Путь Строителя 9
Шрифт:
В общем, со стороны поверхность кажется простой, почти прямой, но на деле там не совсем конус, а скорее чуть изогнутая линия, потому что если сделать идеально прямой конус, колесо будет скакать из стороны в сторону при малейшем отклонении.
Тогда как вогнутый профиль работает немного иначе, он сам себя центрирует, подталкивает колесо обратно к середине, и чем точнее выведешь этот изгиб, тем мягче поведение в повороте.
Фланец тоже пришлось переделать, уменьшил высоту и скруглил переход к беговой поверхности, чтобы не было резкой ступеньки. Если фланец зацепится за кромку рельсы на скорости, вся конструкция снова
Четыре колеса, каждое обтачивал, проверял на глаз, прикладывал друг к другу и только после этого насаживал на ось. Колеса, кстати, стали меньше в диаметре, но это даже к лучшему, меньше масса и ниже центр тяжести площадки.
Когда последнее колесо заняло свое место на оси и перестало наконец болтаться, схватил все четыре и рванул через деревню к северной стене. И ничего вокруг больше не существовало, только эти конусовидные кругляши в руках и вагонетка, которая ждет на стене. Пыль клубилась за спиной, кто-то крикнул вслед, но останавливаться не стал, потому что каждая потерянная минута отдаляет момент, когда баллисты смогут ездить по стенам.
Причем теперь стене было довольно тихо, что удивительно. Мужики работали медленно и неохотно, топоры стучали вразнобой, будто каждый удар приходилось вытаскивать из себя усилием воли. Никто не переговаривался, никто не подначивал соседа, и даже Хорг молчал, а это куда красноречивее любых слов. Если Хорг не орет на стройке, значит дело совсем плохо, значит он и сам не особо верит, что из этой затеи выйдет что-нибудь путное.
Мой полет через крышу сарая подействовал на мужиков ровно наоборот. Вместо «ну ладно, первый блин комом, доработаем» получилось «ну вот, идея не сработала, давайте молча достроим рельсы и забудем про это как про дурной сон». Людей винить не стоит, они своими глазами видели, как тележку вынесло с направляющих, и всерьез в это верить после такого действительно сложно.
Но стоило мне разобрать старые колеса, насадить на оси новые конические и заново закрепить их на площадке, народ все-таки начал подтягиваться и поглядывать. Любопытство всегда побеждает осторожность, особенно когда ты уже решил, что фокус не получится, а фокусник вдруг достает из рукава что-то новенькое.
Закрепил оси, еще раз проверил, не болтаются ли в своих деревянных подшипниках, и щедро подлил пека во все подвижные соединения. Тут жалеть точно не стоит, смазка на деревянных рельсах съедается быстро, и лучше сейчас извести лишний черпак, чем потом слушать скрежет.
— Ставим! — торжественно воскликнул я, и двое мужиков подхватили тележку и аккуратно опустили на направляющие.
Прокатили вперед, потом назад. Колеса пошуршали по дереву, но пошли ровно, хотя это вполне ожидаемо, по прямой и раньше шло как надо. На стыках между секциями рельсов тележка переходила мягко, подпрыгивая на соединении, но ни разу не дернувшись в сторону.
— В поворот давай, — махнул Хорг.
Покатили дальше, и вагонетка вошла в тот изгиб, после которого я познакомился с козой. Бежал рядом, чуть ли не на четвереньках, и не отрывал глаз от колес, потому что именно сейчас решалось, стоила ли вся затея с обточкой потраченного времени. Наружное колесо сместилось к рельсе, и вот оно, катится по широкой части конуса, проходя больший путь за каждый оборот! Тогда как внутреннее перешло на узкую часть и замедлилось, и разница в скоростях компенсировалась сама, без единого
Небольшой перекос площадки к внутренней стороне все-таки есть, но настолько незначительный, что если не знать куда смотреть, и не заметишь. Наружное колесо не проскальзывает, не скребет фланцем по кромке рельсы, а просто катится по своей дуге, слегка при этом наклонившись.
Прошли весь поворот и выкатились на следующий относительно прямой участок. Ни задиров, ни сколов на направляющих. Вернулся к наружной рельсе, провел пальцем по дереву и ничего, кроме ровного следа от колеса и тонкого слоя пека, не нашел.
— Ну все, полезай, — распорядился Хорг.
— Да говорю же, вешу слишком мало, — попятился сразу, и не потому что боюсь, а потому что испытание без нагрузки ничего толком не покажет. Честно-честно!
— Ну раз работает, то можно и с малым весом попробовать, — Хорг шагнул ко мне. — Чего ты? Куда побежал?
— За камнями! Если проверять, то как следует!
Побежал к лестнице и по дороге подумал, что на самом деле переживаю за козу. У нее и так впечатлений на год вперед после моего визита, и повторять ей этот аттракцион ни к чему. Так что исключительно ради козы, конечно же не ради себя, пойду и притащу камней, благо их вокруг стены навалено с избытком, а вагонетки все равно потом будут их возить, если где-нибудь на участке они вдруг закончатся.
Натаскали с парой помощников, которые подключились не иначе как из любопытства, наложили на площадку булыжников столько, что настил просел и заскрипел. Мысленно прикинул вес где-то под двести килограммов, что примерно сопоставимо с баллистой и двумя стрелками.
Новый участок пути еще не достроен, поэтому обкатывать придется на старом отрезке с тем же изгибом. По прямой все ожидаемо, хотя скрипит иногда так, что хочется зажать уши. Колеса крутятся, площадка подрагивает на неровностях, но идет как надо, никуда в бок не съезжает, и это главное.
Дальше начался поворот, и тут мужики замедлились, покатили осторожно, шаг за шагом. Фланцы шаркнули, площадка качнулась к внутренней стороне, и прошла дугу целиком, без единой попытки наружного колеса перемахнуть через рельсу.
Не идеально, врать не буду, небольшое поскрипывание на выходе из изгиба и легкий толчок на одном из стыков, который я мысленно пометил и пообещал себе подстругать потом. Но в нашем случае все более чем прекрасно, потому что вагонетка с двумя сотнями килограммов камней прошла закругление и осталась на рельсах, а не улетела вместе со мной в чей-нибудь курятник. Мало того, со временем направляющие и колеса прикатаются друг к другу, пек забьет мелкие неровности, и ход станет еще мягче.
Обратно покатили уже бегом, и даже так тележка не свалилась. Подпрыгивала на стыках, камни подскакивали и грохотали, пара штук скатилась с краю, но колеса держались за рельсы цепко.
— Хорг! Толкни посильнее! — крикнул ему, когда вагонетку вернули в исходную позицию. — Как меня в тот раз!
— Да легко!
Он уперся ногами в глино-известковый пол, руками в задний край тележки и рванул со всей силы. Вагонетка сорвалась с места, просыпав несколько камней куда-то вниз, и помчала по направляющим вдоль стены. И вот он, момент истины, поворот, и площадка слегка накренилась, фланцы зашуршали, колеса перешли на широкую часть конуса, и вагонетка проскочила изгиб легко, даже не замедлившись.