Пути-перепутья

Фонтане Теодор

–  А где же венок?
– спросила та самая женщина, которая минутой раньше раскритиковала талию фрау Дёрр.

–  Венок?.. Вы сказали - венок? Вы что ж, не знаете?.. До вас разве

слухи не доходили?

–  Ах да… Ну, разумеется, доходили. Но, дорогая госпожа Корнацки, если всякий раз верить слухам, венки вообще переведутся, и цветочнику Шмидту с Фридрихштрассе придется закрывать свое дело.

–  Ваша правда,- засмеялась и фрау Корнацки,- это вы точно. И вдобавок за такого старика. Небось шестой десяток разменял! Ему бы серебряную справлять, а не жениться!

–  Верно, верно. Так он и выглядит. А воротнички-то, воротнички-то каковы! Долго такой не протянет!

–  Этим воротничком он в два счета ее заколет, ежели что прослышит.

–  Беспременно заколет.

Разговор в этом духе продолжался еще некоторое время, а из церкви меж тем уже неслись первые звуки органа.

На другое утро Ринекер и Кете сидели за завтраком в кабинете у Бото. Сквозь распахнутые окна вливался свежий воздух и солнечный свет. Ласточки,

что гнездились вокруг двора, со свистом резали воздух, и Бото, имевший привычку подкармливать их по утрам, потянулся было с этой целью к корзиночке для крошек, но заливистый смех жены, уже более пяти минут погруженной в чтение любимой газеты, заставил его переменить намерение.

–  В чем дело, Кете? Ты, видимо, нашла что-то на редкость смешное.

–  Да, нашла… До чего же смешные попадаются имена! И непременно в извещениях о свадьбах и помолвках. Только послушай…

–  Слушаю с величайшим вниманием.

–  «…Имеют честь сообщить о состоявшемся сего дня бракосочетании следующие лица: Гидеон Франке, фабричный мастер, Магдалена Франке, урожденная Нимпч…» Нимпч! Ха-ха-ха! Смешнее не придумаешь! И еще этот, Гидеон!

Бото взял газету из ее рук, правда, с единственной целью скрыть за ней свое смущение. Потом он вернул газету жене и сказал со всей доступной ему в данную минуту легкостью:

–  А чем тебе не по вкусу Гидеон? Гидеон гораздо лучше, чем Бото.