Пустой
Шрифт:
Всем было понятно, что Шкаф подсиживает местного лидера и занять его место, просто вопрос времени. Впрочем, что не говори, а мозгов Шкафу всё-таки не хватало. Но смеяться над ним открыто, как раньше уже никто не решался.
А Ботан…он так и оставался Ботаном.
****
В какой то задрыпанный и убитый временем бинокль я старательно рассматривал унылые стены ТОГО САМОГО стаба. Увидеть и заметить что то новое, я уже не рассчитывал. Просто старался оттянуть неизбежное. А неизбежным был штурм. Практически самоубийство.
Шкаф,
Тупой, тупой, тупой!
Глядя поверх моей головы, обратился к кому то невидимому за моей спиной, демонстративно перебивая меня на полуслове, развернулся и ушел. Как буд-то меня и не было рядом.
Ладно... Такое обращение к себе я уже видел. Все кончится очень плохо. Для него.
Карел выслушал меня более внимательно. Единственное, что его смутило это потеря не моей бесценной жизни, (погиб бы я, героически), а потеря броневика, который в любом случае не спасти.
Единственное, что я боялся при разговоре с ним, это то, что он почувствует себя лохом, которого разводит мошенник-неудачник. Почувствует, брезгливо отвернется и больше,я навсегда потеряю его доверие. И кому я тут буду нужен?
Стрелка, пустившего в меня автоматную очередь, я так и не установил. Может его и в живых то давно уже нет. Кого то постоянно не досчитывались на Базе. Набеги на город за продуктами все время расточительны, с точки зрения человеческих ресурсов то же. Кого то Стикс обязательно приберет к себе. Кого то тихо в расход пустят свои же. Как меня тогда пытались.
С Бугром я старался даже взглядом не пересекаться. Тот после последней нашей беседы со мной не разговаривал. Да я и не настаивал на дружеском трепе. А тут еще и Шкаф начал корону на голову одевать! Придурок!
Долго так продолжаться не могло и закончилось все очень бы плохо, прежде всего для меня, любимого и ненаглядного. Просто необходимо было расселить Базу. Сделать ее жиже.
Вся эта быдломасса мне мешала!
****
Стояние в подъезде могло длиться, еще Бог знает сколько. Но мне, курящему одну сигарету за другой, хотелось, что бы все это продлилось еще чуть-чуть. Так бывает, когда ждешь своего приема к стоматологу. И что бы побыстрее все это закончилось, с одной стороны, а с другой, ну ее все на фиг!
Напарник по оперативной работе, младше меня по возрасту, по званию и по опыту, испытывал те же самые чувства. Ну, наверняка.
Он, то прилепался задницей к стене подъезда, то на цыпочках, стараясь не шуметь, семенил по лестничной клетке. Им явно двигало желание свалить отсюда. И в этом желании я был с ним солидарен.
Кажется прошел второй час нашего торчания в на лестничном марше в «хрущевке» между вторым и третьим этажом. Обшарпанные и довольно убогие стены, я изучил досконально. Заплеванный пол, тоже.
Робкие и безмолвные соседи старались молча проскочить мимо нас.
Все, все понимали без слов. Наркоманы ждут барыгу.
А он там, скотина. В квартире за металлической дверью.
Да, мы ждали барыгу.
Наиболее опытный и старший товарищ, по борьбе со злостной наркомафией, недаром, в звании майора, быстро оценил ситуацию и понял, что дело долгое и торчать ему с нами двумя молодыми дебилами в одном подъезде не хочется.
– Как этот пидр дверь приоткроет, сразу же щемитесь во внутрь… Там мордой всех в пол… И ищем наши меченные деньги. Потом тащим всех в отдел…
И посмотрев на меня мутными глазами, пока еще не расфокусированными.
…- Нууу…иии… собираем материал.
Кто именно будет собирать материал, я, почему то догадался сразу.
– А сколько их там?
– Скромно поинтересовался я.
– А я хуй знает?! Нессы...
Майор был отважен!
Далее, он, сославшись на крайнюю занятость и на то, что ему надо посовещаться, выпал из подъезда и уселся в служебный автомобиль, стоящий у входа в подъезд, допивать припасенное с таким же алкашем в погонах.
Через минут сорок, мой напарник начал меня просто бесить. Я старался молча пыхтеть себе род нос и вообще на него не смотреть. Он шепотом задавал сотню вопросов, ответы на которые и не пытался выслушать. Сколько там народа? Оружие у них есть? А сколько сейчас времени? А если там баба, где мы понятую искать будем? Ночью то…
Это была наша первая совместная делюга. Мне он поначалу даже нравился. Такой тихий. Сосредоточенный. Молчаливый.
А тут ты смотри, прорвало как… Это он со страху и от волнения.
Я должен всем своим внешним видом демонстрировать невозмутимость бывалого опера. Ну, еще бы… на год раньше на службу взяли.
Меня все это начало подбешивать. К тому же мы кидались вниз по пролету, на каждый как нам казалось, скрип и шерох замка входной двери. И каждый раз была ложная тревога.
И каждый раз, напарник умудрялся неведомым для меня способом оказаться сзади меня. С нескрываемым любопытством выглядывая из за моей спины.
На протяжении двух часов адреналин в крови то закипал, то садился на нет. Такой встряски даже космонавты не выдерживают.
Да блин… вы хоть за сигаретами в киоск сбегайте, утырки сраные! Ну откройте же дверь! Ну хоть чуть – чуть!
Я действительно не знал, сколько человек внутри квартиры, как они настроены, есть ли у них оружие да и в конце концов, будут ли они за кухонные ножи хвататься. Даже сколько комнат в квартире я не знал. Я вообще не хера не знал.
Запуганный и чмошный нарик, которого мы изловили утром, смылся быстро, молча, по английски. Выбежал из подъезда, допрыгал до нашей служебной машины где, испуганно пискнув, вручил товарищу майору в руку липкий от пота четок полиэтиленовой пленки с граммом героина внутри.