Путь разведчика

Ли Шарон

— Да, — со вздохом проговорил дежурный у входа в здание Гильдии Целителей в Чонселте и отступил, давая им войти. — Жон дэа-Корт предупредил, что вы сюда явитесь и что не в его силах вам помешать.

Он закрыл дверь и сделал им знак идти следом. Они молча прошли за ним по короткому коридору и оказались в маленькой гостиной.

— На буфете стоит вино и хлеб с начинкой. Начальник филиала очень скоро спустится и поговорит с вами. А тем временем меня попросили передать пилоту йос-Фелиуму настоятельнейшую просьбу стараться сохранять

спокойствие. У нас в здании находятся новички.

Он поклонился и оставил их ждать. Дверь за ним сразу же закрылась.

Остановившись в центре комнаты, Корвал вздохнул, а потом повернулся и устремил на нее взгляд, который по мягкости мог сравниться разве только с обсидианом.

— Не желаете ли подкрепиться, пилот? — спросил он с заботливостью, которой она не ожидала — при таком-то взгляде. — Умоляю вас, сядьте. Я безжалостно пользовался вашей добротой этим вечером, когда вам и так больно из-за моей некомпетентности. По крайней мере позвольте мне подать вам немного вина.

— Спасибо, — ответила Самив, подходя к двойному креслу и в благодарном оцепенении опускаясь на мягкое сиденье. — Думаю, что сяду, но, наверное, вино…

Дверь распахнулась, и в комнату вошла седовласая женщина в простой рубашке и брюках. Она отрывисто поклонилась.

— Начальник филиала Гильдии мастер Этильен. Прошу вас, пилот тел-Изак, не трудитесь вставать. Берегите силы.

Она повернулась к мужчине, застывшему в центре комнаты.

— У вас ко мне дело, Корвал?

— И серьезное, мастер Этильен, — отозвался он. — У вас здесь находится Эллиана Кэйлон. Сведения, которые я получил о ее состоянии от пилотов из филиала нашей Гильдии в Чонселте… ужасают. Я увижу ее, с вашего любезного разрешения.

— Увы.

Самив увидела, как напряглись плечи Главы Корвала, хотя его голос остался таким же спокойным, как всегда.

— Пилоты из Гильдии сказали, что она просила вызвать меня. Я хочу показать ей, что тот, кому она доверяла, ее не оставил. Я ее второй пилот. Я имею на это право.

— Сейчас с пилотом Кэйлон находятся мастера Кестра и Том Сен. На данном этапе я не могу допустить, чтобы их работа прерывалась. Сведения, которые вы получили от товарищей по Гильдии пилотов, представляются преувеличенными. Целесообразно, чтобы второй пилот позволил себе удовлетвориться этой предварительной информацией и вернулся в Солсинтру.

— Я…

— Корвал, вы ослепляете Гильдию, — строго заявила старуха и предупреждающе подняла руку. — Да, я Вижу, что вы стараетесь себя сдерживать, и я искренне благодарю вас за эти усилия. Без этого моей защиты было бы недостаточно, чтобы я могла стоять в одной с вами комнате и вести разговор. Однако никакое количество разговоров не поможет вам сегодня оказаться рядом с пилотом Кэйлон. Поверьте, что я говорю это с полной серьезностью.

Она вздохнула и опустила руку.

— Даав, отправляйтесь домой. Возвращайтесь завтра. Она и тогда не будет меньше любить вас.

Наступило молчание, которое было таким наэлектризованным, что Самив ощутила, как у нее на руке шевелятся волоски. А потом Корвал низко

поклонился старой Целительнице.

— Завтра, мастер Этильен, я не приму отказа. Она наклонила голову.

Самив подтянула ноги и встала. Мысли у нее туманились, голова кружилась.

— Пилот!

Она заглянула в лицо, которое было лишено всякого выражения. Корвал подал ей руку.

— Позвольте мне отвезти вас к вашему Делму.

Она сидела на месте второго пилота, но ее пульт оставался темным. Корвал вел кораблик молча: он молчал с той минуты, как они ушли из Гильдии Целителей.

— Самив! — окликнул он ее, и она вздрогнула, хотя голос его звучал очень мягко.

Она выпрямилась в кресле и посмотрела на него, увидев только профиль и быстрые, умные пальцы, снующие по приборной доске.

— Да, пилот?

Он посмотрел на нее — на выточенном из золота лице глаза были лишены света, — а потом снова повернулся к пульту.

— Мне бы хотелось, чтобы вы сказали мне правду. Вы сможете?

Она облизнула губы.

— Да.

— Хорошо, — пробормотал он. — Мне хотелось бы знать, желают ли ваши собственные разум и сердце этого брака, который обещан вашему Делму.

«Ее собственный разум и сердце!» Вопрос, достойный разведчика. Он поставлен так, словно разум и сердце человека имеют свое место в плетении родства и долга. И все же…

— Если бы я была… моим собственным Делмом… я бы не искала этого брака, — медленно проговорила она, неуверенно нащупывая нити личного желания. — Я… прошу меня извинить…

— Я сам задал этот вопрос, — мягко отозвался он. — И среди товарищей нет нужды просить прощения за правду, так ведь?

— Совершенно верно. — Она перевела дыхание и сжала на коленях руки. — Правда, Корвал, я вижу… что вы… нравитесь мне гораздо больше, чем… Но я не думаю, чтобы мы… чтобы мы… подошли друг другу, — закончила она объяснение несколько растерянно.

— А!

Опять наступило молчание, и она откинулась на спинку кресла. Вдруг она четко представила себе, что бы подумала ее Делм, если бы услышала, как Самив ведет такой разговор со своим нареченным, — и она подавилась смешком.

— Вы сможете вынести некоторую долю неудовольствия своего Делма? — внезапно спросил он. — Я клянусь, что постараюсь взять на себя большую часть. Но она наверняка будет недовольна и вами.

— Она и сейчас мною недовольна, — отупело отозвалась Самив. — Мне ведь не следовало приходить к вам с просьбой о помощи.

— Понятно. В таком случае, мне кажется, что мы сможем избавить вас от внимания Дерева, пилот. Вам нужно только держаться твердо и тихо. И клятвенно обещать мне одну вещь.

Она моргнула:

— В чем я должна поклясться?

Он посмотрел на нее, приподняв темную бровь.

— Придите ко мне, когда гнев вашего Делма остынет, чтобы мы смогли окончательно свести счеты между нами.

— Корвал, вы мне ничем не обязаны. Я…

— Я вынужден умолять вас позволить мне самому оценить размеры моего собственного долга, — прервал он ее, очень строго и официально, в полном соответствии с Кодексом.