Шрифт:
Глава 1. Камилла Моранси
Жареные ортоланы под медовой подливой казались молодой королеве очаровательными на вкус, но прежде она не любила сочетаний мясного и сладкого, а сегодня вдруг внезапно захотелось. Хотя, обычно, в конце месяца Летних Дождей Камилла Моранси предпочитала салаты из свежих овощей и жареную рыбу, но теперь что-то неуловимо поменялось. Настроение, вкусовые привычки, желания – все это теперь стало иным, лишив ее прежнего чувства уверенности в себе. И сейчас, наслаждаясь внезапно снискавшим ее любовь блюдом, Камилла примерно понимала,
Однако – что толку гадать без толку? Время покажет, подтвердится ее догадка или нет, а пока можно предаться временной беззаботности.
Ее супруг Виктор, в последние месяцы не изменявший хмуро-озабоченному выражению на лице, заметно приободрился и даже время от времени приветливо улыбался Камилле. От этого у нее на душе становилось легко и спокойно: хоть им никогда не суждено полюбить друг друга, но крепкой дружбы, омрачаемой иногда вынужденными холодными ночами, уже не избежать. Виктор стал ее первым и последним мужчиной, поскольку они отдали друг другу венчальные кольца перед светлым ликом Творца, и то, как происходит любовная связь у других супружеских пар, Камилла не знала и не хотела представлять.
Король в постели вел себя нежно, без лишней и совершенно неуместной пылкости, большего ей и желать вряд ли стоило. Книги, написанные мудрыми историками, повествовали о королях-тиранах, и Камилла отлично осознавала, что ей повезло не стать жертвой такого человека.
– Скажите мне, Виктор, - голос слегка дрогнул от непонятного беспокойства, - все ли в порядке в Вете?
– И да и нет, сударыня. Насколько мне известно, война на западных границах с Аранией не прекращается, но наши войска не несут серьезных потерь.
– Я рада это слышать, - сказала Камилла с облегчением, и улыбнулась, подумав, что впервые за целый год ее душа лишена напряжения и страха. Теперь все должно пойти если не хорошо, то хотя бы приемлемо.
– Что касается герцога Мартина Дальгора, - продолжал король, и между его светлых глаз залегла слабая складка, - он, насколько известно теперь, воюет на этих границах и не считает себя виноватым в измене Фиаламу.
– А вы считаете иначе? – осторожно спросила молодая женщина и, положив вилку на тарелку со слабым звоном, внимательно вгляделась в лицо супруга. – Ведь кинжал нашелся.
– Это так, но герцог ни разу не написал о своей непричастности к похищению. Наводит на мысль, что он был чьим-то сообщником.
– Постарайтесь не рубить сплеча, - Камилла постаралась говорить мягко и вежливо, чтобы не выглядеть вздорной и настойчивой. – Негоже будет, если на Талнор падет опала.
– Не падет, - щедро пообещал Виктор Моранси, и его лицо просветлело. – Только я хотел бы просить вас об одолжении.
– Интересно, каком?
–
Мучительно захотелось пить, и Камилла припала губами к бокалу с прохладной водой, вопросительно глядя на супруга. Трудно было ожидать что-нибудь хорошего теперь, однако она попыталась. И зря.
– Девушку застали врасплох в компании двух молодых восточников и обыкновенной горожанки.
– Ничего себе… - неподдельно удивилась королева. – Сюзанна всегда тиха, мила и обходительна. Но я обещаю вам, что побеседую с ней.
– Льюис Холт добавил, что их положение спас сердечный приступ герцога Эртона, с которым он пришел, - озабоченно добавил Виктор и вновь нахмурился.
– Год-другой и Фрэнсис Эртон нас оставит, если не раньше. Славно, что у него есть наследники.
– У него умер единственный сын?
– Зато имеется двоюродный брат с сыновьями, - неохотно отозвался король. – Что же, я могу лишь рассчитывать на разум неано Фрэнсиса, а мыслит он вполне здраво. Ходят слухи про некого бастарда, отосланного им из замка много лет назад.
– Это не разум, - горячо возразила Камилла, - а граничащая с глупостью гордыня.
– Не беспокойтесь, - муж снова одарил ее улыбкой, - вы стали слишком впечатлительны в последние дни, и не стоит верить ветреным слухам. Лучше скажите, нет ли в вас желания поделиться радостью?
– Что?..
– Я давно обратил внимание на ваш изменившийся аппетит и частый сон. Ортоланы в меду это необычно, прежде вы такой пищей не увлекались.
Камилла почувствовала, как смуглость щек сдается густому румянцу и опустила голову. О том, что может оказаться беременной, даже и думать не приходило ей в голову, королева все это считала последствиями сильных волнений и терзаний за судьбу Фиалама, но что, если Виктор прав? Набравшись сил, она посмотрела прямо в лицо супруга и быстро улыбнулась. Смущение одержало верх.
– Если дело так, как вы говорите, то к концу следующей весны я смогу вас порадовать, - произнесла она чуть слышно. – Или к началу лета. Хочется верить, что в Фиаламе все будет хорошо к этому времени.
– В таком случае скоро к вам явится лекарь, для подтверждения или опровержения нашей теории, - сообщил Виктор.
– Конечно, Ваше Величество.
Остаток обеда прошел в гулком молчании. Вместо кремового пирожного Камилла съела корзиночку с фруктами, вместо слабого вина пила медовую воду. Думать о плохом расхотелось, даже учитывая, что Фиалам ждали явно не лучшие времена. Неважно, что случиться, главное, чтобы принцы и принцессы рождались счастливыми.