Путь Кейна
Шрифт:
— Отведу, отведу, только отпусти, — захрипел сразу поверивший в угрозу парень.
— Вот и ладно. — Одной рукой я перехватил его под локоть, второй дружески похлопал по спине и широко улыбнулся: — Дернешься — изувечу.
Оборванец побледнел и на подгибающихся ногах потащился по улице. Выйдя с площади, мы свернули в какой-то проулок, миновали заваленную мусором помойку — несколько грызущихся из-за кости собак, поджав хвосты, бросились наутек — и остановились перед спуском в городскую канализацию. В обложенном тесаными камнями темном провале журчала вода, и как я
— Туда, — покосился на меня парень и добавил: — Там выемки.
— Спускайся первым, — распорядился я.
Оборванец постарался скрыть кривую ухмылку, но, увидев вытащенный мной метательный нож, сразу поскучнел.
— И не думай, — на всякий случай предупредил его я.
Со спуском никаких сложностей не возникло: выемки в камнях сами ложились под руки и ноги, — а вот внизу захлестнувший чуть выше колена поток сточных вод едва не сбил с ног. Еще и темно, как у теней за пазухой.
Путь по длинным туннелям городской канализации в памяти отложился плохо. Попытка запоминать очередность поворотов оказалась тщетной — все внимание уходило на то, чтобы не оказаться смытым мутным потоком. И хоть ориентируюсь я в темноте весьма неплохо, парнишка мог дать мне в этом деле сто очков вперед. Или он просто маршрут наизусть помнит?
После десяти минут блуждания по канализации мы свернули в одно из боковых ответвлений, и впереди наконец замелькали отблески света. Ощутимо потянуло чадом факелов, вонью подгоревшей еды и горьковатым запахом дурман-травы, к которой примешивался приторный аромат ведьминой паутины.
Мы поднялись по покосившейся лестнице и оказались в просторном помещении, больше всего напоминавшем подвал заброшенного дома. Под высоким потолком висели гамаки, над огнем в очаге булькал котел с похлебкой, а дальняя часть подземелья была отгорожена ковром с выцветшим рисунком. Освещали помещение факелы, укрепленные в держателях на стенах.
Людей в подвале было немало. Кто-то кашеварил, кто-то дремал в гамаках, а за длинным столом разместилась компания обтрепанных подростков, самому старшему из которых не было и полутора десятков лет. Пацаны по очереди прикладывались к кальяну, задерживали дыхание и, немного погодя выпустив длинную струю ароматного дыма, заходились в приступе дикого хохота. Особняком у дальнего края стола вольготно развалились несколько человек постарше.
— Рано ты, Клузо. — Карауливший вход щуплый парнишка увлеченно раскуривал трубку и меня не приметил.
А вот сидевший за углом стола обритый налысо парень в украшенном серебряным шитьем колете и коричневых штанах с кожаными заплатами на коленях оказался куда более наблюдательным.
— Ты кого это, Клузо, привел?
Шитье колета и тонкого плетения золотая цепь прекрасно сочетались друг с другом, но еще лучше они смотрелись бы на каком-нибудь зажиточном горожанине, а не на этом крысеныше. И пусть все почтительно зовут его Лордом, пронзительный взгляд желтых глаз, длинный, неоднократно ломанный нос и впалые щеки делали парня похожим на злобную крысу. Ну храни меня тень…
Завизжав, Клузо
— Ты кто? Обзовись. — Тонкие пальцы Лорда нервно прошлись по рукояти лежавшего на столе кинжала.
— Меня зовут Кейн, — представился я и слегка поклонился, приложив правую руку к груди так, чтобы указательный и средний пальцы коснулись третьей сверху пуговицы камзола. — Привет тебе, Лорд, от Нежи Громкого из славного города Альме.
— И что на сей раз понадобилось от меня теням севера? — Лорд указал на скамью рядом с собой, но остался все таким же настороженным и собранным.
Словно почувствовав его настроение, сидевшие за столом парни перетащили кальян в угол к костру, и рядом с предводителем этой шайки остались лишь два человека: невысокий крепыш с длинной косицей, заплетенной за левым ухом, и скорчивший кислую мину красавчик в заношенном камзоле городского стражника, надетом прямо на голое тело.
— Да сущие пустяки. — Я уселся на предложенное мне место, достал из-за обшлага камзола мелкую медную монетку с пробитой гвоздем дыркой и катнул Лорду.
Тот осмотрел заточенное ребро и бросил медяк красавчику:
— Посмотри, Сержио.
— Да что тут смотреть? — Крепыш с косичкой выхватил монету у Сержио и, проведя краем по столешнице, потер пальцем царапину. — Как там Нежи поживает?
— Нормально поживает, что с ним станется. — Я прикрыл рот ладонью и широко зевнул. — Разве что пузо еще больше отъел.
— У него к нам дело? — Красавчик вытащил из ножен прямой кинжал со вставленным в навершие крупным аметистом и принялся вычищать острием из-под ногтей грязь. — Или ты полпобережья проехал, чтобы просто привет передать?
— Обожди, Сержио. — Лорд, на самом деле оказавшийся куда старше, чем решил я сначала, поднял руку и щелкнул пальцами. — Наш гость сейчас сам все расскажет.
Видимо, щелчок был сигналом, и из-за отгороженной одеялами ширмы почти без заминки выскочил растрепанный мальчишка с кувшином вина, следом такой же сопляк тащил поднос с оловянными кружками.
— Угощайся. — Лорд принял протянутую ему кружку и первым отхлебнул вина.
— Благодарю. — Я тоже пригубил рубиновую жидкость и только хмыкнул: не большой ценитель вина, но, думаю, на севере за вот такой кувшинчик вполне можно было выручить полдюжины серебряных шлемов.
— Ты пей, пей, — одним глотком выдув половину вовсе не маленькой кружки, крякнул крепыш. — И рассказывай.
— Карло, не торопи гостя. — Лорд поправил золотую цепь и, прищурившись, потер левое веко. — Ни к чему это.
— Ничего, много времени я у вас не отниму. — Я сделал второй глоток и поставил кружку на стол.
— Ну время — единственное, чего у нас вдоволь, да только пытаться отнять его — дохлый номер. — Сержио понюхал вино в своей кружке и, сморщившись, отставил ее на край стола. — Говори уже, чего Нежи надо.