Путь меча
Шрифт:
Мы вошли в просторную, аскетичную комнату с каменным полом и мощной вытяжкой под потолком. В центре стоял массивный каменный стол. Цзинь Тао, всё ещё багровый от ярости, уже разложил инструменты и несколько пакетиков с травами. Он стоял у стены, избегая моего взгляда, но я чувствовал его ненависть как физическое давление.
— Теория, — Старший Гу занял место у стола, скрестив руки на груди и буравя меня взглядом. — Допустим, тебе нужно приготовить «Эликсир Ясного Взора», но у тебя нет основного катализатора — пыльцы Лунного Жасмина. Какие три альтернативы ты можешь использовать, и как изменится процедура
Вопрос был сложным, выходящим за рамки базового курса. Цзинь Тао едва слышно хмыкнул, ожидая моего провала.
Я закрыл глаза на секунду, и перед моим мысленным взором тут же всплыли страницы из базы данных Юнь Ли. Однако я не просто зачитывал ответ. Я пропускал его через призму собственного, ещё небольшого, но уже существующего понимания.
— Первый вариант: «Слеза Русалки», — начал я ровным голосом. — Процедура не изменится, но итоговый эликсир будет давать не ночное, а подводное зрение на короткий срок. Второй: «Корень Призрачного Свечения». Его нужно будет добавить на третьем этапе, а не на втором, и температура должна быть на двадцать градусов ниже. Эффект: зрение в тумане и мгле. Третий…
Я сделал паузу, глядя прямо на Старшего Гу.
— Третий: «Игла Слепого Скворца». Её нужно растереть в порошок и вдуть в уже готовый, остывающий отвар. Эликсир будет не улучшать зрение, а на короткое время давать эхолокацию, и вызовет временную светобоязнь. Это архаичный метод, рискованный, но действенный.
В комнате воцарилась тишина. Цзинь Тао смотрел на меня с откровенным недоверием. Старший Гу не двигался, а его глаза сузились.
— «Игла Слепого Скворца»… — задумчиво произнёс он. — Этого нет ни в одном учебнике Академии. Тебя хорошо обучили.
Я встретил его взгляд, не опуская глаз.
— Меня учили, что истинная алхимия — это не следование рецепту, а понимание сути энергии, — ответил я. — Если знать, для чего нужен каждый компонент, всегда можно найти ему замену. Даже самую нетривиальную.
— Понимание сути, — повторил он, и в его голосе прозвучала теплота, которой там не было до сих пор. — Что ж. Давай посмотрим на твоё понимание в деле. Практика. Приготовь базовый «Отвар Восстановления Ци».
Старший Гу жестом указал на массивную каменную плиту в углу комнаты. Она не была похожа на мой потрёпанный горн, а являлась самым настоящим произведением искусства: вырезанная из цельного куска чёрного базальта, испещрённая сложными серебряными рунами, мерцающими тусклым светом. В её центре зияло идеально круглое отверстие, готовое принять котелок.
Я подошёл и положил руку на прохладный камень. Плита отозвалась едва уловимым гудением — она была активна и жаждала работы. Доставая свой скромный бронзовый котелок, я почувствовал, как Ци плиты обволакивает его, усиливая и стабилизируя. Это всё равно что перейти с затупившегося тесака на отточенный клинок: инструмент ощущался как продолжение руки.
Я кивнул сам себе, поставив свой котелок в отверстие печи. Металл мгновенно прогрелся до нужной температуры.
Первый ингредиент. Корень Женьшеня. Я не бросил его, а плавно опустил в котелок, одновременно направляя в него свою Ци. Под действием тепла и энергии из корня начали выделяться золотистые капли сока, но не хаотично, а выстраиваясь в сложную энергетическую сеть — основу будущего зелья.
Я чувствовал,
Второй ингредиент. Стебли Серебрянки. Я измельчил их пальцами и в тот же миг направил в них импульс Ци, заставив серебристую энергию высвободиться в виде мельчайшего тумана. Он окутал золотую сеть Женьшеня, и они начали сливаться, создавая переливающуюся структуру. В воздухе поплыл густой, сладковатый аромат.
Я даже немного расслабился, ощущая, как легко и правильно идёт процесс. Но в следующий момент, когда я протянул руку к лепесткам Пламени Лотоса, я почувствовал нечто чужеродное.
Это была искусно сплетённая ловушка. Тёмная, вязкая Ци, чужая и ядовитая, была скрыта внутри самого сердца лепестка, готовая рвануть при контакте с моей внутренней энергией. Эта зараза мгновенно уничтожит зелье и, возможно, покалечит меня.
Глава 13
Я смотрел на лепестки Пламени Лотоса. Это могла быть подлость Цзинь Тао — искусно замаскированная под неудачу на экзамене. Но что, если это часть испытания? Проверка не на умение следовать рецепту, а на способность мыслить, импровизировать, спасти ситуацию, когда что-то пошло не так?
Я не мог знать наверняка. Но одно было ясно: просто бросить лепестки в котелок — значит, гарантированно провалиться. И виноват буду только я.
Мои пальцы замерли в сантиметре от лепестка. Я стоял, прожигаемый взглядом Старшего Гу, в котором читалось не нетерпение, а напряжённое ожидание. Он ждёт. Ждёт, что я сделаю.
Любое моё действие было огромным риском. Но делать что-то было нужно.
Я начинаю. Одна за другой, моя воля острая как клинок, перерезает невидимые узлы между энергией цветка и ядом. Высвобождающаяся энергия пытается вырваться, но я тут же перенаправляю её, вплетая строго дозированными порциями в формирующуюся в котле энергосеть из Женьшеня и Серебрянки. Это невероятно сложно. Пот заливает мне лицо, руки дрожат от невероятного напряжения, но я не останавливаюсь.
И вот, весь яд освобождён и переработан, а вся дополнительная энергия теперь не угроза, а ресурс. Вздохнув, я опускаю лепестки в котелок.
Эффект превосходит все ожидания. Три потока энергии сливаются не в спираль, а в сияющий вихрь. Цвет отвара меняется с розового на глубокий, переливающийся рубиновый. Аромат становится густым, пьянящим, с металлическими нотками.
Я снимаю котелок и переливаю зелье в колбу. Оно светится изнутри, словно жидкий рубин. Недолго думая, ставлю колбу перед Старшим Гу.
— Ваш «Отвар Восстановления Ци», мастер. Лепестки Пламени Лотоса были лучше, чем обычно. Поэтому я взял на себя смелость немного усовершенствовать зелье.
— Невероятно, — мастер взял колбу и долго рассматривал её содержимое. — Ты отлично справился с помехой. И даже более того, ты использовал её, чтобы выйти за рамки рецепта, и усилил зелье на треть. Цзинь Тао, принеси печать, бланк, а также бланк особого образца.
Когда бледный Цзинь Тао пулей вылетел из комнаты, Старший Гу отложил колбу и серьёзно посмотрел на меня. В его глазах плескалась странная смесь из одобрения, любопытства и тревоги.