Путь к Вавилону
Шрифт:
— Вот черт! — Он тяжело поднялся на ноги и повернулся спиной к очагу. — Так это, выходит, люди Лионана болтают, а Лионан теперь якшается с Брагадом. Эти россказни — то, что меньше всего нужно Гаррафаду и Карнаху. И так все идет паршиво. А тут еще их пугают какими-то страшилками про Горний народ.
— Но кто же тогда виноват? — спросила она, вскинув голову. Свет очага высветил изящную линию ее шеи.
— Я… — он вдруг запнулся. — Я не знаю. Никто не знает, даже Гвилламон.
— А уж он-то как раз должен знать, будучи тем, кто он есть. — В ее голосе промелькнуло что-то похожее на иронию. Ратаган нахмурился.
— Я приехал не для того, чтобы препираться с тобой.
— Тогда
— Клянусь луной и звездами, женщина, ты думаешь, что мне доставляет какое-то удовольствие торчать здесь? — Он закрыл глаза. Она встала и быстро вышла.
— Аэлин… нет. Постой!
Она даже не обернулась. Затворила за собой дверь, не проронив ни звука. Айса принялся обтирать оружие, сваленное на столе, хотя оно и так уже было сухим. Ривен продолжал жевать хлеб, но впечатление было такое, что жует он песок.
Ратаган сел.
— Не я затеял все это, ведь так?
Ривен передал ему фляжку.
— Ты.
— Сколько раз Байклин с Мертахом пытались меня сюда затащить… и так вот каждый раз. — Ратаган покачал головой и горько улыбнулся, но глаза его как-то странно блестели. Он потер их костяшками пальцев и вновь обратился к пиву. Айса сгреб в охапку воинское снаряжение и вышел из комнаты, хлопнув дверью.
— Ратаган… — начал было Ривен.
— Я взял ее с ребенком, — заговорил вдруг Ратаган. — Да она и сама-то была ребенком. Ребенок тот умер, и у нее больше не было детей. Как хорошо нам было вместе, когда мы только-только поженились. Такая ласковая, красивая… Она и сейчас еще хороша. Но теперь между нами это… Драки. Вино. И тут уж ничем не помочь. — Он сделал несколько жадных глотков. — Погоня за ретирующимся противником! Я огрею Мертаха дубиной, как только сюда приползет. — Он наполнил флягу Ривена. — Я расскажу тебе сказочку. Хорошую и смешную к тому же, если у тебя хватит терпения выслушать…
На улице завывал ветер, спустившийся с вершин гор. Ветер, несущий зиму.
11
Они не стали задерживаться в Ивригаре. Мертах с отрядом вернулся поздно ночью, а уже на следующее утро они засобирались в обратный путь. Во вчерашней схватке около тридцати гриффешей было убито, остальные бежали в западные предгорья. Ущерб, нанесенный окрестным фермам, оказался незначительным. Гриффеши, как видно, сосредоточили все усилия на преследовании отряда и на попытке прорваться в Ивригар. Ривен вспомнил, как Снежный Исполин пытался убить его в Рориме Раларта, и не мог не задать себе вопроса: сколько еще будет таких покушений.
Аэлин попрощалась с ними, пожелав доброй дороги. Домочадцы помогли раненым стражам взобраться в седло. Она чинно поцеловала супруга, и Ривену показалось даже, что они обменялись взглядами, в которых сквозило отчаяние. Но больше они не позволили себе никаких проявлений чувств — простились, точно чужие, — и кавалькада выехала со двора навстречу холодному ветру, что дул с далеких гор. Путь их теперь лежал на восток.
Они проехали сквозь вонючую гарь костров. Местные жители жгли трупы убитых вчера гриффешей. Потом всадники спустились в долину и вновь оказались в Долах. Холмы теперь громоздились у них за спиной. Студеный ветер слегка поутих, но Ривен все равно зябко кутался в плащ. С непривычки ломило кости, спина затекла, ноги болели от долгого сидения в седле. Поскорее бы все это кончилось. Впереди его ждали хорошая выпивка и мягкая постель. И Мадра. Тут он все вспомнил. И тяжело вздохнул при одной только мысли о том, с какими трудностями ему еще предстоит столкнуться.
Потому что он — настоящий. Не выдуманный. Он до Ривена был настоящим. И останется после него.
Но почему — Дженни и Хью? Почему они? Он подумал о своих книгах. Если кто-то из этого мира и знает ответ, то это — гномы. Но как с ними связаться? В Раларте их нет, нет и на юге. Они живут только в единственном месте. В горах на севере, в Гресхорне. Ривен невольно поежился, вспомнив тот сон, когда он скакал на добром коне к северному хребту. Рядом с женщиной, которая не была его женой.
Может быть, пришло, наконец, время отправиться в путь, чтобы все-таки найти ответы. Понять хоть что-то… пока все это не обрушилось на голову.
— Впереди всадники, — объявил Таган, их проводник, чернобородый крепыш. — Примерно с полдюжины; Вроде стражи.
— Но не из Раларта, — добавил Мертах, прищурив глаза, слезящиеся от ветра.
Они пустили коней легкой рысью, и через некоторое время Мертах произнес с отвращением:
— Женушка Брагада на верховой прогулке. И пять кавалеров из свиты супруга. — Он сплюнул через плечо.
Небольшая группа всадников заметила отряд и изменила направление, чтобы подъехать к ним. Не прошло и пяти минут, как они стояли друг против друга — их разделяло лишь несколько футов земли, покрытых пожухшей травой. Леди Джиннет была, как всегда, во всем черном, и Ривен не без иронии спросил себя, уж не скорбит ли она по кому-нибудь, но лицо ее тронула саркастическая улыбка, как только она заметила, в каком плачевном состоянии пребывает патруль Мертаха: стражи все в бинтах, одежда порвана и замызгана, в глазах усталость, на боках лошадей — следы когтей.
— Милорды Мертах и Ратаган, — с издевкой проговорила она. — Вас так не хватало в палате Совета. Мой супруг с нетерпением ждал встречи со словесным боевым топором Рыжебородого, равно как и с полемической рапирой Изменяющего Облик.
Мертах сердито нахмурился, но ничего не сказал.
— Видимо, дело действительно было спешным, иначе бы вы не покинули Рорим во время столь важной для Раларта встречи. И чужеземный Сказитель, я вижу, с вами, — она окинула Ривена снисходительным взглядом, и он вдруг съежился, словно ожидая удара. — Но что это! Вы сражались… значит, все-таки дело было серьезным. Надеюсь, вы одержали победу, с кем бы вы там ни бились?
— Вы правы, — промолвил Мертах. Флейта и Барабан тихонько зарычали. Но Мертах бросил на них лишь взгляд, и они приумолкли.
— Было бы все-таки лучше, миледи, если бы вы не разъезжали по Долу в сопровождении такой слабой охраны. По всей долине стаями рыщет свирепое зверье, и даже вооруженный отряд может столкнуться с немалыми трудностями.
— Стражам моего мужа по плечу любая задача, которую перед ними поставят, — отозвалась она. Высокомерная улыбка застыла на ее лице, словно сахарная глазурь на несвежем торте.
При этом в отряде Раларта раздались смешки. Люди Брагада, препоясанные алыми кушаками, схватились за рукояти своих мечей.
Джиннет не обратила на это внимания.
— Теперь, если вы ничего не имеете против, мы продолжим наш путь. День уже на исходе, и если верить вашим словам, мне, пожалуй, лучше вернуться под защиту стен вашего Рорима до того, как стемнеет… — Она подобрала поводья, но слова Мертаха остановили ее:
— А что же Совет? Он уже завершен?
— Нет, — проговорила она раздраженно. — Он пока не закончил работу и будет длиться, по крайней мере, еще один день. Ваш Варбутт и его сын оказались весьма несговорчивыми, хотя все бароны Раларта отнюдь не согласны с их мнением.