Путь силы

Дадов Константин Леонидович

Сиера Джон и Дейв, сидели на низких жестких скамейках, почти в полной темноте, в маленькой камере. У них отняли оружие, а на руки Сиере надели браслеты блокирующие магию.

Сколько прошло времени с тех пор как их посадили сюда, никто не знал, в глухих толстых стенах не было и намека на окно. Кормили редко, грубым хлебом и водой, изредка давая кусочки засохшего сыра. Для рыцарей такой рацион был вполне привычен, а для Сиеры, белой мантии, привыкшей к вкусной еде и почти царскому обращению, это была настоящая

пытка.

– заметили, у них изменилась форма. Теперь это не лохмотья как раньше, а искромсанная ножницами одежда, на которую надеты нормальные кольчуги.
– сказал Джон, постоянно пытавшийся разговорить товарищей, и развеять тяжелую атмосферу.

Как обычно друзья промолчали, только Дейв коротко хмыкнул.

До узников донеслись отголоски шагов, и тихих голосов, заставившие трех друзей напрячься, так как отчетливо слышался стук сапог, а ящеры не носили обувь.

– думаете Триклоп выжыл?
– Дейв озвучил волнующий всех вопрос.

Джон только пожал плечами и поудобней перехватил кусок каменной кладки, отвалившийся от стены. А голоса звучали уже совсем близко.

– ... вы уверены, что действительно хотите лично увидеть пленников, они тут напали на стражника, который приносил еду, так что это может быть опасно?
– говорил чуть жриплый голос.

– жизнь вообще опасная штука, а моя тем более, так что не беспокойтесь.
– ответил ему более высокий, "бархатный" голос, он которого становилось как то не по себе.

По стенам забегали отсветы факелов, и тяжелая железная дверь, с неприятным скрипом открылась. Яркий свет ударил в глаза, на фоне света появилась фигура в плаще с капюшоном, которая слегка уступала ростом высоким рыцарям. За спиной незнакомца стояло пять рептилий, в полном вооружении.

С диким ревом, Джон кинулся на фигуру в плаще, замахнувшись своим куском камня, следом за ним кинулся Дейв, и последней бежала Сиера, от которой было моло толка в рукопашной.

Фигура в плаще, быстрым движением вскинула левую руку, нанеся удар ладонью по куску камня, а правой рукой, сжав пальцы в замысловатую фигуру, провела удар в живот молодому рыцарю.

Джон, как игрушка отлетел к дальней стене, где его осыпал дождь из мелких осколков камня, Дейва схватили два ящера, и без особых затруднений, повалили на пол, где и заломали ему руки. Саму же Сиеру, мужчина в плаще, схватил за шкирку, встряхнул как дурного котенка, а затем с силой приложил об пол, и наступил ногой ей на живот.

– и чего вы хотели этим добиться? Даже если бы вы вырвались наружу, там две сотни боеспособных ящеров, которые могут разорвать вас на куски голыми руками.
– в голосе говорившего не чувствовалось ни злорадства ни злобы, только грустная усталость, как будто он объяснял маленьким детям прописные истины.

– мерзавец! Предатель!
– захрипел Джон, который первым узнал Жульена, и теперь пытался подняться.

К рыцарю тут же подскочили два ящера и прижали его к полу.

– каждый выживает как может, а я при этом еще и добиваюсь своих

целей.
– улыбнулся Жульен, но из за шрамов, открытая нижняя часть лица изобразила невнятную гримасу.

Рыцари и белая мантия, еще чуть чуть постарались вырваться, но поняв безнадежность своих попыток, успокоились.

– чего ты хочешь, колдун?
– прохрипел Джон.

– а что вы можете дать, кроме своих жизней? Я хочу получить именно их.
– голос Жульена не подвел, как всегда он был спокоен, и ледяными иглами впивался у души его собеседников.

– что будит, если мы откажемся служить тебе?
– спросил Дейв, который наконец восстановил дыхание, и теперь просто лежал под весом двух ящеров.

Жульен пожал плечами, демонстрируя свое абсолютное равнодушие к их решению.

– я вполне могу обойтись и без вас, у меня есть кому заниматься размахиванием мечом, просто я даю вам шанс сохранить ваши жизни, и в перспективе возможно заработать на достойную старость. Но если вы откажитесь, то мои новые друзья не брезгуют и человеческим мясом.

Перспективы расписанные Жульеном практически не оставляли выбора, единственное, что могло заставить рыцарей выбрать смерть, это гипертрофированное чувство чести и долга перед мертвыми товарищами. К счастью для молодых рыцарей, им еще не успели вбить в головы прописные истины белого ордена, и они еще не разучились самостоятельно принемать решения.

– ну, я жду вашего ответа, согласны ли вы присягнуть мне, или предпочтете стать закуской на местных праздниках?
– метал звучавший в голосе Жульена резал слух, и одновременно казалось, что маг откровенно скучает.

– я согласен принести присягу, колдун.
– произнес Джон, его голос при этом стал почти таким же холодным, как и у Жульена.

Он изумления Сиера даже на мгновение прекратила дышать, что из-за сапога мага было и так затруднительно. Молодая львийка всегда считала, что рыцарь скорее умрет, чем сдастся врагу. Она и сама собиралась принять смерть вместе с товарищами, но решение Джона поколебало и ее уверенность.

Дейв тоже разрывался между двумя решениями, всегда осоциируя себя с рыцарями прошлого, смело принимающими смерть от рук врага в великих сражениях, он не хотел умирать так, ничего не добившись, бесславно прирезанным как свинья, для барского стола. Решимость встретить смерть в нем стремительно таяла, а услышав голос Джона, он окончательно пал духом.

– я согласен принести клятву верности, чародей.
– в тон своему другу произнес Дейв.

Жульен подал знак, и обоих рыцарей подняли на ноги, но при этом продолжали крепко держать.

– а ты что скажешь, колдунья?
– с едва заметной насмешкой, которая была наиграна, спросил дувушку Жульен.

– я не рыцарь.
– ответила Сиера, собрав в кулак остатки воли.

Тонкие губы, испещренные паутиной мелких шрамов, растянулись в хищной улыбке, и наклонившись к лицу девушки, при этом не увеличивая нажим на живот, ласково произнес.