Пустошь. Континент
Шрифт:
Продолжавший разгораться пожар все же не позволил долго его игнорировать, постепенно распространяясь вширь и грозя взять меня в огненное кольцо. Я, шипя от боли и шатаясь от слабости, прекратил гонять в теле энергию и начал собирать вещи, готовясь убраться с полянки.
Суп пришлось вылить, хотя несколько глотков я напоследок все же сделал, протестуя против бесполезного расхода провизии.
Пара миль до дороги оказалась сущей пыткой. Тело страдало, пожар обманчиво медленно крался следом, потрескивая и то и дело донося до меня едкий дым. Но огонь не успел
Экспериментатор…
Гениальный маг…
Твою ж мать, как больно…
Злиться на самого себя за свой идиотизм не было ни сил, ни желания. Я просто надеялся, что мне удастся выбраться из этого леса до тех пор, пока он сгорит вместе со мной.
Сзади послышался топот копыт, и я обернулся, готовый к новым неприятностям. Но это была всего-навсего моя лошадь. Напуганная пожаром, удравшая от меня, а теперь вернувшаяся.
– Ах ты, красавица моя… – Я поднял ноющую руку и погладил животное по теплой морде. – Решено, будешь Красавицей.
Лошадь всхрапнула, то ли выражая одобрение, то ли намекая, что пора убираться подальше от этого леса.
– Поедем, конечно же поедем, – успокаивающе проговорил я, с трудом забираясь в седло.
Верхом передвигаться было однозначно приятнее. И безопаснее – пожар оставался все дальше позади. Вдобавок можно было усиленно лечиться, чем я и занимался, безвольно покачиваясь в седле.
Где-то часа через полтора неспешного передвижения я уже чувствовал себя более-менее сносно. А впереди показались просветы в стене деревьев – приближалась долгожданная граница.
Попасть в Тардию оказалось до смешного просто. Стражник, скривившись при звуках моего далекого от совершенства говора, даже не стал смотреть на бумаги, просто забрал один золотой и выдал взамен листок, говорящий, что некто Рико Пепельный пошлину оплатил и имеет право находиться на территории страны. После чего предложил не задерживаться и следовать по своим делам.
Я проследовал. Вокруг постепенно снова проступала цивилизация, исчезнувшая было в пройденной мною только что полосе леса – появлялись возделанные поля, навстречу время от времени проезжали крестьяне на телегах, нагруженных всем подряд.
У одного из них я узнал, что ближайший город, Токаро, находится совсем недалеко – милях в десяти дальше по дороге. И в процессе разговора осознал, что письменная и устная речь – это совсем разные вещи… Книги на тардийском читать я мог легко, благо языки Империи, Тардии и Срединного княжества были довольно схожи между собой. А вот разговаривать… Несчастный крестьянин изо всех сил пытался понять, что я говорю – и понял в итоге. Но это точно была его заслуга, а не моя.
Чувствую, придется как следует попрактиковаться.
Город оказался вокруг меня как-то неожиданно. Вот идут поля, затем сменяются аккуратными домиками, домики начинают ютиться все плотнее и плотнее… И в один прекрасный момент я понял, что еду уже по улицам города.
Это было мне немного в новинку – всю свою
Я даже вздохнул – немного завистливо. Когда, интересно, жители этих мест в последний раз сталкивались с настоящими опасностями?
У Снежного Трона слишком много собственных проблем, чтобы зариться на земли восточного соседа. С Империей у Тардии вечный мир и любовь… С учетом того, сколько родственных связей соединяет правящие дома этих государств, странно, что они вообще еще не объединились в одно. Сакк мог бы доставить неприятности, но у Сакка всегда куча проблем с ушастыми. А мелкие князьки и барончики на севере просто стараются выжить в своих промороженных замках и не представляют опасности.
Благодать.
Гостиница в городе, к моему удивлению, оказалась всего одна. Зато найти ее было легче легкого – на центральной площади, прямо рядом с городской управой, виднелось солидное основательное здание с огромной синей надписью: «Гостиный дом Светлая Тардия».
Внутри все оказалось не менее солидно, хотя некий налет заброшенности все же витал – если я правильно помнил атлас, то основной торговый путь из Приграничья в Тардию пролегал северо-западнее, и соответственно наплыва путешественников в городе не наблюдалось.
Тоскующий за стойкой человек, завидев меня, заметно оживился, принялся что-то рассказывать… И лишь через полминуты, заметив мой стеклянный взгляд, стал говорить медленнее.
Оказалось, что ему доступен имперский язык примерно в той же степени, что мне – тардийский. Но каким-то чудом мы все же сумели общаться и понимать друг друга, хотя и с трудом. А под конец разговора я даже втянулся, все больше оживляя в голове залежавшиеся знания.
За номер снова пришлось выложить золотой – в этот раз за два дня проживания. Мне хотелось немного отдохнуть и собрать мысли в кучу, а заодно и познакомиться немного с местной жизнью. В конце концов, до Срединного княжества еще недели три дороги, нужно начинать привыкать к местным порядкам.
Бросив на кровать рюкзак, я встал перед проблемой – оставлять книги в номере или нет. Таскать с собой объемистый мешок мне откровенно надоело. Тяжело, неудобно… Но книгу с рунами в карман не засунешь, слишком уж она большая. Оставлять же ее в номере – это испытывать судьбу. Воров везде хватает.
В конце концов, я засунул в боковые карманы куртки дневник аристократа и свою собственную тетрадь для записей, спрятал во внутреннем кармане кольцо, а древнюю книгу вместе с черной дощечкой засунул под кровать. Пошло оно все… Надоело. И руны эти проклятые, если что, пусть горят огнем. Без них как-то спокойнее жилось.
Вечерний Токаро очаровывал своим уютом. Тихий, аккуратный, освещенный редкими фонарями… Я, прогулявшись по площади, остановился перед дверями храма всех богов. В памяти возникла картинка случившегося в пригороде Каххара, и меня слегка передернуло. Но, переборов себя, я толкнул дверь и зашел внутрь.