Путь разведчика
Шрифт:
— Вы оказали мне слишком большую честь, — сказал он совершенно искренне.
— Нисколько, — ответил тот решительно и предложил ему руку. — Позвольте мне проводить вас до дверей.
— Драться? — Эллиана обвела взглядом Жона, Триллу и Клонака. — А для чего мне уметь драться?
— Потому что порты и дальние планеты — это, как правило, места опасные, о прекрасная богиня.
— Потому что капитан должна быть в состоянии защитить себя, свой корабль и свой груз, — подхватил Жон. — И своего напарника, если таковой будет.
— Совершенно верно, — заключила Трилла своим небрежным дальнепланетным
Эллиана изумленно посмотрела на всех троих и забралась на высокий табурет. Заплатка немедленно прыгнула с пола к ней на колени.
— Я совершенно ничего не знаю о боевых приемах, — призналась она, пока кошка тыкалась головой ей в плечо и мурлыкала, словно крошечное землетрясение.
— Вот потому-то и надо учиться, — терпеливо объяснил Клонак. — Если бы ты уже их знала, то пытаться тебя обучить — значило бы впустую терять время.
— Нас обучали самозащите в курсе подготовки пилотов, — заметила Йолан, отрывая взгляд от ящика с запчастями, в котором они с товарищем наводили порядок.
— Но этого оказалось недостаточно, — добавил Сед Рик. — Нам пришлось внести поправки.
Он выпрямился, и одновременно то же самое сделала Йолан. Они подошли к табуреткам своим обычным построением: Йолан — по правую руку Сед Рика.
— Видите? — сказал паренек, и его правая рука резко рванулась вбок, срывая с пояса нечто яркое и смертоносное.
Это нечто звякнуло, зашипело — и затихло, когда Клонак направился к нему, протягивая руку.
— Звоноцепь, — сказал он, демонстрируя ее остальным.
Эллиана растерянно заморгала. Больше всего это было похоже на кусок тонкой цепочки, свернутой в петлю и закрепленной на кожаной рукояти.
— Незаконное оружие, конечно, — договорил Клонак и бросил петлю обратно Сед Рику, который поймал ее на лету и повесил обратно на ремень.
— Действенно, — заметил он, а Йолан добавила:
— Мы держим ее справа, потому что я — левша. Я иду справа от Сед Рика. Если он падает…
— То один из вас остается вооруженным и может действовать, — закончил за нее Жон. — Работа напарников, все правильно. — Он повернулся к Эллиане. — Те, кто не дерется, погибают, преподаватель математики.
Она посмотрела прямо ему в лицо.
— Я — трус, мастер Жон. Вам достаточно только поднять руку — и я съежусь.
— Тем больше оснований учиться, быстро и старательно, — отозвалась Трилла. — Если достаточно хорошо научишься, никто тебя не тронет.
Она соскользнула со своей табуретки, адресуя Клонаку целый ливень пальцевых знаков.
— Есть разные стили боя, — проговорила она, указывая ему, на какое место следует встать. — Клонак предпочитает портовые правила, что значит — никаких правил.
— Видишь голову — бей в голову! — жизнерадостно объявил Клонак.
— Вот так, — сказала Трилла — и пришла в движение. Эллиана спрыгнула с табуретки, сбросив Заплатку вперед.
Жон поймал ее за запястье. Она пронзительно вскрикнула — и замерла, испуганная и завороженная, глядя, как Клонак остановил нападение Триллы пинком, направленным прямо в живот женщины. Однако Трилла уклонилась и направила ответный удар в колено Клонака. Он упал с перекатом, и она прыгнула вперед, собираясь лягнуть его в голову. Только Клонак вдруг стремительно сел, и теперь уже упала Трилла с высоко заломленной за спину рукой и прижавшись
— Сдаюсь!
Это слово еще не успело отзвучать, как Клонак уже выпрямлялся, подавая руку, чтобы помочь ей встать.— Неплохая партия, старушка.
Она ухмыльнулась и передернула плечами, оглядываясь на Эллиану.
— Ну, это мне не очень хорошо дается.
— Трилле нравится танец, — сказал Клонак.
Он положил руку на пояс — и отнял от него злобно выставленный палец.
— Притворимся, что это нож! — крикнул он и рванулся вперед.
Трилла легко ушла в сторону, развернулась, вскинула ногу, уклонилась. Нож следовал за ней, спеша нанести удар, двигаясь все более отчаянно… И Трилла вдруг полетела вперед — легко, словно в танце. Ее рука резко столкнулась с запястьем Клонака, его рука дернулась вверх…
— Обезоружен! — воскликнул он и быстро уселся на пол, скрестив ноги и ухмыляясь Эллиане, глядя на нее снизу вверх. — Склонись перед необходимостью, божественная. Вселенная — место опасное.
— Первый урок состоится завтра, — объявил Жон, наконец выпуская ее запястье. — Трилла будет учить тебя танцу.
Глава двадцать шестая
Джела всю свободную вахту возился на мостике, отлаживая систему канатов и сетей безопасности, предназначенных для удержания дерева в положении, которое он считает нужным. Он уже собрался подвести от главного двигателя гравитационное поле, но я это запретила.
Если это дерево будет на мостике, то пусть, черт подери, подвергается тем же рискам, что и пилоты.
Даав завязал серебряную ленту, позволив расшитым бисером концам упасть вниз. Глядя в зеркало, он расправил кружево и придал воротнику более правильную форму. Расшитая бисером лента элегантно легла ему на плечо, уравновесив грубое кольцо, висящее в мочке уха.
Он прервал свой туалет, трогая серьгу. Мысленно он снова перенесся в то утро, когда Скалоцвет вывела его из шатра. Роса намочила ему сапоги. Они стояли на краю равнины, на краю рассвета.
Она повернула его лицом к восходящему солнцу и выкрикнула его имя — Эстреллин, Звездосын. Это имя не считалось у Племени Ман счастливым, поскольку считалось, что звезды приносят безумие, но Скалоцвет приказала ему стоять без страха. Краем глаза он увидел проблеск клинка, почувствовал, как он впивается ему в мочку уха, — и услышал, как одобрительно хмыкнула Скалоцвет.
— Кровь и клинок, Звездосын, ребенок из шатра бабки.
А потом они вернулись в осенний лагерь, в серебряный шатер работников. Скалоцвет собственноручно скрутила нагретый металл в нужную форму. Раскаленная проволока вошла в надрез на ухе, прижигая ранку, и ее концы сплавились, образовав сплошную петлю. Она сказала ему, что ничто не сможет разорвать это кольцо — как ничто не сможет разорвать его узы с ее шатром.
Стоя в Джелаза Казон за час до торжественного обеда, Даав невесело улыбнулся своему отражению. Конечно, серебряную петлю можно было разорвать, и без всякого труда — один щелчок кусачек, осторожно вынутая проволока, пара минут в автовраче, чтобы уничтожить шрам… Он не стал этого делать. И не станет. В плену у лиадийцев остается кусочек Звездосына, ребенка из шатра его бабки.