Путь сердца
Шрифт:
Она ступала очень тихо, но все же, приблизившись к дивану и обогнув высокую спинку, заволновалась, что едва ощутимые звуки смогут выдать ее присутствие. Впрочем, любовники ничего не замечали – они всецело погрузились в наслаждение. Джейн спрятала пистолет в складках широкой юбки.
Леди Маргарет оказалась распростертой на спине, Уэссингтон – на ней. Он был без рубашки. Она – в удивительном экзотическом одеянии красного цвета с черной отделкой, даже в скромную минуту вряд ли способном прикрыть тело. Сейчас, в разгар любовной игры, верхняя часть наряда оказалась
Маргарет выгнула спину.
– Перестань дразнить, Филипп. Ты же знаешь, чего я хочу.
Мир медленно закружился: Джейн увидела, как губы мужа начали спускаться все ниже и ниже по телу зрелой бесстыдной женщины. Гнев выплеснулся через край.
– И то правда, Уэссингтон, вы же прекрасно знаете, чего она хочет! Перестаньте дразнить!
Любовники замерли, словно не в силах понять, откуда взялся третий голос. Потом оглянулись и увидели стоящую рядом с диваном Джейн. Филипп приподнялся на колени. Маргарет отчаянно взвизгнула и принялась беспомощно тянуть бретельки, пытаясь прикрыть грудь.
– Джейн… – Голос Филиппа больше всего напоминал скрип. Внезапное появление жены оказалось настолько удручающим, что граф с трудом мог произнести ее имя.
– Да, лорд Уэссингтон, перед вами именно Джейн. Новоиспеченная, возлюбленная супруга. Как мило, что вы до сих пор не забыли мое имя. – Гнев отзывался дрожью во всем теле. – Теперь не приходится сомневаться, что вы действительно умеете любить женщину. А то ночью очень трудно было в это поверить.
– Но что же ты делаешь здесь, внизу?
– Я вполне могла бы задать тот же вопрос вам, но ответ вижу собственными глазами.
Филипп наконец поднялся с дивана и встал на ноги.
– Джейн… я готов все объяснить…
– Сомневаюсь, что попытка увенчается успехом. – Маргарет все-таки удалось натянуть бретельки, а сверху даже накинуть абсолютно прозрачный халат. Теперь, в вертикальном положении и даже в некоем подобии верхней одежды, любовница вернулась в свое обычное нахальное состояние.
– Джейн, деточка, ты придаешь событию слишком большое значение. – Маргарет выглядела утомленной и раздраженной мелкими дрязгами. Губы искривились в легкой улыбке, которая должна была выразить истинное отношение к забавной ситуации. – Все прекрасно знают, что мы с Филиппом – близкие друзья.
Джейн ответила неожиданно уверенным, даже властным тоном, который немало удивил любовников:
– Вы не получали разрешения называть меня по имени! Не смейте! Никогда в жизни! – Потом перевела взгляд на супруга, который выглядел так, словно только что проглотил жабу. – Что она имеет в виду под «близкими друзьями»?
Маргарет хихикнула.
– Не ведите себя как безмозглая гусыня, молодая графиня. Как по-вашему, что я могу иметь в виду?
Филиппу удалось обрести некоторое подобие самообладания, а вместе с ним и голос, и видимость аристократического поведения.
– Замолчи, Маргарет. И оставь нас. Мне необходимо поговорить с женой наедине.
– Я не собираюсь
Филипп удивленно поднял брови, а Маргарет снова хихикнула. Удивительно, но на глаза почему-то снова навернулись слезы. Разве она не выплакала их раньше, перед Мег и Джоном? Нет, в обществе этих презренных людей она ни за что не позволит себе заплакать. Перед лицом собственной непростительной наивности – а ведь Джейн и в голову не приходило, что муж может иметь любовницу, – было слишком стыдно задавать вопросы. Но необходимо.
– Она ваша любовница?
Филипп грустно вздохнул, но потом собрался с духом и тихо ответил:
– Да, Джейн.
Непростительная грубость, бесстыдство, презрение и к ней самой, и к нормам приличия оказались нестерпимыми.
– И вы притащили эту женщину, эту шлюху в мой дом и пригласили ее остаться на время свадебных торжеств?
В ответ прозвучал насмешливый голосок Маргарет:
– Вообще-то, графиня, это дом графа. Очевидно, его сиятельству позволительно приглашать кого угодно.
– Замолчи, Маргарет! – одновременно воскликнули Филипп и Джейн.
Джейн неожиданно вытащила из складок юбки пистолет, и любовники застыли в изумлении и ужасе.
– Здесь всего лишь один заряд, и беда в том, что трудно решить, кто из вас двоих больше его заслуживает.
– Право, графиня, – первой пришла в себя отчаянная Маргарет. – Если вам угодно стрелять всякий раз, как муж приведет в дом любовницу, то лучше запастись целым арсеналом боеприпасов.
Грубое замечание оказалось последней каплей. Джейн подняла пистолет и выстрелила мужу прямо в грудь. К счастью графа, природа наделила его прекрасной реакцией в сочетании с ловкостью. Филипп мгновенно пригнулся, и заряд просвистел выше головы – там, где он только что стоял. Если бы не эта ловкость, сердце графа наверняка оказалось бы пробитым насквозь.
В наступившей неестественной, абсолютной тишине никто не двигался. Все трое до сих пор не могли поверить в реальность случившегося. Жена просто не имела права покушаться на жизнь супруга, тем более что супруг – пэр королевства. Голубоватый дым выстрела медленно оседал.
Первым очнулся Филипп. Он быстро вскочил на ноги и сделал шаг вперед, протянув руку к пистолету.
– Отдай немедленно, – решительно приказал он.
Джейн отшвырнула оружие и, подбежав к камину, схватила наперевес кочергу, словно это было боевое копье. Граф остановился.
В холле раздались торопливые шаги и громкие, взволнованные голоса. У открытой двери столпились несколько слуг и несколько разбуженных выстрелом гостей. Одетые во что попало, люди могли бы показаться комичной опереточной группой, не выгляди сцена настолько трагичной и шокирующей. Занятие графа и Маргарет не оставляло места для сомнений, а потому свидетели в ужасе замерли. Джейн уже почти слышала скандальные сплетни, которые непременно наводнят Лондон не позже чем к обеду.
На людях она не боялась реакции мужа, а потому решила взять инициативу в собственные руки и смело взглянула ему в лицо.