Путь хитреца

Саньков Владимир

«Любовь, — мысленно повторила Ева. — Нужно отменить заказ, — решила и тут же засомневалась: — А может быть, все-таки оставить для себя выбор: сорвать джекпот или наказать его в случае неудачи?» Но уже понимала, что вовсе не нуждается ни в каком наказании.

Снова достала телефон и набрала номер Кариади. Длинные гудки.

«Возьми трубку, это важно», — бормотала она про себя заклинание, но Кариади не отвечал. Она повторяла снова и снова, окончательно убедившись в своих намерениях. В конце концов, на том конце провода прозвучал знакомый

голос:

— Да, золотце.

— Григорий Джонович, я передумала, давайте все отменим!

— Поздно, дорогая моя, уже ничего отменить нельзя.

— Как нельзя? — не поняла Ева. — Его уже схватили? Так отпустите!

— Нельзя, золотце, так просто менять решение, — голос на том конце провода звучал раздраженно, — заказ есть заказ. И я очень рассчитываю на благодарность!

И Кариади бросил трубку. Ева не могла знать о том, что заказ на Берестагу поступил не только от нее. И ее просьба была лишь поводом для старого пройдохи, который давно подумывал о том, как бы раскрутить красавицу на нечто большее, чем шапочное знакомство. И теперь он не намерен был упускать этот случай. Он вообще не привык упускать удобные случаи.

Ева поняла, что происходит что-то серьезное.

— Что нельзя отменить? — заволновалась подруга.

— Нужно найти Берестагу, — четко произнесла Ева, — иначе будет плохо. Давай его номер!

По тону подруги Катя поняла, что сейчас не время для возражений. Она достала из сумочки телефон.

— …номер не может быть вызван, — услышала Ева голос электронного оператора.

— Черт! — выругалась она, — ты знаешь, где он живет?

— Нет.

Ева несколько раз нажала на кнопки телефонной клавиатуры.

— Григорий Джонович! Я не отказываюсь. Но ведь мы договаривались, что я поговорю с ним. Где? Когда?

— Завтра, золотце.

А в данный момент найти Артема им бы все равно не удалось. Место своего нахождения он не знал и сам. И лишь смутно догадывался о том, что произошло. Когда очнулся, его первым ощущением была нестерпимая головная боль. Руки жестко скручены за спиной, на голове черная тряпка, во рту кляп. В спину давили горячие чугунные ребра батареи. Последнее, что он помнил — силуэт в проеме двери подъезда и резкая боль от удара по голове. После этого отрубился. И теперь в беспомощном состоянии сквозь тряпку не видел ничего, кроме теней.

— Очухался вроде, — произнес кто-то, и тело Артема пронзила боль от удара ботинком.

Он застонал, когда сорвали тряпку, пропитанную засохшей кровью.

— Крякнешь — вырублю, — сказал склонившийся над ним мордоворот в камуфляже и выдернул кляп.

Берестага уже видел это лицо возле кофейни на Якиманке. Размял осторожными движениями челюсть и сглотнул слюну. На губах солоноватый привкус крови. Он, как и предполагал, был привязан к батарее отопления какого-то старого дома. В комнате кроме него трое рослых парней — старых знакомых.

«Как же они меня вычислили? — думал Артем. —

Машина арендованная, живу не дома». Боль мешала думать. Но нужно было как-то выпутываться. План медленно вызревал. Для начала следовало прояснить степень осведомленности похитителей и скорректировать его, импровизируя по мере необходимости.

— И сколько они хотят? — его голос прозвучал глухо. Похитители переглянулись.

— Кто? — подошел к нему один из громил. Из троих он выглядел наименее грозно в силу комплекции и более интеллигентного лица. Он говорил высоким голосом и больше изображал из себя бугая, чем был им на самом деле.

— До сих пор просили пять «лимонов». А теперь?

— Каких лимонов? Чего ты несешь? — не понял тот.

— Зеленых, каких же еще! — резко ответил Берестага.

— И что за вопрос? Не знаете, на кого работаете?

— Ты что ли знаешь? И вообще, закрой хлебало, а то кляп назад заткну!

— Подожди, — вступился мордоворот, выдернувший кляп, — пусть блеет, интересно же. Так что ты там гнал про «лимоны»? — повернулся он к Артему.

— Э, ребята, так вы, похоже не меньше меня влипли, — ухмыльнулся через боль Берестага, — раз не посвятили, значит, вы не в доле. Следовательно, жить вам осталось ненамного дольше, чем мне.

— Что за херня? — то ли обеспокоенно, то ли раздраженно отреагировал долговязый, до этого спокойно сидевший на ветхом диване.

— Ну-ну, давай рассказывай, — мордоворот удобно устроился рядом, — что ты там начал лить?

— Ослабьте веревку, мужики, спину больно, — попросил Берестага, воспользовавшись ситуацией.

— Снурф, ослабь немного. А ты давай, продолжай, а то помогу!

Нервный бандит с тонким голоском занялся его веревкой.

— А вы что обо мне знаете? — продолжал зондировать их осведомленность о деле Берестага.

— Не наша функция в твои проблемы вдаваться, — жестко ответил мордоворот, — рассказывай про «лимоны».

— Я сын миллиардера Дорохова, слышали? — начал Берестага, внимательно следя за реакцией бойцов. — С отцом в конфликте, поэтому от охраны отказался. Видел мою тачилу?

— Ну.

— Знаешь, сколько стоит?

— До хера, и что?

— Это папаша меня наказал за то, что я «бентли» разбил.

— Слышь, Волчара, хрень какая-то, — подал голос долговязый с дивана, — исполняет он, похоже. Мы же его по заводу ведем. Он там мешает кому-то.

Мордоворот перевел взгляд на пленника:

— Что делал на заводе?

— Купить я его хочу! Папаше подарить думал. Он мечтал о нем, а я договорился. Хотел помириться. Да суть-то не в том. Вам свои жопы спасать надо.

— От кого? От тебя, что ли?

— Ваш заказчик хочет от моего отца бабла. Много. Ну и командир ваш, скорее всего, в паях. Как деньги получат, меня убьют, поскольку я могу вывести на след заказчика. И вас, придурков, судя по всему, тоже. Вы — опасное звено — сдадите своего босса, он — заказчика. А без вас они — невидимки.