Путь судьбы
Шрифт:
Люк вернулся домой после заседания Верховного Совета, страх и гнев кипели в его душе. В таком состоянии невозможно сделать ничего разумного, поэтому он уселся на пол и начал успокоительную медитацию, возвращая мысли и эмоции под контроль.
Он почувствовал присутствие Мары в Силе до того, как она вошла в квартиру. На секунду она остановилась перед дверью, ее мягкое присутствие в Силе словно обняло его, потом она закрыла дверь, положила портфель, который принесла с собой, и присела к нему на пол. Она положила руки ему на плечи и начала массировать
– Плохие новости? – спросила она.
Люк ответил не сразу, но он знал, что Маре можно доверять, да и ужас был слишком велик, чтобы держать его в себе. Он рассказал ей об «Альфе-Красной».
Мара некоторое время обдумывала проблему.
– Что мы можем сделать?
– Попытаться переубедить Кэла, – ответил Люк.
Она снова опустила подбородок на его плечо. Ее голос дышал ему в ухо:
– А если нам не удастся переубедить его?
Люк тяжело вздохнул.
– Я не знаю… Мы могли бы попытаться саботировать проект, но пока мы не убьем ученых, они будут продолжать свою работу. И даже если бы мы убили их или похитили, работать над проектом начали бы другие ученые. Проблема в том, что теперь стало известно, что такое оружие возможно, и все, кто располагает соответствующим оборудованием и научной базой, могут производить его.
Он встряхнул головой.
– Я всю жизнь трудился над тем, чтобы возродить Орден Джедаев. Сейчас у нас есть правительство, которое готово сотрудничать с нами, которое позволило нам войти в свой состав, которое восстановило Совет Джедаев, и которое мы поклялись поддерживать. Как я могу обратиться против Новой Республики в такое время? – он взял Мару за руку, – Это будет означать конец для джедаев. Мы окажемся вне закона. Мы станем тем, чем нас считает Фиор Родан.
Мара посмотрела на него с беспокойством.
– То, о чем ты говоришь, не остановит проект, а лишь в лучшем случае временно задержит его. Но можем ли мы просто сидеть и ждать, пока «Альфа-Красная» начнет действовать?
– Мы можем протестовать. Мы можем отказываться помогать в его осуществлении. Это все, что мы можем…
– Да, протестовать. Но насколько публично?
Снова Люк покачал головой.
– Если слишком публично, то йуужань-вонги узнают об этом и нанесут удар, используют свое биологическое оружие. И это будет катастрофа…
– Ты сказал, что Трибакк знает. И Тал’аам Рант поддержал тебя.
– Да.
– Ты можешь связаться с ними. А они, возможно, смогут повлиять на других членов Совета.
Люк кивнул.
– Секретная политическая кампания. Диф Скаур застал меня врасплох, и у меня не было убедительных аргументов, – он поцеловал Мару, – Спасибо тебе.
– Всегда пожалуйста.
Она встала на ноги и помогла подняться ему.
– Кам Солюзар прислал новые голографические записи Бена. Хочешь посмотреть?
– Конечно.
Наблюдая,
Вержер. Она была в квартире все это время. Она сидела в комнате в позе медитации, склонив голову.
В ужасе Люк вернулся к Маре.
– Вержер в своей комнате! Я не почувствовал ее в Силе, когда пришел.
Зеленые глаза Мары расширились.
– Я тоже. Она снова замаскировалась в Силе.
– Думаешь, она слышала нас?
Мара задумалась.
– Все-таки мы не кричали. Мы разговаривали а нескольких сантиметрах друг от друга, практически шептали. Как она могла слышать?
– Я не хочу, что она знала хоть что-то об этом.
Взгляд Мары стал жестким.
– И я тоже.
– Мы должны следить за ней очень внимательно. Пока… как ты думаешь, надо сказать Ниликирке, чтобы он снова посадил ее под замок?
– И дать ей шанс устроить эффектный побег? А если она не захочет возвращаться в тюрьму, тогда что? Драться с ней?
– Тогда будем просто следить за ней, – решил Люк, – Очень внимательно.
Глава 23
Вержер была прямо-таки воплощением невинности в следующие восемь дней, когда Люк и Мара тщательно следили за ней, если она не находилась в обществе Силгэл или других джедаев. Тем временем усилия Люка по оказанию влияния на Кэла не приносили ничего кроме разочарования. Кэл вежливо выслушивал его, но не изменял своего мнения.
На утро девятого дня в квартиру Люка вломились сотрудники республиканской службы безопасности и начать рыскать по комнатам. За ними в дверь вошел лично Диф Скаур, глаза на его изможденном лице были суровее, чем обычно.
– Глава государства желает видеть вас, мастер Скайуокер, – обратился он к Люку. Его глаза обернулись к Маре, – и вашу супругу тоже.
Кэл Омас находился в своем офисе. Он был небрит и взъерошен, и явно только что встал из постели. Когда Диф Скаур провел Люка и Мару в офис, Кэл с отвращением взглянул на ароматные пирожки с фруктовой начинкой, которые принесли ему на завтрак, и смахнул их со стола, обратив на Люка каменный взгляд.
– Где Вержер?
– Мы видели ее сегодня ночью в ее комнате, – ответил Люк, – прямо перед тем, как ложиться спать.
– Сейчас она не в своей комнате, – процедил Кэл, – Мы не знаем, где она…
Люк глубоко вздохнул.
– Что она сделала?
– Как будто вы не знаете, – прошипел Диф Скаур за его спиной.
– Вержер саботировала проект «Альфа-Красная», – сказал Кэл.
У Люка пересохло во рту.
– Саботировала?… Как?
– Группа ученых, работавших над проектом, перевозилась на борт госпитального фрегата на орбите. Каким-то образом Вержер тоже оказалась на борту. Она стерла все записи и… изменила «Альфу-Красную».