С Игорем Скромным мы знакомы давно, в молодости вместе играли в группе со смешным названием «Система шумоподавления». Гоша сочинял тексты песен, а я придумывал мелодии. Играли по кабакам, клубам, как-то раз даже выступали на рок-фестивале вместе с «АукцЫоном» и «Калиновым мостом».
Потом жизнь нас разбросала, брать в руки гитары мы стали всё реже. Игорь ударился в журналистику, стал постоянно занят – работал на конвейере
Впрочем, раз в год мы с Гошей всё же встречались, вспоминая под рюмочку наши былые музыкальные приключения. Последний раз я видел его месяцев пять назад, и каково же было моё удивление, когда он без всяких предварительных созвонов приехал ко мне рано утром, и едва я открыл дверь, буквально вломился в мою квартиру, тараторя: «Старик, можно я спрячусь у тебя на несколько дней?»
Я пытался втолковать Игорю: мол, ему жутко повезло, что он застал меня дома, и вообще-то у порядочных людей принято заранее предупреждать о визитах. Но он ни на секунду не собирался быть порядочным, ничего не хотел слушать, выглядел очень встревоженным, дрожал как в лихорадке и твердил словно полоумный:
– Никому не говори, что я у тебя! Мне нужно залечь на дно!
– Да что случилось, можешь объяснить? – недовольно спросил я его.
– Я всё тебе сейчас расскажу, – твердил он. – Только пойду умоюсь с дороги, ладно?
Я пожал плечами, бросил ему полотенце, а он, уже заходя в ванную, обернулся и спросил:
– У тебя выпить есть?
– Иди уже, – ответил я.
«Прекрасно знает, что у меня дома всегда есть хороший коньяк, а всё равно спрашивает, – раздражённо подумал я. – Ишь как его ломает! Не иначе с запоя припёрся!»
Суббота только начиналась, особых планов на этот день у меня не было – на работе на два месяца вперёд я взял творческий отпуск. Так что пока Гоша приводил себя в порядок, я на скорую руку приготовил закуску, достал рюмки, и когда он вышел из ванной, поставил на стол бутылку коньяка.
– Так что у тебя стряслось? – спросил я уже окончательно проснувшись.
– Наливай, – сказал Игорь. – Случилось такое! Ты не поверишь!
Ночной телефонный звонок
Игорь Скромный начинает свой рассказ
Телефонный звонок среди ночи пронзил мозг словно током.
Накануне я смотрел по телеку классный футбол Аргентины с Бразилией, откушал под это дело бутылку хорошего вискаря и потом всю ночь видел цветные сны… Слаломные проходы Месси и финты Неймара под несмолкаемый рёв трибун органично вливались в блистающий красками шумный бразильский карнавал. А там, ритмично раскачиваясь в пульсирующих ритмах самбы, призывно манили к себе тугие задницы красавиц в перьях. Их бёдра раскорячивались в немыслимых шпагатах – и вот уже разлившаяся по всему моему телу сладкая истома прибоя Копакабаны одеяльно приподнялась надо мной холмом Корковаду… Тем более что и спал я, раскинув руки – как Христос…
И тут – как серпом…
В темноте
– Алло… – пробормотал я спросонья.
– Игорь, вы? – раздалось с другого конца трубки, и голос показался мне неприятно знакомым.
– Алло, да. Кто это? – спрашиваю, а уже дошло, что это директриса с работы.
– Это Чулкова Эмма Вадимовна.
– Что случилось? Который час?
– Да уж почти утро. Я бы не стала звонить так рано, но дело срочное.
– Как утро? Я же вроде только лёг…
– Надо ложиться раньше… Вам сегодня срочно нужно будет поехать вместо меня в командировку в Ульябинск. У меня появились важные дела, так что придётся ехать вам.
– В Челябинск? – не расслышал я. – Но зачем? Что там стряслось?
– Я сказала в Челябинск? Значит, оговорилась. В Ульяновск! Там открывается всероссийский фестиваль прессы. Сегодня вечером я собиралась туда поехать, уже и билет на поезд куплен. Но возникли срочные дела, придётся ехать вам – как лауреату от нашего холдинга. Там вам вручат приз.
– Я – лауреат???
– Долго рассказывать по телефону, к восьми утра будьте в редакции до планёрки, я всё объясню. И сразу соберите вещи в командировку – поезд сегодня в шесть вечера.
– Но я не готов… Почему нельзя было предупредить раньше? Что за срочность? – начал просыпаться я.
– Потому что так надо. Другим туда ехать не резон, а вы – лауреат, для нашего холдинга это будет пиар. Иначе бы я вам и не звонила так рано – боялась, что не застану. В общем, надо ехать – это приказ!
И бросила трубку.
– Вот суки! – единственное, что я смог сформулировать в столь ранний час.
Делать нечего, пришлось вставать.
Меня сразу смутила эта внезапная срочность. Почему директриса не могла предупредить о командировке заранее? Что за бардак на производстве? Возникли подозрения, что дело тут не в каком-то моём лауреатстве (что за хрень?), а в том, что у Эммы Вадимовны в очередной раз не сложились пазлы в личной жизни.
Чулкова – тётка, в принципе, легко предсказуемая: типичная чиновница от журналистики, каких пруд пруди, но при этом дама незамужняя, да ещё в период обостряющегося климакса. В редакции ходили разговоры, что в молодости она была замужем за каким-то перцем, но тот то ли сбежал от неё, то ли застрелился в голову, и с тех пор замуж она больше не выходила. Но регулярно меняла состоятельных ухажёров. Вот и сейчас сплетничали, что у неё появился очередной богатенький хахаль, правда, женатый. Наверняка и собиралась прошвырнуться с ним в счёт командировки в стороне от любопытных глаз. Да, видимо, у любовничка что-то не срослось: жёны тугих кошельков умеют быть бдительными.
Что же касается меня, то я всего как два дня вернулся из очередной командировки, толком вещи из сумки ещё не успел разобрать – и опять сборы!
Быстро умылся, слегка позавтракал, бросил в сумку пару свежих рубашек, взял паспорт, положил в кошелёк немного наличных, проверил на месте ли банковская карта – и поехал на работу.
Привет от Русского музея
Войдя в кабинет директрисы, я сразу попросил объяснить – куда и зачем мне надо ехать: