Путь лидера
Шрифт:
Ник серьезно задумался и решил, что даже если и так — ему наплевать. Пусть выполнит свою часть сделки, а потом делает что хочет. Продает перстень и уезжает, обменивает на амнистию или вырезает всех прочих претендентов на трон. Главное чтобы рассказал то, что знает о некроманте, а потом пусть катится в пекло.
Давно пора думать о себе, а не о спасении жизней незнакомых людей.
О себе и о Элельен, конечно же.
Глава 30
По мере приближения к библиотеке людей вокруг становилось все меньше. Это место у обитателей замка определенно
Спустившись с коляски, Никаниэль подошел поближе и увидел на двери табличку с надписью «Без стука не входить». А чуть ниже какой-то шутник ножом нацарапал «Не стучать».
Смешно.
Судя по потемневшим местам среза, балагур-вандал жил лет эдак триста назад, и за все это время никто так и не удосужился хотя бы закрасить его творчество. А может это, будучи ребенком, сделал один из предыдущих правителей, и теперь его послание обречено навечно смущать любителей соблюдать все возможные правила и предписания.
Коротко усмехнувшись, Ник пару раз стукнул костяшками пальцев и тут же вошел.
— Кого там еще… А-а, Ваше Высочество.
Из-за массивного стола, с трудом поднявшись, вышел сам мастер над знаниями. Похоже он совмещал в себе еще и должность библиотекаря. Но, что гораздо более удивительно — так это сама библиотека.
За такой невзрачной дверью, принц ожидал увидеть каморку три на четыре, пару шкафов, один из которых подпирал бы какой-нибудь бесценный фолиант, и стопку погрызенных мышами книг, доживающих свой век в пыльном углу.
Однако реальность превзошла все мыслимые ожидания. Огромный зал высотой в несколько ярусов, занимало бесчисленное множество стеллажей, уходивших вглубь насколько хватало глаз. Причем каждый из них был до верху заставлен томами всевозможных размеров и форм.
В помещении отсутствовали окна, видимо чтобы предотвратить выцветание хранимых материалов, и свет, как и во всем остальном замке, давали особые напольные канделябры с кавиалами. Вот только на всю библиотеку их похоже не хватило, и дальняя часть зала тонула в кромешной тьме.
— Не ожидал увидеть вас с здесь, Ваше Высочество. — Йесен попытался поклониться, но охнул и схватился за спину. — Думал вы во всю заняты подготовкой к балу.
— Балов я навидался и дома. — подойдя поближе, ответил Никаниэль. — А вот посетить знаменитую пантиокскую библиотеку можно только здесь.
— Неужто знаменитую? — с улыбкой на лице переспросил Персим.
— Конечно. Отец мне чуть ли не приказал обязательно заглянуть и прикоснуться к истории людской расы.
Немного лести, чтобы задобрить старика, не повредит. Тем более, что скоро Нику предстояло обратиться к нему с не совсем стандартной просьбой. Самостоятельно искать что-либо по интересующей его теме среди тысяч всевозможных манускриптов могло не хватить целой жизни. Даже такой долгой как эльфийская.
— Правители Эльфхейма столь же мудры, как говорят о них наши записи. — учтиво произнес определенно польщенный мастер. — О чем бы вы хотели узнать, Ваше Высочество? В свете завтрашнего ракатоша, могу предложить родовую книгу Его Величества с указанием всех предков и родственников. — Йесен задумался. — Или может отчет о предыдущем
— Мне нужны книги о некромантах. — напрямую выпалил принц. К сожалению, у него было не так много времени, чтобы юлить и искать способы более мягко ступить на опасную почву. — Какие-нибудь доклады корпуса магического противодействия, упоминания очевидцев, жалобы отдаленных королевств ну или хотя бы легенды. Но что-нибудь посвежее, а не времен Ужасной Войны.
Персим удивленно открыл рот и тут же его захлопнул. Сощурившись, он окинул Ника подозрительным взглядом, но практически сразу мотнул головой, будто отгоняя навязчивую мысль.
Принял за Героя Лаода? Даже если описание борца с нежитью дошло до мастера над знаниями, то в нем совершенно точно должно говориться, что светлый воин — человек. Как бы сильно не искажали историю слухи, Герой Лаода никак не мог стать эльфом. Об этом бы кричали в первую очередь.
Не зря уши маскировал. Принц в очередной раз мысленно поблагодарил Казурана за кольцо.
— Вся информация о магии смерти уже много веков под запретом. — качая головой сообщил Йесен. — У нас кое-что, конечно, есть, но… Позвольте спросить, Ваше Высочество, зачем вам это нужно?
Такого вопроса Никаниэль ожидал и успел заранее придумать ответ:
— Видите ли, уважаемый мастер. — Ник напустил на себя таинственности, а заодно расфокусировал взгляд и с помощью артефакта шинкацу сделал радужку чуть темнее. Должно смотреться эффектно. — За время пути сюда моему отряду пришлось не раз столкнуться с ожившими мертвецами. Многие пали, защищая меня от этой погани. Их тела никогда не будут по достоинству приняты нашей землей, а родные и близкие не смогут посадить миллоран на Аллее Предков. Страшная утрата для всего моего народа.
Склонив голову, принц замолчал, давая собеседнику возможность проникнуться сказанным.
— Но в Эльфхейме я читал, что раньше, до Ужасной Войны, некромантия не считалась злом. Маги смерти следили за тем, чтобы мертвецы спокойно лежали в свих могилах и не тревожили тех, кому еще суждено к ним присоединиться. Они упокаивали ожившие трупы, развоплощали призраков и надежно охраняли границы мира живых. Так в свете последних событий, не пора ли вернуться к этой традиции? А даже если и нет, я хочу быть готовым, если у меня дома творится та же дрянь, что и здесь!
Старик несколько секунд изучающе смотрел на Никаниэля, будто в попытке залезть к нему в голову и проверить, что же на самом деле хочет эльф. К счастью, о существовании такой магии Ник не слышал. А даже если бы она и существовала, то человеку нужно время на произнесение заклинания, и принц успел бы отреагировать. О его способности поднимать мертвых лучше никому не знать. Как и о возможности использовать магию других рас.
— В чем-то я с вами согласен, Ваше Высочество. — тихо проронил Персим, закончив разглядывать Ника. — Времена сейчас неспокойные. Мало было красной оспы, так еще и нежить, забери ее Лаод, распоясалась. Его Величество уже поручал мне найти способ с ней разделаться, но о некромантах он и слушать не желает. Впрочем его я тоже понимаю. Не зря же наши предки ввели столь строгий запрет на темные искусства.