Путь к Эвенору
Шрифт:
— Ну... — Тень улыбки поцеловала ее губы, и я был бы не прочь составить этой тени компанию. — Раз ты так думаешь... Я предпочла бы заручиться его помощью, несмотря на опасность, но...
Через пару минут мы уже шагали по улице с запиской в руках.
Записка была написана крупными печатными буквами — так писать учила в Приютской школе Андреа.
Воин жив — сообщали бурые эрендрийские письмена, а внизу по-английски было приписано: Не
— Нет, черт поберн, из этого я ничего не вытяну. Писал это он, и кровью, но не своей. Для поискового заклятия этого мало — тут нужны его вещи, а не те, с которыми он пару минут имел дело. Иначе бы я могла выследить кого угодно, просто перебрав несколько квадрильонов молекул кислорода, которым дышала моя дичь.
Андреа была недовольна.
И я тоже. Я стоял у окна, пытаясь выгнать пахучий дым — в состав, которым Андреа пользовалась, чтобы узнать, не укажет ли записка, где сейчас Микин, входили весьма пахучие вещества, а мне вовсе не улыбалось, чтобы гостиничные слуги унюхали серу или коноплю, или огонь заклинаний мага.
Внизу, с лошадьми наготове, нас ждали товарищи. Нас ничто не гнало из города прямо сейчас, но Микин, куда бы он ни поехал, с каждым часом удалялся от нас все больше, и, сидя на месте, мы его точно не перехватим.
Дожидаться еще одного сообщения о Воине и новом убийстве? Возможно, конечно, но опасно. Зачем каким-то путешественникам — причем путешественникам подозрительно богатым — шастать вокруг Феневара? Хороший вопрос — значит, надо сделать так, чтобы он не был задан. Надо двинуться вдоль побережья — в любом направлении — и выяснить, не проезжал ли тут кузнец по имени Алезин. А если проезжал, то когда.
Мы спустились по задней лестнице в проулок — к лошадям.
Тэннети раздобыла отменный набор: от понурого мышастого пони-мерина для Ахиры — он никогда не любил особо быстрых или горячих лошадей, я вообще думаю, что, если б мог, он любой лошади предпочел бы хромую — до норовистой пегой кобылы для себя.
Я проверил подпругу, потом вскочил на широкую спину своего гнедого мерина. Его рваное правое ухо говорило, что до того, как попасть под нож и щипцы коновала, он когда-то проиграл схватку другому жеребцу. Он хотел бежать быстрее, чем считал нужным я, но Тэннети — умница! — одарила его весьма жестким трензелем из крученой проволоки, так что мы быстро пришли к соглашению. На моих условиях.
— Итак? — поинтересовался Джейсон, вровень с гномом выезжая на главную улицу и неспешно направляясь по ней к прибрежному тракту, что шел по болотам примерно в миле отсюда. — Куда направимся?
Ахира пожал плечами.
— Днях в двух пути в одну сторону — Тромодек, днях в трех в другую — Брэ. Что нам надо решить — что мне надо решить, — это что важнее: поиски Минина или проблемы с Эвенором? — По общему решению командиром у нас был Ахира. Отчасти потому, что он не принимает решений, не подумав трижды, а то
— Брэ, — сказала Андреа. — На шаг ближе к Эвенору.
В этот миг солнце закрыло облако, и на лицо ее легла тень. Что-то было в том, как она это сказала... Одержимость? Страсть?.. Не знаю.
— Тромодек, — сказал я. — Пара дней вряд ли что-то решит, а так мы, возможно, сумеем быстрее найти Микина. Тромодек ближе, значит, мы быстрее что-нибудь выясним. По крайней мере — на день.
И уйдем на два дня дальше от Эвенора и Фэйри. Возможно, все, что известно о тварях оттуда, мы сможем узнать, просто проехав вдоль берега, а я не сторонник теории, что изучать циркулярную пилу надо, залезая под нее.
Кроме того, если Эвенорские события и вправду так важны — там может оказаться и другой народ, кроме нас, другие маги, как и Энди, желающие сунуть туда носы. Вот пусть их и прижучат первыми.
— Брэ, — сказала магичка. — Эвенор гораздо важнее. Вы разве не слышали слухов о разоренной деревне?
— Я не доверяю слухам. Слишком много их я создал сам. Тромодек.
— Брэ. — Что-то было в ее голосе, кроме настойчивости. Раздражение капризной женщины? Страх?
— Тромодек. — Я улыбнулся самой обворожительной из своих улыбок. — Поборемся?
— Как-нибудь потом.
Она улыбнулась так, будто говорила это всерьез, и заработала сердитый взгляд Джейсона на нас обоих.
Я тоже был от него не в восторге. Мне не раз приходило в голову, что, не будь его, я ночевал бы с Энди, а не с Ахирой. Случаев заняться утешением вдовы мне выпадало предостаточно.
Ахира повернулся к Джейсону.
— Барон?
Джейсон усмехнулся — чуть вымученно.
— Ты ко мне? — Я его тоже раздражал; нечего и сомневаться, он примет сторону матери. — Я за Тромодек, — сказал он.
Он меня потряс — я не рассчитывал на поддержку. Впрочем, мог бы и сообразить: Джейсон куда более заинтересован в поисках Микина, чем в разведке Эвенора, а это ставит нас на одну сторону.
— Если мы окажемся правы, — продолжал он, — то быстрее найдем Микина; если нет — это задержит нас на четыре дня, а не на шесть, как если мы ошибемся с Брэ.
Тэннети фыркнула.
— Предлагаю способ выбора получше. Подумайте, где легче влипнуть в беду, и пойдем туда сразу. Все равно у нас всегда так бывает.
— То есть ты — за Брэ, — сказал я.
— Конечно. На шаг ближе к Эвенору; на шаг дальше в могилу. Я говорю: Брэ.
Ахира резко натянул повод: его пони решил пуститься рысью, а гном этого не хотел.
— Итак, двое у нас за Тромодек, двое — за Брэ. Что означает, если б мы голосовали, что мой голос решающий. Ну а поскольку у нас не демократия, решаю в любом случае я.
Джейсон открыл было рот — но решил не высказываться.
Ахира вздохнул.
— Я тоже помню его, Джейсон. Помню, как разъярились мы с Карлом, когда узнали, что отец бьет его.