Путь Чжао

Воробьев Александр Николаевич

Разочарованно вздохнув, он опустошил аварийные запасы туалета, и понес драгоценные баллоны и картриджи в медотсек. МРМ нес ему дополнительные сутки жизни, ведь в санузле хранился двойной комплект жизнеобеспечения.

Разгрузившись, Виктор снова направил «паука» вниз. К единственной каюте где он мог управлять им вручную.

– Так, где тут у нас режим обучения?
– зафиксировав МРМ на трапе перед каютой, Виктор полез в меню.
– Какой дегенерат кодил интерфейс?

Основательно помучавшись, Виктор перевел «паука» в режим обучения, и глубоко вздохнув,

открыл люк каюты.

– Вошли, осмотрелись, нашли иероглифы «??????», - Виктор озвучивал действия не сколько для робота, сколько для себя, что-бы не пропустить важный этап поисков.
– Нажали вот сюда, достали все, погрузили в контейнер, продолжили осмотр.

Закусив губу, Виктор остановил робота, и поставил режим обучения на паузу. Как объяснить безмозглой железяке, что именно надо искать? Он снова хмыкнул, вспомнив об отсутствующей прошивке «Мародер», хотя в этой ситуации пресет «Робинзон» пригодился бы больше. Жаль, что таких прошивок не существовало в реальности.

Крошечная каютка принадлежала Юн Шэнли, энергетику, погибшему при добивающем ударе. И как на зло, содержалась каюта в абсолютном порядке. Койка убрана, раскладной столик сложен, шкаф для личных вещей закрыт. Ни еды, ни воды, ничего полезного. И как тут обучить робота?

– Аккуратист хренов!
– Виктор снял обучение с паузы, и полез в шкаф с личными вещами.
– Прости уж, мне нужнее.

Шкаф изнутри оказался заляпан чем-то сиреневым, засохшими и замерзшими в вакууме пятнами. И судя по виду сменной формы, это сиреневое неслабо так взорвалось, когда на корвете откачали воздух. Зарывшись поглубже, Виктор лапами МРМ откопал двухлитровую пластиковую бутылку из-под лимонада, точнее ее порванные остатки.

– Мудак, - констатировал Виктор, обшаривая изгвазданные тряпки.
– Нашел в чем хранить!

Ничего полезного в шкафу не обнаружилось. Разочарованно пнув задней лапой дверцу, Виктор вернул паука в медотсек, и сохранил результаты обучения.

– Охренительно многому научился, да, железяка?
– погладил он МРМ по корпусу, и вытащил добычу наружу.
– А теперь давай сам!

МРМ послушно вскочил на семь оставшихся лап, и бодро выбежал в шлюз. Самостоятельно он двигался куда увереннее, чем под управлением Виктора. И оставалось только надеяться, что нейросвязи «паука» получили достаточно информации для поиска ресурсов. Хотя бы кислородных баллонов и картриджей.

Оказалось, что достаточно. Через семнадцать минут «паук» вернулся, неся в себе еще полсуток жизни. Виктор аккуратно сложил баллоны и картриджи в кучку к остальным, прямо к станине раздавившего доктора Фа «саркофага». На бывшей стене, ставшей новым полом осталось не так уж и много свободного места.

Еще через три возвращения МРМ, сработал будильник, и Виктор заменил в «саркофаге» очередной баллон, заодно и себе поменяв израсходованный регенеративный картридж.

– Начальник, - задумчиво обратился Виктор к спящему лейтенанту.
– А математика то не сходится. На двоих нам запасов не хватит, надо что-придумать.

Усевшись в уголок отсека, Виктор вызвал жизнеобеспечения корабля. Доктор что-то

говорил об автономной СЖО медотсека, может быть ее удастся включить?

Путаясь в незнакомых вкладках, он внимательно изучал локальное меню отсека. Управление системой жизнеобеспечение нашлось довольно быстро, интерфейс явно писали в расчете на не очень разбирающихся в технике врачей. Но при попытке активации, компьютер разразился длинным списком обнаруженных ошибок, и в подаче воздуха отказал.

– Зашибись!
– Виктор пробежался глазами по списку ошибок, и тоскливо протянул, - опять курить мануалы.

Некоторые встретившиеся коды ошибок он знал, но большинство пришлось искать в справочной подсистеме. Разгерметизация, отказ контроля вентиляционных магистралей, отказ датчиков воздушных фильтров, отсутствие давления в кислородном резервуаре.

– Отлично, - Виктор смахнул картинку в сторону, освобождая обзор.
– Могли бы и сразу написать, извини мол тайконавт, нету кислорода! И пресета ремонтника СЖО тоже вроде нету.

Прилистав список доступных прошивок, Виктор устало вздохнул. Ремонт систем жизнеобеспечения роботам обычно не поручали, слишком сложно, и слишком важно для корабля. Этим всегда занимались живые механики. Никто не рассчитывал, что из всего экипажа выживет один лишь сисадмин!

В исторических фильмах с такой проблемой мог справиться наверное любой тайконавт. По крайней мере в «Апполоне 13», снятом лет двести назад, в самом начале двадцать второго века, трое человек сумели все починить и вернутся домой. Правда, их было трое, а корабли тогда были в разы примитивнее корвета, в котором он заперт. Ту то скорлупку наверное сумел бы починить и он. Особенно при наличии связи с Центром.

– А еще их учили по десять лет, - напомнил он себе, - и давали звезду героя, или медаль конгресса за каждый сраный полет.

Расширив границы поиска, Виктор принялся искать варианты. В общих чертах устройство корвета он знал и так, и уж наверняка знал расположение главных кислородных цистерн. Ту, что в носу корабль потерял вместе с носом, еще одна находилась по борту куда попали снаряды линкора, но вот цистерна с противоположной стороны могла уцелеть. И воздуха там достаточно, что-бы успеть состариться! Главное до нее добраться.

– А вот тебе и новый квест, мой железный рыцарь!
– рассмеялся Виктор.
– А я пока запущу массив на индексацию. Мне предстоит скурить много мануалов!

Пока МРМ делал очередную ходку, Виктор подключился к файловому серверу, и запустил индексацию массива данных. Возможно, прочитав руководства по СЖО, он сможет хоть что то придумать, и перенести часть кислорода к медотсеку. Робот прокинет шланги, редукторы наверняка найдутся в баталерке механиков, а нехватку опыта Виктор компенсирует мотивацией. Желанием выжить.

– А ведь еще азот надо, - вовремя вспомнил он, - Хотя к демону азот, понижу давление, и на чистом кислороде досижу. Американцы первые полста лет на кислороде летали, и ничего. А углекислый газ? Плевать, просто буду периодически надевать скафандр, открывать шлюз, и проветривать.