Пять лет спустя
Шрифт:
— Так. А их мы напечатали с запасом, — с трудом удержался я, чтобы не почесать затылок.
Ну, а как... Пермская денежная фабрика Госзнак печатает деньги для целого ряда стран, а не только для России. Вот я и сделал им заказ на перспективу. Миллионов на двести пятьдесят, если в рубли перевести. Из них, дай Бог, сейчас миллионов сто тридцать — сто сорок в ходу, опять же, если на рубли переводить, а остальные пока лежат в хранилище.
— Сомневаюсь, что движение наличных денег превысит даже хотя бы десять — пятнадцать процентов от оборота векселей и безналичных переводов, — мягко улыбнулась Алёна, поглаживая свой портфельчик.
—
Просто нет у меня соответствующих знаний и опыта. Да и откуда бы им взяться?
— Ты мне говорил, что тебе нужен год, а то и полтора, чтобы скопить деньги и запустить твою техномагию так, что конкуренты останутся далеко за бортом. Я правильно тогда тебя поняла?
— Да так оно и есть... — приготовился я было к объяснениям, сколько и чего мне надо построить, но Алёнка прижала к моим губам палец, заставляя замолкнуть.
И получилось у неё это настолько мило, что я разом потерял весь свой запал и заулыбался.
— О какой сумме шла речь? Ты тогда её не озвучил.
— Как минимум, миллионов пятьдесят, а лучше, семьдесят. Естественно, в рублях, — озвучил я давно считанные и пересчитанные цифры.
— Ты тогда мельком упомянул, что производство планируется в Маньчжурии.
— Если мы говорим про электровозы, то да. С автомобилями и тракторами я пока не определился. Там Япония и Россия в основных претендентах.
— Можно сделать так, чтобы не меньше восьмидесяти процентов будущей продукции продавалось только за юани? — с абсолютно серьёзным лицом спросила Алёнка, и я понял, что это для неё один из контрольных вопросов, а награда за правильный ответ на него хранится в её маленьком плоском портфельчике.
— Если честно, то вряд ли, — помотал я головой, не в силах представить, чего, кого и сколько нам придётся перевозить в Маньчжурию, — От силы сорок — пятьдесят процентов осилим, если мы говорим про первые два — три года. Теоретически, заводы в Маньчжурии можно успеть построить, но люди... Их с места просто так не сорвёшь, хоть у нас, хоть в Японии. И жить им где-то надо. Нет, всё в Маньчжурии сделать не получится. Кадры...
— Ответ правильный. Проект предполагает сорок — сорок пять процентов продаж в юанях, — усмехнулась Алёнка так, словно она вовсе не моя жена, а какой-то злобный работник кредитного отдела, — Остальное допустимо в рублях и йенах. Это важно для гарантий государственного займа, которым и является предлагаемый проект эмиссии юаней.
— Пока не уловил, в чём изюминка... — растерянно произнёс я, так как вроде не услышал ничего нового, а тем не менее деньги откуда-то должны вот-вот появиться, словно кролик из шляпы фокусника.
— Ты пропустил слова — эмиссионный центр, — лукаво улыбнулась жена.
— Хм, а кстати, что в нём необычного, в этом центре?
— Он перераспределяет государственные кредиты, — спокойно заметила Алёнка, но посмотрев на моё не слишком одухотворённое выражение лица, снизошла до более развёрнутого объяснения, — Маньчжурия даёт нашему банку право на распространение своих денег. Выглядит это, как государственный кредит под небольшой процент, скажем, под один или два процента в год, и предполагает срок кредита в пять лет. Наш банк
— Получается, у меня будут средства на весь проект?
— Кредит, и очень дешёвый. Но тебе можно не беспокоиться. Со второй части этого кредита мы легко вернём все проценты.
— Мне надо подумать. Кстати, ты не в курсе, где у нас опять Светлану чёрти носят?
— Вечером прилетит, — опять улыбнулась жена, давая понять, что я становлюсь предсказуем, — И весь свой мозговой центр с собой притащит.
Ну, да, правильно. Специалисты у нашей Стальной Королевы подобрались на зависть. Неразрешимые проблемы, как орешки щёлкают.
Мне пришлось заказывать кофе. С ним у меня мозг быстрей работает.
— Юань при эмиссии не рухнет, как франк? — сам собой пришёл мне в голову первый вопрос, стоило сделать пару глотков обжигающе горячего напитка.
— Французы надеялись сделать свою валюту всемирной, но не сильно обеспокоились товарным обеспечением своих денег. Оттого курс франка постоянно падает. В нашей довоенной истории на такую же коровью лепёшку наступили американцы, выпустив столько денег, что их страна даже за двести лет на смогла бы погасить свой внешний долг. Это и стало основной причиной Третьей Мировой Войны. Американцы привыкли производить только деньги, а всю серьёзную промышленность потеряли. В результате им пришлось защищать свои доллары при помощи ядерных боеголовок, что получилось для их страны крайне неудачно, — манерно отставив мизинчик в сторону, провела жена краткий экономический экскурс, принимаясь за свой кофе, — А у Маньчжурии прекрасная динамика промышленного роста. Ваш металлургический комбинат, золотодобыча и блестящие перспективы Харбинского транспортного узла, прибыль которого растёт с каждой неделей. Ну, и плюсом ко всему — доходы от весьма специфического азиатского туризма, — не удержалась она от лёгкого укола, — Император мне уже жаловался, что в бюджет следующего года чиновники внесли рекордное количество командировочных расходов, связанных с посещением Харбина.
— А я-то тут причём? — попробовал я откреститься от свободы и лёгкости нравов Харбинской ночной жизни.
— Лучше подумай, как вдвое увеличить количество рейсов маголёта, а то у вас на Харбин и обратно все билеты первого класса на полтора месяца вперёд уже раскуплены. Экзотика в столице нынче в моде и в цене.
— Ты хочешь сказать, что теперь к нам полетят толпы таких же засранцев, как те, которых мне пришлось спасать? — вспомнил я целую операцию по поиску столичных чиновников, возжелавших приобщиться к ночной жизни Харбина.
Кстати, там всё расследовано, и выяснилось, что было просто несчастливое совпадение фактов.
Сестра одного из пленных китайских офицеров специально продалась в Харбинский бордель, чтобы помочь своему старшему брату сбежать. Всё узнала, и клиента с автомобилем нашла, а то, что не в самый подходящий момент к ним заглянули наши столичные чиновники, всеми участниками побега было воспринято, как знак свыше.
Собственно, это и был для них знак, но только он был со знаком минус.