Путь
Шрифт:
Тем не менее, никакие неожиданности не могли притупить чувство осторожности, всегда присущее лорду Бергусу. Покинув собрание лордов, он был уверен, что не сможет выбраться из замка, что его просто не выпустят за ворота. Увидев и услышав слишком многое, Бергус стал опасен для заговорщиков, а потому не удивился бы, прикажи Кайлус своим дружинникам расправиться со смутьяном прямо на внутреннем дворе. Ведь, как известно, надежнее всего тайну хранят мертвецы. Именно этой мыслью и была вызвана спешка, с которой Бергус и его люди собирались в путь.
– Собрать всех! Уходим немедля, - властно приказал Бергус, подозвав своих слуг. Окинув цепким взглядом двор замка лорд пытался понять, не появилось ли
Сопровождавшим лорда воинам не нужно было повторять приказ. Эти рубаки, бывалые бойцы, наемники, родившиеся в далеких краях, и служившие роду Бергусов уже много лет, привыкли подчиняться беспрекословно. Не подав виду, они принялись седлать коней, снова и снова проверяя, крепко ли держатся подпруги, стоило только услышать распоряжение господина, хотя еще совсем недавно лорд даже в мыслях не допускал, что придется столь поспешно покинуть замок Кайлуса. Но, несмотря на то, что наступала ночь, и передвигаться по дорогам было не безопасно, Бергус не желал оставаться в замке, этом осином гнезде, логове предателей, ни мгновением больше, чем необходимо.
– Вырвать с корнем, - со злостью рычал сквозь зубы лорд, взбираясь на коня, мелко дрожавшего, словно чувствуя охвативший своего хозяина гнев.
– Выжечь эту гниль каленым железом! Предатели, смеющие называть себя благородными рыцарями!
– презрительно фыркнул Бергус, и, не сдержавшись, плюнул себе под ноги.
– Просто сборище подонков, не ведающих, что такое честь, презирающих собственное слово!
Бергус знал, что нужно делать, и он намеревался немедленно отправиться к королю, чтобы пресечь мятеж прежде, чем заговорщики успеют собраться с силами. Один Кайлус мог выставить почти столько же воинов, сколько было в наемной гвардии Эйтора. Бергус понимал, что война, которая может разразиться в любой миг, будет ожесточенной и не закончится за один день, взяв множество жизней, принеся опустошение на земли Альфиона, и не важно будет, кто в итоге возьмет верх.
Лорды разделятся на два лагеря, ведомые самыми разными целями, и, прикрываясь красивыми лозунгами, словами о долге и чести, станут решать свои проблемы, избавляясь от соседей, перекраивая границы своих уделов. И вот тогда настанет самый удачный момент для вторжения тех самых хищников из сопредельных земель, о которых столь возбужденно говорил Кайлус, а после и самозванец, притворявшийся принцем. Явятся келотские сеньоры со своими наемными армиями, не замедлят придти и градские князья, дабы сеять смерть, разоряя ослабленное усобицей королевство. Нет, все нужно сделать быстро, собрав верных королю людей, взяв штурмом этот замок, пока мятежники не расползлись по своим норам, как спугнутые тараканы.
– Милорд, все готово, - капитан личной гвардии Бергуса окликнул своего господина, озиравшегося по сторонам. Признаться честно, лорд каждое мгновение ожидал нападения, поскольку сам на месте того же Кайлуса поступил бы именно так, избавив себя от опасности.
– Можем выступать!
Лорд обвел взглядом свою свиту, полторы дюжины воинов, умелых бойцов, не раз бывавших в переделках и заслуживших уважение Бергуса своей преданностью и отвагой. Всего полторы дюжины, примерно столько же, сколько было в свите каждого лорда, получившего приглашение Кайлуса. А в замке находилось не менее полусотни воинов, верны мятежнику. Силы были не равны, к тому же не стоило забывать и о том, что принц-самозванец также прибыл в это гнездо измены не в одиночестве. И сейчас, когда отряд Бергуса сгрудился возле самых ворот, был лучший момент, чтобы разделаться с ними разом, просто расставив на стенах арбалетчиков и расстреляв мечущихся по дворику людей. Не пришлось бы
При этой мысли Бергус почувствовал, как холодеет в груди, точно сердце превратилось в глыбу льда. Пожалуй, только сейчас он понял, что чувствует попавший в капкан зверь, ожидая, когда приблизится охотник. Оказывается, это страшно, ощущать себя беспомощной мишенью на состязаниях лучников.
– Готовы?
– переспросил лорд, обведя взглядом своих дружинников и слуг.
– Тогда вперед, забери вас демоны! Убираемся отсюда, - рявкнул он, пытаясь скрыть страх.
– Живее!
Их все же выпустили, позволив уйти без помех, и лорд Бергус, услышав, как за спиной с глухим стуком сомкнулись створки ворот родового замка Кайлусов, почувствовал несказанное облегчение. Никто не вышел проводить лорда, но и не летели со стен угрозы и оскорбления, что уже было хорошим знаком. Пожалуй, заговорщики просто не могли решить, как поступить, ведь, очень может быть, они не думали, что все так обернется.
Замок, осененный серебряным грифоном, исчезал, растворяясь в вечернем сумраке. Теперь можно было расслабиться, спокойно обдумав последующие действия. Конечно, опасность еще была, и в дружине мятежного лорда мог отыскаться глазастый малый с твердой рукой, способный вогнать арбалетный болт в спину Бергусу, но теперь мысль об этом не казалась такой пугающей.
– Куда направимся, милорд, - почтительно пробасил капитан гвардии, поравнявшись со своим господином.
– В Фальхейн?
– Пока вернемся в замок, - решил лорд.
– Нужно подготовить дружину, созвать ополчение. Эти падальщики могут заявиться в мой удел хоть завтра, и я хочу быть готов к отпору.
– Им не взять замок, - с непоколебимой уверенностью произнес гвардеец.
– Враг просто сломает зубы о его стены, умывшись кровью, и заречется являться в ваши владения без приглашения.
Смутное беспокойство все же не оставляло Бергуса, и он приказал гнать во весь опор, не щадя коней. Лорд хотел как можно дальше убраться от замка, в котором засели заговорщики, все же опасаясь погони. Каждый из сопровождавших его воинов был настоящим мастером, но их было мало, и столько же было шансов на победу в схватке, тем более, если к дружине Кайлуса присоединятся отряды его союзников. Выстоять против добрых полутора сотен опытных бойцов нечего было и думать.
Вереница всадников, оглашая окрестности звоном металла и конским топотом, мчалась по тракту, извивавшемуся меж низких холмов. Вырвавшись на равнину, они миновали небольшой поселок, еще долго слыша лай собак, потревоженных появлением чужаков, и, не останавливаясь, проследовали мимо постоялого двора. К рассвету Бергус хотел покинуть удел Кайлуса, а поэтом не жалел своего коня, породистую животину из Фолгерка, до крови исхлестав плетью лоснящиеся бока скакуна.
И все же их преследовали. Погоню увидели воины из свиты Бергуса, когда отряд взобрался на вершину холма, с которой окрестности просматривались на много миль вокруг.
– Кто-то едет за нами, - крикнул один из слуг лорда, указывая себе за спину.
– Двое верховых! И они спешат!
В первое мгновение лорд Бергус, с трудом разглядевший укутанных сумраком преследователей, хотел рассмеяться, ибо вся погоня состояла лишь из двух человек. Но что-то подсказало лорду, что эти двое представляли не меньшую опасность, чем две дюжины латников, хотя бы из-за того, что без тени страха приближались к вооруженному до зубов отряду. И наверняка эти двое, кем бы они ни были, понимали, что у слуг лорда нет ни единой причин щадить их, дойди дело до схватки. Утычут болтами, и поскачут дальше. Но все равно пара всадников, подгоняя скакунов, приближалась, и чем меньшее расстояние отделяло их от отряда Бергуса, тем быстрее мчались кони.