Путь феникса
Шрифт:
— Твой посланник должен сделать в Идене одно важное дело, — сказал Джон. — Боги сообщили мне, что сейчас Иден посещает некий важный гость из метрополии. Я подозреваю, что Джеральд Смит скрывает от него известие о моем подвиге. Это нехорошо. Твой посланник должен сделать так, чтобы слух о моей победе над эльфами достиг ушей того самого гостя. И пусть обязательно упомянет между делом, что незадолго до появления эльфов с неба упала звезда. Понимаешь?
— Не совсем, — ответил Длинный Шест. — Само задание понимаю, а зачем все это нужно — не понимаю. Наверное, это не
Джон улыбнулся и кивнул.
— А что это за гость — неизвестно? — спросил Длинный Шест.
Джон развел руками и сказал:
— Мое всезнание небеспредельно.
Эта небеспредельность всерьез беспокоила Джона. Он до сих пор очень плохо представлял себе общественное устройство Барнарда. Спутник показывал Джону города и поля, Джон мог разглядеть в деталях каждое здание и каждого прохожего на улицах, но спутник не мог разъяснить Джону род занятий и общественный статус каждого конкретного человека. Джон пробовал расспрашивать Майка, но большой пользы это не принесло. Майк — человек ограниченный и нелюбопытный, он отлично разбирается в делах родной кордегардии, но его мало интересовало то, что лежит за ее пределами. Совсем немного информации удалось выудить из Майка. Считается, что Барнардом правит великий вождь Морис Трисам, но он стар, злоупотребляет опиумом и не столько править страной, сколько делает вид, что правит. Есть какие-то олигархи, про которых говорят, что они захватили всю власть и пьют кровь простого народа, но как устроена власть, которую они захватили, и как конкретно они пьют кровь простого народа — загадка. И как, спрашивается, внедряться в общество, о котором почти ничего не знаешь?
Раньше Джон рассчитывал, что его вызовет к себе Джеральд Смит. Объявившийся в глухих краях рыцарь, отмороженный на всю голову и с целым сундуком артефактов в седельной сумке — такой тип просто обязан заинтересовать прокуратора. Но в письме, которое орк-гонец доставил Майку, про Джона не сказано ни слова, как будто этого безумного рыцаря вообще не существует в природе. Но Длинный Шест клялся и божился, что гонец, доставивший весть о Джоне в Иден, изложил его подвиг Джона во всех подробностях. Тогда в чем дело?
Напрашивается очевидное объяснение. Неведомый гость, приближающийся к центру дистрикта в составе большой делегации, гораздо важнее для сэра Смита, чем безумный искатель артефактов, порубивший в капусту два десятка пучеглазых разбойников. Со спутника отлично видно, как десятки орков перекапывают клумбы перед резиденцией прокуратора, как другие десятки орков убирают с главной улицы многотысячедневные залежи мусора. Может, к сэру Смиту сам Морис Трисам в гости пожаловал? Нет, на это не похоже, делегация слишком мала. Но все равно такой шанс упускать нельзя.
В среду делегация прибыла в Иден. В четверг в Иден прибыл Голодный Хряк. А в пятницу внимание Джона привлекли Дырявые Горы.
Джон ждал, что весть о загадочном рыцаре, вооруженном древним бластером, всколыхнет эльфийский муравейник, но на такой эффект он не рассчитывал. Ну, сто воинов, ну, двести, но вряд ли больше. Но сейчас в поле вышло шестьсот воинов
Джон испугался. Затевая всю эту историю, он вовсе не собирался стереть половину дистрикта Иден с лица планеты. Джон приказал спутнику провести орбитальную бомбардировку одной из трех колонн, и двести эльфов перестали жить. Уцелевшие колонны остановились, к Дырявым Горам потянулись гонцы, а затем Джон увидел то, что заставило его жутко выругаться, напугав Аленького Цветочка.
— Что случилось? — спросила она.
— Ничего хорошего, — ответил Джон. — Но пока не волнуйся. Я скажу, когда пора будет начинать.
— Что начинать? — не поняла Аленький Цветочек.
— Волноваться, — объяснил Джон.
Он наблюдал, как из пещер Дырявых Гор выходят новые и новые эльфийские отряды, но не собираются в большие колонны, а рассредоточиваются и движутся на запад малыми группами, как будто их командиры читали боевые уставы первой эпохи. А может, и читали, кто их знает…
Такую армаду не остановить никакими силами. Разве что обрушить на степи всю мощь спутниковой группировки, превратить восточный Оркланд в выжженную пустыню и обречь планету на сотню-другую экстремально холодных дней. Но так делать нельзя — в будущем для боевых спутников найдутся другие задачи, более важные.
В воскресенье за ужином Майк был весел. Он заявил, что из штрафного загона вернулся гонец и принес весть, что прошедшей ночью никаких эльфов там не появлялось.
— Тоже мне, новость, — сказала Аленький Цветочек. — Перед тем, как Джон победил эльфов, в степь упала звезда. А вчера вечером никаких звезд с неба не падало, я специально смотрела.
— Никогда не слышал, чтобы набеги эльфов предваряло падение звезды, — сказал Майк. — Джон, ты об этом что-нибудь знаешь?
— Раньше не знал, — сказал Джон. — Но если ты услышишь гром с ясного неба, думаю, отправить разведку будет хорошей идеей.
— Отправить разведку — это как? — озадачился Майк.
— Я объясню, — сказал Джон. — Или, скорее, сам съезжу.
В понедельник, незадолго до полудня, пять воруженных всадников покинули Иден и направились на восток. К вечеру стало ясно, что целью их путешествия может быть только штрафное стадо Майка Карпентера. На ловца и зверь бежит. А эльфы… гм…
Эльфы будто с цепи сорвались. Они, похоже, решили нарушить все без исключения правила и традиции. Обычно эльфийские отряды передвигаются только по ночам, а днем отсиживаются в рощах аборигенной растительности или просто в укромных низинах. Обычно эльфы приурочивают свои боевые операции к ночи с субботы на воскресенье — самой длинной во всей неделе. Но эта армия двигалась на запад с предельной скоростью, эльфийские воины проводили на ногах до шестнадцати часов в сутки. Как же они вымотаются… Впрочем, при такой численности армии усталость воинов большой роли не сыграет.