Путь к сердцу
Шрифт:
— Этим не много сказано, Майк, — усмехнулся Ривлин.
— Может, ты взялся бы за эту работу? — спросил Майк, хлопнув Ривлина ладонью по плечу. — Жалованье паршивое, зато каждую ночь будешь спать в своей постели.
— Я пас, но спасибо за любезное предложение. Слушай, попробуй отделаться на время от своего любителя эффектов, тогда мы могли бы потолковать приватно.
Майк кивнул и подошел к двери приемной. Просунув голову в помещение, он позвал:
— Эй, Уайет! Сделай одолжение, перехвати репортера
Майк едва успел отступить с дороги, как из двери появился Уайет.
— Всегда рад помочь, — заявил он на ходу и через несколько секунд уже шагал пружинистой походкой по пыльной улице.
— В жизни не видел репортера, который бы ему не понравился, — заметил Майк, входя в свою контору. — Ну, какие у тебя ко мне вопросы, Рив?
— Не заметил ли ты в городе в последние два дня каких-нибудь подозрительных незнакомцев?
Майк подождал, пока Мадди сядет, после чего, взгромоздившись за письменный стол, почесал в затылке.
— Мне нужны более определенные сведения. Поезда останавливаются в городе три раза в день, и каждый оставляет на платформе по меньшей мере полдюжины приезжих — большей частью это фермеры, которые делают закупки на зиму. — Вскочив с неожиданным проворством, он прошелся по комнате, передразнивая крестьянскую походку, затем расхохотался, хлопнул себя рукой по бедру и снова плюхнулся в кресло.
Смех у него был таким заразительным, что засмеялась и Мадди, хотя особых причин для веселья у нее не было. Ривлин тоже усмехнулся, потом грозно выкатил глаза и сердито потребовал:
— Забудь о фермерах и брось свои дурацкие шуточки, Майк!
Его приятель не без усилия сосредоточился и с добродушным вздохом перешел к делу.
— Что ж, давайте подумаем… Только за прошедшую неделю сюда пригнали три гурта скота, а еще четыре должны подойти с пастбищ к западу от Делано нынче к вечеру. С гуртами народу хоть отбавляй, так что мне их с ходу не пересчитать, и ни одного из этих типов не пригласишь посидеть в гостиной моей матушки.
— Были среди них такие, кто очень спешил попасть в город или упорно отказывался сдать оружие?
— Черт побери! — Майк поморщился. — Я еще не встречал никого, кто был бы доволен этим нашим законом насчет оружия, за исключением разве что местных жителей, каждый из которых, к слову сказать, вооружен лучше, чем мы с Ирлом, вместе взятые.
— Расспрашивал ли кто-нибудь из приезжих о Мадди или обо мне?
— Насколько мне известно, нет, но теперь я буду держать ушки на макушке. Вы где остановились?
— В доме у Майры. — Брови полицейского удивленно приподнялись, и Ривлин поспешил добавить: — Это долгая история.
По выражению глаз Майка Мадди поняла, что ему очень хотелось бы задать парочку-другую вопросов, однако родители, как видно, не зря тратили силы на его воспитание,
— Будьте осторожны — Рыжая Борода и Буян Джо Лоу, бывает, кидаются там друг на друга, как мартовские коты. Держитесь от них подальше. Эти двое скоро дойдут до того, что начнут палить друг в друга из пистолетов: не хотелось бы, чтобы мисс Ратледж попала под перекрестный огонь. Мы в прошлом месяце похоронили одного парня из-за того, что он не пригнулся вовремя.
— Буду иметь это в виду, Майк.
— Сколько времени вы тут пробудете?
— Не дольше, чем требуется.
Мадди поняла, что в голове у Майка возникла новая партия вопросов, и на этот раз он решился задать один из них:
— Ты сказал, что вы направляетесь в Левенуэрт. Путешествие мисс Ратледж связано каким-то образом с заседанием государственного суда, которое должно там состояться?
— Знаешь, Майк, ты просто дьявольски деликатен, — с легким смешком заметил Ривлин. — Да, ей предстоит дать показания на процессе.
Майк пристально посмотрел на Мадди, и она поняла: хоть Ривлин и не рассказал ему о том, что она федеральная заключенная, а он — сопровождающий, этот человек сам обо всем догадался. Он перевел оценивающий взгляд с нее на Ривлина.
— Тебе стоило бы как следует обдумать ваши действия, Рив. Агенты рассчитывают на оправдательный приговор.
— Неужели? — небрежно бросил Ривлин. — И кто же такое говорит?
— Парочка здешних юристов, с которыми я играл в карты прошлым вечером. Судя по их словам, дело целиком построено на косвенных уликах. Этого недостаточно, чтобы лишить человека свободы.
— Обвинители, кажется, полагают, что Мадди является важным свидетелем…
Майк кивнул.
— Это может обернуться для вас обоих большими неприятностями. Ты приезжаешь в Левенуэрт с мисс Ратледж — и обвиняемые получают хороший шанс сесть в тюрьму. Вы туда не приезжаете — и они гуляют на свободе. Соблазн налицо.
— К несчастью, — вмешалась в разговор Мадди, — я не представляю, какого именно свидетельства от меня ждут. Майк снова пристально поглядел на нее.
— Я бы постарался вспомнить, мэм, — наконец сказал он. — Это единственное, что может сохранить жизнь вам и вашему элегантному спутнику.
Хмыкнув, Ривлин поднялся и, протянув Мадди руку, спросил:
— Кто у вас на железнодорожной станции самый осмотрительный и неболтливый человек?
— Чарли Роберте. Он, можно сказать, ветеран, человек старого закала, с белоснежной бородой до пояса — ты его сразу узнаешь. Может случиться, что он будет не в настроении, но это уж как повезет. Я бы, со своей стороны, посоветовал тебе ни во что не соваться и быть готовым к бегству.
— Что угодно, только не это. — Ривлин широко улыбнулся и взял Мадди под руку.