Путь к океану
Шрифт:
— Дэрл… — только и смогла выдавить я, прежде чем окончательно отключилась.
Глава 7. Самая страшная новость.
Он смотрел ей в глаза и не находил там даже тени тех чувств, которые она когда-то к нему испытывала. Да, если она за пять тысяч лет не изменилась, ее ненависть к нему, кажется, выросла в разы. Что ж, он не мог упрекать Азули в этом. В конце концов, она была права. Правда, ни тогда, ни теперь он не считал себя настолько виноватым перед ней, чтобы спокойно принять заслуженное наказание.
В то время, когда она появилась в его жизни, он и не подозревал еще о том, сколько в этой хрупкой девушке может оказаться сил. Он просто наслаждался ею, как наслаждаются приятным запахом или вкусом зрелого фрукта. И что особенно восхищало Элаймуса, так это то, что она никогда не смеялась над его внешностью. Хотя, тогда это побоялся бы сделать кто угодно. Элаймус Элистар — девятнадцатый Сотворитель в этом мире, самый богатый из всех живущих лекверов, друг эльфов и людей, для простой человеческой женщины был самым настоящим богом на земле. Лекверу нравилось то, с каким счастливым выражением лица она смотрела на него, с каким восхищением воспринимала каждое произнесенное им слово. В отличии от окружавших его советников.
Сначала молодой мужчина не понимал, что они все от него хотят. Вроде бы на границах и внутри страны все спокойно. Ни голода, ни войн, ни болезней. Только вдруг одна за другой стали восставать провинции, Дома начали отказываться от его покровительства. Последней каплей стал скандал во время приема гномьего правительства. Эти мелкие своевольные представители подземного народа никогда особенно не отличались сговорчивостью. Неспроста целых шестьдесят тысяч лет с ними шла война, то затихая, то вновь вспыхивая в разных уголках мира, словно проснувшийся вулкан.
Элаймус перестал есть, спать, радоваться жизни. Теперь даже его любимая не могла заставить леквера улыбнуться. И вот однажды, когда он сидел в своем кабинете, в очередной раз пытаясь придумать план по усмирению подданных (желательно с меньшими потерями с обеих сторон), к нему вошел тогдашний ордевус.
— Простите, Сотворитель, — в голосе ни намека на почтительность.
— Что? — Элаймус оторвал взгляд от порядком надоевшей ему стены, переключившись на главу армии.
— Новая вспышка восстания рядом с Кевер-ел-Арком. Вас срочно просят присутствовать на собрании.
— Ну и что им опять надо?! — кажется, леквер окончательно потерял контроль, так что по кабинету прошелся вихрь.
— Разве вы не понимаете, повелитель? — вопросом на вопрос ответил советник, — Они хотят, чтобы вы отказались от вашего поста в пользу почтенного леквера Каэрала Истиского. Если вы этого не сделаете, то он собирается взять Дом штурмом. На его стороне большинство эльфов и почти половина лекверов. Элемы, дриады и остальные народы пока в замешательстве, но боюсь, через несколько дней им уже ничто не помешает сделать выбор, причем не в вашу пользу. Единственная надежда осталась на андеретов, но их очень мало.
Такого откровения Сотворитель не ожидал. Несколько секунд он молча вдумывался в смысл сказанных ордевусом слов.
А через неделю Азули присоединилась к клану узнающих наравне с еще двумя десятками таких же девушек и парней, как и она.
Страна постепенно вернулась к нормальной жизни.
Азули
— И что теперь собираешься делать? — Элаймус не удержался от сарказма, — Развалишь Сэр-э-Ревет? Почему ты никак не поймешь, что своей ненавистью ты ничего не исправишь. От того, умру я или нет, ты не изменишься, ты не станешь снова человеком.
— А почему ты думаешь, что я именно об этом мечтаю? — андерета остановилась буквально в трех метрах от Элистара, и как ни в чем не бывало, принялась оттирать кровь снегом. Белые хлопья, казавшиеся мягкими и пушистыми, стекали на землю розоватой водой, — Почему ты так уверен, что я хочу твоей смерти?
— Но зачем ты пришла сюда? — наверное, впервые в жизни удивился Элаймус. Даже кончик меча дрогнул, словно пришел в замешательство от подобного заявления. Всевидящая в ответ лишь улыбнулась такой искренней улыбкой, что бывший правитель лекверов невольно скривился. В этой улыбке было столько злобы и гнева, что не поставь Элистар вовремя защитный покров, от него остался бы один костюм. Совершенный дар воплощать свои желания в жизнь и трансформировать практически любые предметы, оточенный Азули за тысячелетия до уровня рефлекса, сейчас был для него всего лишь помехой.
— Ты хорошо подготовился, — словно прочтя мысли соперника, отметила узнающая.
— Старался, дорогая. Всю жизнь старался, ожидая от тебя очередного кинжала в спину, как тогда, помнишь? Бесконечные годы тренировок и ожидания, что когда-нибудь я смогу проверить их результат на тебе.
— Вот видишь, твое желание исполнилось! — хохотнула Всевидящая, — Радуйся, Эл, а мне пора.
— Куда?
— Извини, милый, не могу тебе сказать.
Еще один нервный смешок. Азули развернулась, широким шагом подходя к лежащей на снегу Лиде. При ее приближении дочь Дапмара попыталась заслонить тело собой, но андерета лишь головой покачала, одной рукой хватая человеческую женщину, а второй за шкирку оттаскивая от нее маленькую леквер. Девчонка повисла в воздухе, болтая ногами и пытаясь освободиться.
— Оставь ее немедленно!
— Отпустите мою дочь! — словно очнувшись, хозяева Дома кинулись к андерете, но опоздали всего на пару секунд, прежде чем прямо перед ними открылся полукруг портала. Недолго думая, Азули разжала правую руку, и Силия мешком свалилась в сугроб. Еще мгновение, и зеленоватое пламя портала втянулось внутрь небольшой воронки в самой его середине, увлекая за собой Всевидящую. И тут Элаймус понял, что это его последний шанс, в два прыжка преодолев отделяющее его от прохода расстояние. Телепорт в последний раз мигнул и погас, однако леквера это уже не касалось. Его сдавило так, что на какое-то время он полностью лишился возможности дышать. Казалось, что его сейчас окончательно и бесповоротно превратят в аккуратный блин, но навалившаяся тяжесть так же быстро отступила.