Путь ведьмы

Канарейкин Андрей

— Зато мне древняя не подарила демоническую руку с читерской способностью, в отличие от тебя, читер.

— Это всего лишь легендарный ранг…

— Мудрый воин сегодня необычайно хвастлив…

Пока братья продолжали шутливую перепалку, команда «Ловкача», параллельно со сменой курса, доставала алкоголь как из секретных, так и из «правда секретных» заначек. Сегодняшний день они совершенно точно будут помнить до конца своих жизней…

Глава 23. Прибытие в Йон-Рунак, часть 2

Жил был под небом Йон-Рунака обычный парень — на четверть гном, на четверть орк, наполовину человек. С детства парня прозвали Ломом — за то, что голыми руками мог сломать, разломать, раскурочить

и разбить практически что угодно. Примерно с того возраста, когда у людей начинается половое созревание, обычный парень Лом предпочитал ломать исключительно чужие лица. И однажды, эта привычка довела его до каторги. С которой Лом вскоре сбежал… Разломав собственные кандалы, несколько дверей, и дюжину черепов охранников. Чудом не сдохнув от полученных во время этого приключения ран, Лом немного остепенился, сбежал куда подальше от родных мест, залёг на дно и стал вести жизнь относительно законопослушного работяги. А потом история повторилась и Лом вновь очутился на каторге. В этот раз побег был тщательно спланирован, да и бежал Лом не в одиночку, а в компании отчаянных и на многое готовых мужиков, среди которых завоевал уважение благодаря физической силе и готовности эту силу пускать в ход. Новоявленная банда Лома какое-то время скиталась, постепенно удаляясь в глушь и промышляя мелким разбоем по пути. Пару месяцев назад бандиты нашли превосходное место для базы — руины какого-то древнего чёрт знает чего… Вокруг — глухомань, лишь маленькие деревушки, чьей охраны совершенно недостаточно чтобы отбиться от Лома и его товарищей. Хотя нападать бандитам и не требовалось. Попугать, сломать что-нибудь (желательно Ломовым кулачищем), и деревенские охотно платили дань. Денег с каждого селения по отдельности много взять не получалось (здесь вообще был больше в ходу бартер), а вот со всех вместе выходило уже прилично. Чтобы их потратить, правда приходилось мотаться вдаль до ближайшего городка и притворяться законопослушными гражданами, но Лома это не смущало. Особенно, потому что из этого пускай нечастого, но регулярного похода он сделал целый ритуал — с собой лидер брал всего нескольких человек, и помимо кнута в управлении бандой у него появился ещё и довольно вкусный пряник…

И как-то уж так вышло, что никто не спешил отправлять нормальных бойцов на подмогу окрестным деревням, и Лом уже сам поверил, что отсутствие возмездия не случайно, и что он так и будет местным царьком. А потом, одним обыкновенным вечером, на базу Лома и его банды пришёл Сарранар и убил всех, кого там встретил. Так история обыкновенного парня по прозвищу Лом закончилась, и началась история возвращения Виктории, Марии, Эльзы, Эрика, Нимаэлы и Сарранара в ближайшую деревушку.

* * *

— Он? — спросил Сарранар, демонстрируя деревенскому старосте оторванную голову Лома.

Мужчина — уже не молодой, с сединой в висках, но ещё далеко не дряхлый — скривился. Ладно, кровь не капала, но всё же вряд ли деревенский староста каждый день видит оторванные человеческие головы, так что отвращение было вполне понятно. «Переборщили,» — подметила про себя Виктория.

— Вроде он, — заключил староста.

Тут к Сарранару подошёл широкоплечий детина со светлыми волосами до плеч и густой бородой, одетый в простецкую рубаху — вроде как один из сыновей старосты.

— Точно он, бать, — прогудел здоровяк, — Я эту мразоту хорошо запомнил…

— Ну что ж… В долгу мы у вас, уважаемые… Как бишь вас звать? Я про название отряда, уважаемая Эльза, уважаемый Сарранар, уважаемые… Э-э-э, остальные.

— Посланники Нэш, — ни сомневаясь ни на секунду ответил Сарранар.

— Что ж, так вот касаемо оплаты… Денег у нас не сказать, что много, но…

— Я думаю, было бы неплохо отпраздновать освобождение ваших земель от местных бандитов, — обворожительно улыбаясь перебила мужчину Эльза, — И если нас пригласят на этот праздник, и дадут, где потом заночевать, то нас вполне

устроит такая оплата.

Староста переварил услышанное, кивнул, и крикнул куда-то в соседнюю комнату:

— Лира! Накрывай стол! Будем праздновать!

— Много народу-то звать будем, Квош? Помимо гостей-наёмников, сохрани их Миртван, ясное дело, — раздался в ответ женский голос.

«Миртван… Чёрт, этому богу поклоняются в отдельных общинах по всему континенту. Мало о чём говорит. Ну, по крайней мере, если верить информации Нэш, последователи Миртвана нас не попытаются обмануть, ограбить или прирезать во сне. Но и потрахаться спокойно не выйдет, у них какой-то очень замороченный брачный кодекс и тотальное нельзя до свадьбы,» — вспомнила Вика кое-что из брифинга.

— Всех зови, кто уместится! Кроме Блэнда с Хазаришной, чтоб их лесные свиньи ебали! — лицо старосты исказилось, и он прошептал себе под нос, — Миртван простит гнилой мой язык и чёрное сердце…

— Слушай, бать, — нахмурился сын старосты, — Лома-то убили, а с остальной бандой что? Не рановато ли ты наёмничков чествовать начал?

— Так, слышь, уговор был на главаря вашей банды! — возмутилась Мария.

— Не нашей, а… — начал было здоровяк, и осёкся, получив от отца мощный подзатыльник.

Выглядело несколько комично, учитывая, что сынуля был выше бати почти на голову.

— Мирн, дурачьё! — воскликнул старейшина, — Имей уважение! А что касается бандитов — гнилое племя, до самой душонки сгнившее. Без вожака передерутся, и конец их игу преступному!

— Вообще, я там вместе с вожаком полтора десятка человек убил, так что бандитского племени не особо-то и осталось, — заметил Сарранар.

— Ага, один! Брешешь, тифлингская морда!

— Да уймись ты, Мирн!

Пока женская часть семейства Квоша организовывала внезапный праздник, сам староста руганью и подзатыльниками пытался усмирить сыночка, в котором невовремя разбушевался дух соперничества. Ещё бы — Мирн был уверен, что и сам уделает Лома один на один, а подхалимов бандюка так и вообще один на десять. И всё хотел собрать самопальный отряд таких же бесстрашных деревенских парней и пойти на бандитов войной. Мешали Мирну и его друзьям всего две вещи — отсутствие нормального оружия и доспехов, и… строгий родительский запрет. Последнее было делом нешуточным — в религиозном учении поклонников бога Миртвана, которое исповедовала практически вся деревня, нарушать запреты старших считалось очень серьёзным грехом. Пререкаться и ругаться правда было можно, чем Мирн и занимался. По его мнению, какие-то мутные типы украли у него славу. А тут ещё и полуголый (экое бесстыдство) тифлинг хвастается что положил полтора десятка бандитов в одиночку! И никто из дружков его эту наглую ложь не развенчал, а значит, считай все шестеро лгут! И этих говнюков батя собрался за праздничным столом угощать!

К счастью, в итоге всё обошлось без каких-то серьёзных последствий. Мирн вызвал Сарранара на соревнование в армрестлинге. Естественно, деревенский дурень с треском продул. Потом высший демон показал немного фокусов со своим чёрным огнём, и Мирн таки признал, что да, маг-силач вполне мог уделать хоть три десятка олухов-бандитов. Пламенно и совершенно искренне извинившись перед Сарранаром, Мирн отправился помогать своей родне в подготовке небольшой пирушки. А к Сарранару потянулась очередь желающих испытать свои силы в армрестлинге…

Столы и скамьи расставляли в весьма просторном дворе — отпраздновать смерть Лома и поглазеть на упокоивших бандита героев, собиралась, похоже, вся деревня. И все стремились чем-то помочь, тащили из своих запасов лучшие угощения и выпивку. Хотя большинство оставалось у себя — селение было не таким маленьким, чтобы все жители влезли во двор дома старосты. Всех желающих, однако, не пускали — на воротах стоял ещё один сынок Квоша и фильтровал гостей согласно отцовским инструкциям. Это не мешало «отфильтрованным» стаскивать столы и прочую мебель прямо к воротам…