Пути судьбы
Шрифт:
Вздохнув, Соня села рядом. Да, Луми прав, идти дальше, не имея под рукой ни одного из магических талисманов старого Гартаха, было опасно… Однако она не представляла, о чем тут размышлять: ну, не повезло, они лишились всех этих колдовских штучек, значит, надо рассчитывать лишь на свои силы да еще на удачу…
Но удача — это самый ненадежный дар из всех, что посылают людям Боги. И там, в мрачном коридоре, куда путники попали, едва спасшись от страшного обвала, она им явно изменила… Сначала Луми и Соня обрадовались, оставив позади ужасный Храм Хис, превратившийся в груду развалин.
Мальчик,
Соня первая ощутила тяжелый запах: тошнотворную вонь разлагающейся плоти и какой-то кислятины. Она схватила мальчика за рукав, и они медленно пошли рядом, стараясь угадать, что за новая напасть ждет их там, за поворотом.
— Постой! Я слышу странные звуки! — прошептала девушка, замерев на месте.
Луми стоял рядом и напряженно вслушивался: ему показалось, что он тоже различает близкую возню, шорох и тихое попискивание.
— Похоже, там какие-то твари. Как бы они на нас с тобой не набросились! — тихо сказал мальчик, чувствуя, как тошнота отвратительным комком подкатывает к горлу.
— А на что тогда твой хваленый жезл Красного Огня?! Ты вроде не раз упоминал о его могуществе! — прошипела Соня. Она терпеть не могла, когда кто-то рядом с ней начинал трусить, толком не узнав в чем дело и еще не столкнувшись с опасностью лицом к лицу. — И чему только Гартах учил тебя столько лет! Для начала ему следовало…
Но девушка не успела договорить: мерзкое серовато-коричневое животное вдруг выскочило из-за поворота на середину Тропы и замерло, увидев пришельцев. Его глаза злобно вспыхнули красными огоньками, шерсть на загривке поднялась дыбом. Тварь приподнялась, принюхиваясь, на задние лапы и с отчаянным визгом бросилась назад.
Это оказалась крыса, огромная, не меньше кошки, и, судя по переполоху, поднявшемуся там, откуда она появилась, растерявшихся путников ожидала встреча с целыми полчищами подобных существ.
— Сейчас… Сейчас я вспомню! Ты не думай, Рыжая, я не боюсь, совсем не боюсь! — говорил Луми, слегка постукивая зубами. — Стой, не ходи, мне надо вспомнить заклинание. О Боги, как ужасно они пищат! Ненавижу крыс и летучих мышей! Омра, омра, кафе… Нет, не то… Кифа, олус, фаро…
— Ну, ты долго будешь стоять и бормотать? Сейчас они накинутся на нас! Слышишь, что творится?
За поворотом действительно происходило нечто невообразимое. Похоже, оттуда готовилась выкатиться целая лавина бурых ощерившихся тварей с горящими красными глазами. Соня на миг представила, как крысы с визгом вцепляются ей в горло, и острые мелкие зубы рвут кожу и мышцы. Девушка вдруг почувствовала себя маленькой и беспомощной.
Но тут раздался победный вопль Луми:
— Вспомнил! Пошли! Затыкай нос — сейчас так завоняет паленым, не продохнуть!
Воспрянув духом, девушка на всякий случай выхватила кинжал и встала рядом, приготовившись
— Не лезь вперед, держись немного сзади, а то как бы тебя вместе с ними не поджарить! — прокричал Луми, заглушая визг множества крысиных глоток.
Факел по-прежнему пылал в его руке ослепительным белым шаром. Мальчик выставил его вперед, как боевой меч, и воскликнул:
— Омра! Кафе! Фаро! За мной, Рыжая!
Начисто позабыв свои недавние страхи, он резко бросился по коридору, а огненный шар, сорвавшись с трубки, зашипел и метнулся за поворот, туда, где бесновались поджидавшие путников злобные существа. И тут же на конце жезла возник новый огненный шар. Быстро увеличиваясь в размерах, он угрожающе потрескивал, разбрасывая белые искры. Меж каменных стен творилось нечто невообразимое. А Соня до этого не могла даже вообразить, что крысы способны издавать такие жуткие вопли — или им встретились вовсе не крысы?
— Поторопись! — через плечо бросил Луми, метнув в глубину коридора второй огненный шар.
Судорожно сжав рукоять кинжала, девушка бегом догнала юного колдуна. То, что она увидела, поравнявшись с ним, больше всего напоминало кошмарное сновидение. С трудом сдержав крик ужаса и отвращения, Соня быстро шагала вслед за Луми, а он все посылал и посылал вперед смертоносные сгустки огня……
Тропы не было видно: впереди, насколько видел глаз, шевелился сплошной ковер из рыжевато-бурых спин. Сверкали бессильной яростью глаза, мелькали оскаленные морды. А вдоль стен высились груды бесформенных обгорелых трупов. Задыхаясь от невыносимого смрада горелой плоти, кашляя от дыма, раздирающего легкие, люди упорно продвигались вперед. Крысы, словно хорошо обученное войско, посланное на смерть, не собирались отступать и с пронзительным визгом бросались навстречу испепеляющему пламени.
Один за другим срывались с жезла ослепительные шары, прожигая дорогу в визжащей массе мохнатых тел. Там, где пролетал огненный сгусток, оставалась чистая полоса Белой Тропы, а обугленные смердящие тела горячий вихрь отбрасывал к стенам, размазывая по грубой кладке. Соня старалась не смотреть на дымящееся месиво, ей легче было идти, глядя на оскаленные морды тварей. «Нет, это не крысы, крысы не могут так вопить!» — с содроганием подумала девушка, слыша этот получеловеческий-полузвериный крик, сотрясавший своды широкого коридора. В воздухе, словно черные бабочки, носились жирные хлопья сажи.
Вдруг что-то изменилось: леденящий душу вопль смолк, и крысы, тысячи, десятки тысяч огромных крыс, бросились вперед, подминая слабых, забираясь на спины друг друга, словно какая-то сила толкала животных навстречу смерти, чтобы хоть некоторые из них прорвались и загрызли пришельцев, дерзнувших проникнуть в их владения…
Дыхание со свистом вырывалось у Луми из груди, воздуха не хватало, рука, сжимавшая жезл, из последних сил поднималась вверх, посылая огненные шары. Они с треском слетали с конца трубки, прожигая дорогу в шевелящейся массе, но на смену убитым прибывали все новые и новые полчища живых кровожадных тварей…