Путь воинов
Шрифт:
Сюзан развела руками.
— А почему я не могу иметь такую же свободу, как другие женщины? Я чувствую себя как… под микроскопом! Я хочу иметь в жизни хоть немного приключений. Мне хочется узнать мужчин — но дело в том, что я во многом чувствую себя… стесненной.
Рита медленно кивнула.
— Я могу задать один вопрос? Если не хочешь, можешь не отвечать, — увидев, что Сюзан кивнула, она продолжила. — Почему именно Ганс? Что такого ты увидела в…
— Он джентльмен, — уверенно сказала Сюзан. — Он ласковый и добрый человек, — подумав, она добавила: — Кроме
Рита кивнула с пониманием. Затем она засмеялась.
— Боже мой! Я чувствую себя матерью… а я ведь не намного старше тебя.
— Лучше бы вы чувствовали себя моим другом, — Сюзан старалась говорить ровным голосом, без всяких намеков на подспудный вызов. — Я до сих пор обходилась без матери.
Рита одобрительно улыбнулась.
— Знаешь, ты вызвала во мне странные чувства. Может быть, я подсознательно ищу в тебе то, чего мне самой всегда не хватало, — она опустила глаза. — Когда-то я хотела иметь семью. Не получилось. Возможно, что в тебе я увидела реализацию той потребности, которая казалась мне давно угасшей, — за этим скрывалась боль.
Сюзан знала, что покраснела.
— Это для меня большая честь, Рита. Может быть, я слишком вас идеализировала, считала самим совершенством, железным характером, неуязвимой, воплощением мастерства и профессионализма. Возможно я не воспринимала вас просто как человека, — наступила неловкая тишина. — Я могу задать один вопрос?
Рита улыбнулась и повалилась на койку, глаза ее смотрели с теплотой и лаской — хотя и не без волнения.
— Конечно.
Сюзан не могла не удивляться произошедшей в Рите перемене — ранимости, которую она видела в новой Рите Сарса: — Раз уж мы говорим о мужчинах — что у вас намечается с Железным Глазом?
Глаза Риты расширились.
— С Железным Глазом?
— Вы друг другу совсем не безразличны, — Сюзан не отрывала глаз от Риты. Лоб майора изрезали морщины, и она погрузилась в задумчивость.
Наконец Рита пожала плечами.
— Я не знаю. Мы не относимся друг к другу как возлюбленные. Я не понимаю природы наших отношений. За нашими плечами слишком много горя. Мы давно уже похоронили своих любимых. Нам досталась нелегкая доля от Паука, — она закончила, вжав голову в плечи. — Я никогда не думала о себе и о нем с этой точки зрения. Сознательно, во всяком случае.
— Если когда-нибудь нужно будет поговорить об этом…
— Хорошо, — прошептала Рита с сияющими глазами. — А сейчас можешь не волноваться насчет майора Иверсона. Я с ним сама разберусь, и с Пятницей тоже, если понадобится. Ты устало выглядишь. Видно, Ганс представляет из себя нечто большее, чем я думала, — ее улыбка стала озорной. — Если он так хорош… и тебе он надоест… стоит оставить его мне.
— Ему бы это понравилось, — соврала Сюзан, зная, что Ганс упал бы в обморок.
— Если ты завтра опоздаешь на занятия, я могу проявить снисхождение, — Рита заговорщически подмигнула ей и выключила свет.
Сюзан стянула в темноте одежду и устало опустилась на койку. Она позволила себе широко и торжествующе улыбнуться. Даже бессмертная Лита
— Да посмотри! Даже шрама нет! — Пятница приспустил штаны, показывая на гладкую кожу живота.
— Ты такой маленький, и при этом заимел такие большие яйца. Срезал у лошади что ли? — проворчал Патан Смит.
Пятница сурово, с прищуром, посмотрел на него и натянул штаны.
— Если ты считаешь, что мои яйца большие, то ты еще не видел другую мою штуку, когда… А, не стоит вызывать у вас зависть. Видишь ли, в этом преимущество маленького роста. Пока вы все росли, я оставался маленьким, чтобы у меня могло вырасти кое-что другое…
— Угу, — откликнулся Тоби Гарсиа Андохар со своего места у системы. Ему явно надоело. Он снял головное устройство и потер красный след, оставшийся на лбу. — Без тебя, Пятница, я уже начал забывать, как хороша жизнь, — он махнул рукой в сторону системы. — Нам теперь ничего не остается делать, как сидеть и играть в голографические игры с этими машинами. Даже не знаю. Я не уверен, что для получения трофея понадобится какая-либо машина.
— Я слышал, что воины играют в азартные игры, — признался Пятница. — Слышал, что многие недовольны.
Вилли Грита кивнул.
— Я взял много трофеев! У меня в деревне был самый большой табун лошадей. Я ничему этому не учился у машины! — выпалил он.
— Тогда зачем мы этим занимаемся? — подумал вслух Сэм Желтая Нога. — Это же не война! Это все картинки в голове.
Пятница нахмурился.
— Я не думаю, что военный вождь будет заставлять нас делать это без причины. Потерпите. Все…
— Ха! — фыркнул Грита. — Почему я должен…
— Вам нужны машины. Нам всем нужны, — выкрикнул Железный Глаз с порога. Они обернулись туда, где его мощное туловище загораживало дверной проем. Проходя в комнату, он добавил: — Это незаметно, но вы все многому научились от этих картинок в голове.
— Откуда ты знаешь? — откликнулся Сэм Желтая Нога. — На корабле три тысячи воинов!
Железный Глаз крутанул рабочее кресло и уселся.
— Все дело в том, что называется статистикой, — он развел руками, показывая, что не очень-то в этом разбирается. — Я не очень хорошо понимаю, что это такое. Что-то с цифрами. Но вспомните каждый, что было раньше. Помните, как когда-то игровая программа все время убивала вас? Теперь это происходит не так часто, так ведь?
Риш тоже снял свое головное устройство, хмуро подняв глаза от погасшего монитора.
— Да, но тогда никто даже не слышал о том, что такое улица. Конечно, нас уже не убивают. Это похоже на… на набег, но и только. Кровь не закипает, когда видишь это все в голове. Никаких ощущений, рука не сжимает ружье. Это просто… просто фантазии!
— Как ты погиб в последней игре, Риш?
На лбу воина залегли складки, и он поджал губы.
— Там была какая-то черная штука, похожая на бревно. Силовой кабель. Мне некуда было девать нож, и я воткнул его в бревно. Я всегда дома так делал!