Путь домой
Шрифт:
В какой стороне остался безопасный Мир, определить уже было невозможно. Теперь Марку предстояло научиться выживать.
Он начал медленно шагать, ноги погружались во влажный мох, носки парашютами вспенивались из ботинок, а затем накатила такая усталость, что он рухнул лицом в канаву.
Гул сразу же затих, и стало спокойно. Тишину прерывало только чьё-то сопение, кто-то тяжело дышал, с силой выталкивая из себя воздух. Как будто умирала толстая старуха, и это были её последние вздохи на земле.
Нина
– Добро пожаловать в реальность!
Этот голос всегда был с ней. Он будил каждое
Она совершенно точно помнила, когда впервые услышала голос. Ещё младенцем она лежала в колыбели за деревянными жердями, ограждающими её хрупкое тело от внешнего мира. Тёмную комнату освещали разноцветные лучи, исходящие от плоского экрана, висевшего на стене. Её зрение ещё не позволяло разглядеть, что происходит на экране, но она слушала голос и уже тогда знала, что о ней кто-то заботится.
Голос был с ней, когда она впервые увидела цифровой рояль.
– Тебе разрешена полная свобода творчества.
Её пальцы неуверенно начали нажимать на клавиши электронного рояля. Она изучала, каждый звук – от низких к высоким прослушала всю гамму. Высокие ноты напоминали ей звук падающих капель воды. Перебирая клавиши, вслушиваясь в полутона, она создала свою первую композицию «Стук дождя».
– У тебя есть талант, – сказал голос.
С этого момента единственной её целью в жизни стало написание музыки. Цифровой рояль— вершина человеческой мысли – вмещал в себя тысячи разных звуков, нот, голосов, криков. Каждый день она их комбинировала и сочиняла что-то новое. Она училась создавать музыку для Мира, потому что знала, что Мир не сможет существовать без музыки. Она родилась творцом, это был её путь – путь полного растворения в искусстве. Так она понимала своё предназначение. Так его понимал и Работодатель.
Она, как и все творцы, росла в санатории, где проходила обучение и готовилась к выходу в большой Мир, где наконец-то её талант обретёт имя. Сегодня был именно такой день, к нему она готовилась всю свою жизнь. Это было время подведения итогов для того, чтобы открыть белый лист и написать то, что войдёт в историю.
– У вас есть время для утренней зарисовки. Сегодняшняя тема: природа.
Она встала с кровати и подошла к окну. Деревья в саду, как и всегда, стояли неподвижно. Но сегодня она заметила, что листья на них такие одинаковые и такие разные одновременно. «Они часть чего-то большего и являются лишь вариацией общей породы», – подумала она и взяла тёмно-зелёный мелок, провела жирные полосы по белому листу, потом добавила голубого и жёлтого. Превратила всё это в кашу и стряхнула с листа лишние крошки. Тёмно-зелёный тянулся из углов и светлел к середине листа. Иголкой она проткнула безымянный палец, выдавила капельку крови в центр, потом ещё одну, пока не образовалась маленькая лужица, она наклонила лист, кровь стекла вниз коричневым ручейком.
– Время для утренней зарисовки подходит к концу. Вам пора принять стимуляторы.
Она открыла шкафчик, там в стакане лежало пять красных горошинок. Она привычным жестом положила их под язык.
– Вы можете сходить в туалет, умыться и потом готовьтесь к перевоплощению.
В душе она перевела выключатель на холодный, сняла с себя ночную рубашку и встала под струю воды. Так, через холод, она чувствовала
Этот мир таил в себе множество опасностей, и все они могли настигнуть в любую минуту.
Первая опасность – это темнота. Никогда не ходи туда, где человеческий глаз не может увидеть ничего, кроме чёрного света. Там таится что-то страшное, неведомое. Там сидит крокодил – такое древнее пресмыкающееся с огромной пастью. Он не пожалеет никого, он очень любит человеческую плоть. Если вовремя не выйти из темноты, то можно навсегда остаться с этим крокодилом. Однажды ночью она вышла из своей комнаты в светлый коридор, ей не спалось, и она решила прогуляться. Когда вернулась, то поняла, что в комнате та самая непроглядная и ужасная темнота, там крокодил. И тогда она свернулась на коврике для ног в коридоре и уснула.
Вторая опасность – это высота. Высота есть везде. Она есть на стуле – если сильно раскачиваться, можно упасть. Она есть на земле – под слоем травы может оказаться пустота – яма, поглощающая всё живое. Но самая большая высота подстерегала её на лестницах. Тогда у неё начинала кружиться голова, чтобы с этим справится, она заставляла себя смотреть только вперёд. У неё было правило: если она передвигается не по твёрдому полу санатория, то ступать нужно осторожно, мягко перенося ноги одну за другой. Потому что высота может быть где угодно, и в любой момент жизни можно с неё упасть.
Третья опасность – человек. Это была даже не опасность, это была угроза, потому что она совершенно не понимала человека. Лучше избегать неловких длинных пауз. Человек задаёт вопросы, на которых у неё не было ответа. Как сказать нет, когда в твоём словаре есть только «да» и «не знаю»? Человек – сложная конструкция и гораздо более непонятная, чем музыка. Он может сказать то, чего не думает. И он может ранить, сказав, что думает на самом деле. Человек вынужден постоянно идти по тоненькому мостику с перекрёстками – защитить себя или обидеть другого. Ей не хотелось ни того, ни другого. Она отстранялась от общения со всеми творцами.
Единственным понимающим её человеком был Психолог. Он слушал и говорил, он избавлял от тревожных видений, и после общения с ним тепло растекались по телу. Она могла спокойно лечь спать.
Четвёртая опасность – забвение. Это то, чего она боялась больше всего. Самое страшное, что могло произойти с творцом, когда то, что ты делаешь, вдруг оказывается никому не нужным. Тебе приходится уходить, и никто не вспомнит, что ты существовал. Вся энергия, направленная на творчество и перевоплотившаяся в музыку, бесследно растает в пространстве, распадётся на атомы, чтобы потом вылиться в нечто новое, но это уже будешь не ты.
Единственное, чему она могла полностью довериться, – это музыка. У неё рождались длинные, тянущиеся, печальные мелодии, самые печальные из тех, что изготавливались в санатории.
– Включите горячую воду, вы замёрзнете. Включите горячую воду!
Она повернула выключать на горячий, и через несколько секунд вода перестала течь совсем. Закончилось время, отведённое Работодателем на утренние процедуры.
В шкафу она обнаружила белое платье, именно такое, с раздувающимся подолом, какое она хотела для этого дня. Она надела его на голое тело. Оно было таким лёгким, что она вообще не чувствовала, что на ней есть одежда. Ей нравилась эта естественность.