Путь в космос
Шрифт:
Н а т а ш а. Что ты сказал? Повтори!
Ф е д я. Я не полечу на Марс. Понятно?
В а д и м. А мы?
Ф е д я. А вы полетите.
Н а т а ш а. Полетим без тебя? Вдвоем?
Ф е д я. Очевидно.
Н а т а ш а. Что случилось?
Ф е д я. Ничего не случилось. Вы полетите, а я останусь.
Н а т а ш а. Мама?
Ф е д я. Нет.
В а д и м. Струсил?
Ф е д я. Ну вот еще! С чего бы это? Ничего я не струсил.
Н а т а ш а. Ну тогда почему же вдруг… отказываешься? Что-нибудь очень серьезное?
Ф е д я.
В а д и м. И ты не можешь сказать причину?
Ф е д я. Не скажу.
Появляются д в е д е в о ч к и.
П е р в а я д е в о ч к а. Ребята! Он еще не проснулся?
Ребята не отвечают.
В т о р а я д е в о ч к а. Тогда пойдем к попугаям. Там есть один очень образованный. Разговаривает на трех языках.
П е р в а я д е в о ч к а. Наверное, ругается неприличными словами…
В т о р а я д е в о ч к а (неожиданно, Наташе). Девочка! Вы Наташа Печатникова?
Н а т а ш а. Да. А что?
В т о р а я д е в о ч к а (смущаясь). Вы бы не могли дать нам свой автограф? (Ребятам.) И вы тоже. Мы вас сразу узнали. Вы — первая тройка!
В а д и м. А на чем вам расписаться?
П е р в а я д е в о ч к а. На чем-нибудь.
В а д и м. На чем-нибудь мы не расписываемся.
В т о р а я д е в о ч к а. Ой! А вы еще тут посидите? Мы сейчас в киоске купим открытки, и вы на них распишетесь.
Девочки убегают.
Н а т а ш а. Что я говорила! Пошли! Глупо в нашем положении давать еще какие-то автографы…
Все поднимаются.
Ф е д я. Вы поняли, что я сказал? Я не могу лететь. И не могу сказать, почему. Не имею права…
Все уходят. Проснувшийся лев громко рычит.
Гаснет свет.
Д е в о ч к и прохаживаются по авансцене.
П е р в а я д е в о ч к а (после паузы). Ты представляешь себе, сколько автографов он дал за свою жизнь! Ему просто, наверное, надоело расписываться.
В т о р а я д е в о ч к а. Он может нам отказать. А без его подписи наша коллекция будет намного беднее.
П е р в а я д е в о ч к а. Я с тобой согласна. Нам необходимо собрать автографы всех людей, которые так или иначе связаны с этим выдающимся полетом. Двадцать подписей у нас уже есть. Даже академик Артамонов и тот исписал целую страницу.
В т о р а я д е в о ч к а. Я думаю, можно взять
П е р в а я д е в о ч к а. Это будет уникальный подбор автографов.
В т о р а я д е в о ч к а. Только бы нам его не пропустить. И пусть распишется на чистой страничке. Отдельно от всех. Как ты ему скажешь?
П е р в а я д е в о ч к а (подумав). Я скажу так: «Герман Степанович! Извините, пожалуйста, но мы бы очень хотели просить вас дать нам автограф».
В т о р а я д е в о ч к а. Это очень длинно. По-моему, чем проще, тем лучше. Ты можешь даже не успеть все это выпалить, как он пройдет мимо.
П е р в а я д е в о ч к а. А ты что предлагаешь?
В т о р а я д е в о ч к а. Ему же не в первый раз давать автографы. Надо его остановить — это во-первых, а во-вторых… Идет!
Появляется Т и т о в. Девочки идут ему навстречу. Они явно робеют. Титов молча протягивает руку к записным книжкам подруг и, ни слова не произнося, расписывается в них. Молча уходит. Девочки, недоумевая, смотрят ему вслед.
Обстановка второй картины. Т и т о в и П а в л о в с к и й ведут беседу.
П а в л о в с к и й. Стало быть, Герман Степанович, ребята и это испытание выдержали?
Т и т о в. И причем с отличными показателями. Вот, взгляните на их электроэнцефалограммы. (Показывает, поясняет.) Вспыхнул сигнал тревоги, ребята реагируют на сигнал опасности — кривая взметнулась. Опасность ликвидирована — альфа-ритм успокаивается. Понятно?
П а в л о в с к и й. Да, да, понятно.
Т и т о в. А теперь посмотрите на эти записи. Что вы видите? В них отражены эмоции наших ребят. Наташа реагировала на сигналы тревоги более активно, чем ее товарищи. Однако самообладания не теряла. Вадим сдержан, решителен. Федор Дружинин, я бы сказал, более чем спокоен. Его нервное и психическое состояние в критический момент не соответствует раздражителю. Сердечный ритм ни разу не нарушался… Какой-то феномен! Итак, последний, наиболее щепетильный эксперимент завершен. Пионерский экипаж готов к длительному полету в космос.
П а в л о в с к и й. Мы очень рады. Горком комсомола придает этой экспедиции большое значение. Кстати, ребята должны доставить на Марс почетные грамоты ЦК ВЛКСМ строителям Марсианска.
Т и т о в (шутит). И красные галстуки юным марсианам?
П а в л о в с к и й (серьезно). Кто знает, может быть, когда-нибудь придется посылать и галстуки. В наше время ни за что нельзя ручаться.
Т и т о в (улыбаясь). Сами-то небось хотели бы совершить подобное путешествие?