Путь тьмы
Шрифт:
Все три следопыта отреагировали мгновенно - в их руках, словно изнеоткуда, материализовались короткие изогнутые клинки и охранники прыгнули на императора.
– Умрите, - приказал тот, и бездыханные тела рухнули к его ногам.
Эльфы пожертвовали собой, но они позволили своему господину закончить заклинание. С кончика пальца Ратриолы сорвался один единственный небольшой шип, устремившийся в лицо Шахриона.
Время вновь замедлилось. Шахрион видел торжествующую улыбку на губах эльфа, которая сползала, уступая место удивлению,
Шип Леса, именно так оно называлось, пробивал любой доспех и почти любую магическую защиту. Даже маленькая царапина гарантировала долгую и мучительную, а самое главное, неизбежную смерть. Агония должна была длиться несколько часов, после чего сердце не выдерживало нестерпимую боль, и жертва умирала. Следов не оставалось - обычный приступ.
Со своими старыми силами он бы не сумел даже убить следопыта и теперь гадал, хватит ли занятой мощи на то, чтобы перебороть чары одного из древнейших магов континента.
Плечи обдало холодом - это Тень обняла императора, положив свои руки ему на плечи.
– Ну чего же ты ждешь, о великий, о несравненный владыка? Ты открыл сей родник, тебе из него и пить. Или боишься сделать последний шаг?
Вот сейчас все и решится. Цена, которую придется уплатить за силу, страшна, она даже хуже смерти, но выбора у него не осталось, он сам так решил. И сам подписал себе приговор.
– Хорошо Тень, я принимаю тебя и твой дар, - прошептал одними губами Шахрион, и время вновь вернулось в привычный ритм.
Заклинание врага устремилось к нему, тела рухнули на землю, а лицо зрящего исказила гримаса ужаса, ибо его сильнейшее заклинание встретилось с непроницаемым черным плащом, окутавшим императора.
– Откуда у тебя такая мощь?
– пораженно прошептал эльф.
Шахрион молча поднялся, доставая из-под подушки оплавленный жезл. Столь же спокойно он вытянул оружие перед собой, указывая на врага.
– Но жезл Безумца не может применять никто, - пораженно прошептал Ратриолла.
– Ни у одного мага не хватило на это сил.
– Дело вовсе не в силе, - грустно улыбнулся Шахрион.
– Скажи, Безумец был всегда столь могуч? Или после Безымянного заклинания его мощь прибавилась?
– Что ты имеешь в виду?
– Не важно. Зачем мне рассказывать что-либо покойнику?
Опал в центре жезла исторг из себя костяное копье, которое насквозь пробило эльфа, сметя все его защиты, будто их и не было.
Шахрион молча смотрел в глаза умирающему. Кажется, лишь в последние мгновения своей долгой жизни Ратриола понял, какую же страшную ошибку он совершил.
– Так восславим же Черного Властелина.– Расхохоталась Тень, обнимая свою добычу.– И пожелаем ему долгих лет правления.
– Восславим, - эхом отозвался Шахрион.
– Но долгих лет у него не
Эпилог.
Пятый день третьего месяца весны 1-го года со дня Реставрации.
Ребенок молча спал в своей кроватке, не обращая ни малейшего внимания на попытки отца расшевелить его. Шахрион улыбнулся и вышел, осторожно закрыв за собой толстую дубовую дверь.
– Он отдыхает, - прошептал император жене.
– Тебе бы тоже не помешало, - заметила она.
– Сколько ты дней не спал?
– Три или четыре. Это неважно.
Ледяная ведьма вздохнула.
– Ну почему ты совсем себя не бережешь?
– У меня нет на это времени.
– Шахрион подал ей руку.
– Как идет процесс создания пятого и шестого легионов?
– Успешно, от желающих записаться нет отбоя. Иритион уверен, что восток Стоградья мы удержим в любом случае, ну а на севере стоит Первый Стальной легион, так что не думаю, что его величество Гашиэн осмелится напасть. Хотя ему очень хочется вернуть свою столицу.
– Желание благородное, - кивнул император.
Они степенно прогуливались по замковым переходам, медленно, но верно направляясь к тронному залу.
– Как дела у Китариона?
Тартионна тихонько хихикнула.
– На седьмом небе от счастья. Шлет одно восторженное послание за другим и благодарит за тысячи колонистов.
– Значит, скоро у нас будет достаточное количество собственных лошадей.
Его советница и жена кивнула.
– К тому же, гоблины, расселившиеся по степи, прикроют нас от Прегиштании. Вот только...
– Когда большая часть коротышек покинет города других стран Лиги, места им станет не хватать, и нам придется повоевать с южными соседями, - закончил за нее Шахрион.
– И ты пойдешь на это?
– Конечно, у меня не так много надежных союзников, - задумчиво проговорил император.
– К тому же будет не лишним сильнее привязать их к себе, не находишь?
Тартионна покачала головой.
– И когда ты начнешь доверять хотя бы кому-нибудь?
– Я верю тебе, мне достаточно.
– Гартиан расстроится, если услышит.
– Ему сейчас не до меня, - рассмеялся Шахрион.
– Столько новых перспективных учеников, которым следует промыть мозги. Скажи лучше, послы его величества венценосца Исиринатийского уже прибыли?
– Да, но ты точно хочешь поддержать этого...
– Тартионна запнулась, подбирая выражение, - человека? Он тебя ненавидит и начнет собирать войска сразу же, как только победит брата.
– Могу только пожелать его величеству Ритону Первому удачи в столь благородном начинании. Его двоюродный брат удерживает почти половину северной Исиринатии и немалую часть Стоградья, хотя последнее я бы не назвал особым преимуществом. И брат этот ненавидит меня больше, чем новый венценосец, так что пускай повоюют.