Путь мистика
Шрифт:
– Странно!
– сказал он.
– Вы никогда в жизни не встречали человека, который мог бы дать вам характеристику?
– Нет, - сказал я.
– Я не могу дать им характеристику. Есть сотни людей, которые хотели бы дать характеристику мне, но меня не интересуют их характеристики; у них нет никакого характера.
– У вас странное мышление, - сказал он, - но я должен действовать согласно правилам и инструкциям: характеристика обязательна. Она должна прилагаться к заявлению; иначе я буду виноват.
–
– Вы напишете характеристику самому себе?
– сказал он.
– Нет, но я напишу заверенную копию характеристики от главы моего отделения, С. К. Саксены.
– Это кажется очень странным, - сказал он.
– У вас нет оригинала. Как вы можете написать заверенную копию?
– Я получу оригинал и пришлю вам, чтобы вы увидели, что я вас не обманул.
И я написал заверенную копию характеристики, которой вообще не существовало! И я сделал две копии, одну дал ему и сказал:
– Одну я должен отнести к С. К. Саксене, чтобы получить оригинал.
– Это кажется таким запутанным делом!
– сказал он.
– Пожалуйста, пришлите мне оригинал, чтобы я мог понять, что хочет сказать Саксена...
– Не беспокойтесь, - сказал я. Я пришел к Саксене. Я сказал ему:
– Напишите оригинал этой характеристики согласно этой заверенной копии.
– От кого вы получили заверенную копию?
– спросил он.
– Я сам ее написал, но не написал ничего такого, что вам было бы трудно написать обо мне.
Он просмотрел заверенную копию и сказал:
– Я бы написал вам в тысячу раз лучшую характеристику.
– Я написал минимум, чтобы вы не могли сказать, что я что-то преувеличиваю.
– Но мне жаль, что я должен это подписать... что вы уже все сделали.
И он написал оригинал и сказал:
– Я запомню это на всю жизнь - в первый раз оригинал списывается с заверенной копии!
И я послал оригинал министру.
Через два года, когда он уже не был министром, мы встретились в поезде. Я спросил:
– Вас удовлетворил оригинал?
– Странно, - сказал он, - но, слово за слово: как вам это удалось?
– Саксена очень рассердился на меня. Он дал бы мне прекрасную характеристику, лучшее, что он только мог написать, но не было никакой возможности - я уже отдал заверенную копию, поэтому он просто переписал ее и отправил вам.
Министр сказал:
– С тех пор я часто думал о вас, о том, что без собеседования, без всякой характеристики, без использования надлежащих каналов... как вам удалось получить у меня прием? Я человек не настолько мягкий и легковерный.
...Назначив мне прием, он сказал:
– Вы получите извещение по почте.
Я сказал:
– Нет необходимости; дайте его мне. Я уже здесь. Вы пошлете его почтой по моему
– Снова и снова я думал, - сказал он, - что, наверное, я был под гипнозом - или произошло что-то в этом роде, - потому что это совершенно не в моем духе.
И это была правда.
Когда я прибыл в колледж, в который был назначен, и представился директору, он сказал:
– Но это назначение было подписано только вчера! Как же вы так быстро его получили?
– потому что по почте оно достигло бы вас только через три дня.
Он заподозрил неладное; он подумал, что это что-то странное: оно было подписано только вчера, а на следующий день я его уже предъявляю - а между столицей и этим колледжем расстояние в тысячу миль.
И он сказал:
– Мне придется позвонить министру; пожалуйста, извините меня.
– Нет никаких проблем, звоните, - сказал я.
– Ив любом случае, я здесь сижу...
Он позвонил министру, и министр сказал:
– Да, это случилось. Я сам не знаю, как это случилось. Я не должен был этого делать, но он просто сказал это так ясно и с таким авторитетом, что мне пришлось дать ему назначение, несмотря на все правила.
Политики зависят от общественного мнения. У них нет никакой цельности. Ты должен быть напористым, и немедленно они готовы слушать. Если ты не напорист, напористыми будут они.
И я сказал министру образования, когда мы встретились в поезде:
– Не было никакого гипнотизма, ничего подобного. Я просто знаю, что ум политика - это слабый ум; он зависит от общественного мнения. У него нет собственного авторитета, нет никакого принятия себя. Фактически, он постоянно отрицает себя, и если кто-то приходит и просто выбрасывает все эти общественные мнения и смотрит прямо в глаза, внутрь тебя, ты пугаешься, потому что там ты пуст.
Поэтому если ты боишься идти к людям, встречаться с людьми, это значит, что ты чувствуешь себя очень пустым, а этого не должно быть. Ты должен быть переполнен самим собой, не чьим-то мнением или восхищением, но своей собственной жизнью, своей собственной жизненной силой.
И именно это я имею в виду - медитация дает тебе авторитет, власть... не над другим, но просто качество власти и качество авторитета, которого никто не может у тебя отнять. Это - твое.
Общественное мнение можно отнять - сегодня оно с тобой, завтра оно против тебя. Сегодня тобой восхищаются как святым; завтра тебя осуждают как грешника. Лучше быть самому по себе - святой ты или грешник. Где бы ты ни был, просто будь сам по себе, чтобы никто не мог этого отнять.
Лучше быть грешником по собственному праву, чем святым в общественном мнении. Это заимствованно, и ты пуст.