Путь миротворца
Шрифт:
— Никуда мы не едем! — прикрикнул тот на странствующего рыцаря. — Вы все остаетесь в доме Иалема, ясно?
Харис опешил от такой перемены не меньше Марка:
— Но, брат Ортос, вы же можете лишиться своего сана…
— К хаосу мой сан, Маркос в большой беде! — крикнул епископ. — Никтилена, учи Маркоса сражаться. Каждый день, не ленитесь! Харис, Флория, будьте всегда рядом, глаз с него не спускайте. Да хранит нас всех воля Всевышнего!
Энергично опираясь на посох, епископ быстро зашагал по дороге и вскоре исчез из виду. Выбежав поначалу следом, Марк вернулся в дом.
— Куда ушел Ортос? — спросила хранительница из-за спины.
— Ушел искать какого-то учителя боевых искусств, — удрученно ответил Марк.
— Понятно, — прошептала хранительница, нахмурившись. Марку показалось, что она догадывается, кого отправился искать епископ, и этот кто-то ей далеко не симпатичен.
Странное поведение епископа насторожило всех. Харис, Флоя и Никта долго выпытывали у Марка, что произошло, но так и не услышали ничего вразумительного. Марк и сам толком не знал, что так напугало спокойного уравновешенного епископа. Пророчества он не понимал, а рассказать его друзьям не решался, памятуя строгое наставление епископа.
Ближе к вечеру у Лунного леса и дальше в сторону Храма призвания появились тройки воинов, вооруженных копьями и луками. Это были патрули гарнизона Зеленой идиллии: значит, королевский эмиссар таки побеспокоился о защите дома Иалема и других жителей поселка. Присутствие войск придавало чувство защищенности — возвращения в поселок Эреба с даймонами можно было не опасаться.
Глядя на патрулирующих воинов, Марк увидел хранительницу, идущую из леса к дому. Ее густые темно-каштановые волосы были заплетены в косу, а озаренное утренним светом лицо украшала скромно-проницательная улыбка, с какой она смотрела на сидящего Марка. Ее движения рук и ног, легкие повороты головы и даже покачивание за спиной чехла с мечом — все выглядело грациозным. Легкие коричневые одежды, скрывающие даже кисти рук, все так же придавали ее фигуре ауру таинственности, как у владычицы леса.
«Ночная птица, лесная нимфа, хранительница секретов… наверное, нужно заслужить такие странные прозвища».
— Гуляла по деревьям?
— Нет. Деревья Лунного леса не пригодны для прогулок. А что ты делаешь?
Марк пожал плечами.
— Так, ничего.
— Ортос сказал, чтобы я учила тебя сражаться.
Марк кивнул без особого энтузиазма. Он давно мечтал научиться владеть мечом, но ему не хотелось, чтобы его учителем была именно Никта.
— Раз Ортос сказал, то так тому и быть, — сдержанно ответил он.
— Тогда обнажи меч. Я расскажу тебе о секретах Шестого миротворца, каких ты еще не знаешь.
«Это мне пригодится», — с утешением подумал Марк, глядя на обоюдоострый меч и наслаждаясь теплом рукояти.
— Основа всякого боевого мастерства — это сила терпения, — начала
Марк послушно воткнул Логос на половину лезвия.
— Стань на колени и обхвати двумя руками рукоять.
Он повиновался, ожидая чего-то необычного.
— Так и стой.
Недоумевая, Марк проследил, как хранительница направляется к двери.
— И все?
— Все.
— Сколько же времени мне так стоять?
— Пока не вернется брат Ортос.
— Но он может вернуться только ночью! — напомнил Марк.
— Тем лучше. Тогда ты точно овладеешь искусством терпения, — с душевной простотой ответила хранительница и скрылась за дверью.
«Издевается? — внутри все вскипело, но Марк пересилил себя. — Ну ладно, я буду послушным», — упрямо подумал он.
В течение получаса он усиленно думал о пророчестве, о своей миссии, но потом все наскучило. Колени начали затекать, голова — клониться к груди, на лицо и руки изредка садились мелкие мушки. Марк начал раздраженно ерзать: уж не посмеялась ли над ним хранительница, не свалял ли он дурака, послушавшись немудреного секрета?
«Пусть даже так, я буду послушным!»
Он сжал рукоять, твердую и теплую, направляя мысли к небесам. Закрыв глаза, он устремился ввысь, где царили абсолютная чистота и ясность…
— Хвала Небесам, ты хорошо начал урок терпения, — приветливо встретила его хранительница за столом гостиной комнаты. — Ты продержался целых два с половиной часа.
— Но так и не дождался брата Ортоса.
— Ты сделал первый шаг к победе и победишь, если сделаешь второй и третий.
Марк чувствовал, что вполне заслужил ее благосклонность. Грудь дышала свободой, он испытывал радость жизни. Двухчасовые размышления на коленях с мечом зарядили его бодростью и ясностью ума. Неплохо для начала.
— Поешь, — указала хранительница на стол, где были хлебные лепешки, зелень и глиняная миска с пропаренными пшеничными зернами. — Завтра продолжим. Вижу, ты уже готов к изучению боевых приемов.
— У тебя еще много секретов Шестого миротворца? — спросил Марк.
— Некоторые я уже открыла тебе, некоторые ты открыл сам.
— Когда? — смутился Марк.
— Когда остановил Лестаса у мелисской таверны. Ты открыл в себе Силу примирения. Примирения, которое изменит мир.
Марк провел рукой по лезвию Логоса. Холодный металл и теплая рукоять соединяли в нем странное очарование, вызывая то таинственно-приятное состояние чувств, когда строгий рассудок уступает вере в чудеса. «Уповать на чудо — вот в чем сила Логоса», — подумал Марк.
— Раскаленное лезвие твоего меча можно прикладывать к отравленным ранам. Если осознаешь причину своей раны.
— Это я узнал от королевы Сильвиры, — сказал Марк, с неприязнью вспоминая Белое забвение, о котором напоминал шрам от ожога на шее.
— Рада за тебя: ты встречался с самой королевой Южного оплота! — с чересчур наигранной завистью сказала хранительница.
— Если б я знал, что она королева, — вздохнул Марк и вдруг уловил ее скрытое желание. — Ты тоже хочешь встретиться с ней?