Пусть сердце скажет
Шрифт:
Тревор стоял рядом, задыхаясь от ярости, кровь стекала по его щеке из того места, где кулак Итана содрал с нее кожу. Он явно чувствовал себя неловко. Тревор Гейл очень гордился тем, что никому еще не удавалось победить его в борьбе и в кулачных схватках.
— Мы с братьями еще рассчитаемся с тобой за это!
— Я весь дрожу от страха, — ответил Итан, вкладывая нож обратно в ножны.
Повернувшись, ирландец пошел прочь, и Итан с тревогой подумал о том, чем все это могло кончиться. Сегодня Тревора унизили на глазах товарищей. Несмотря на то, что многие из шахтеров с удовольствием наблюдали
Повернувшись, Итан подобрал нож Тревора, заметив кровь на своей руке. Он подошел к коню, чтобы достать бинт, который всегда возил с собой.
— Больше никаких глупостей, — предупредил Эд Хэмбл, выпуская из клети шахтеров, и они толпой направились вслед за Итаном. Никто из них так толком и не понял, из-за чего завязалась эта драка. Шахтеры новой смены начали занимать места в подъемных клетях.
— Ты молодец, Итан, — сказал Эд Хэмбл, — ты сделал то, что нужно. Я рад, что этого не пришлось делать мне. Я бы вряд ли с ним справился. Однажды я видел, как он отделал в баре Вэйна Трэппа, а ты ведь знаешь, какой громила наш Вэйн.
Итан молча закончил бинтовать рану. Роя Холлидэя ждали здесь завтра, он собирался подняться еще выше в горы, чтобы поговорить с кем-то из мелких старателей. Итан решил, что Рой захотел приобрести себе новые участки. Впрочем, зачем бы он сюда ни приехал, Итан расскажет ему о том, что случилось, и неважно, останется ли Холлидэй доволен или сразу уволит его. Сейчас Итану было все равно. Он не сомневался только в одном — сегодня он честно отработал свои пять долларов. Итан стряхнул грязь с одежды и волос. Сложив нож Тревора, он сунул его в карман штанов.
— Завтра я отдам ему нож, если к тому времени его не уволят или он снова не напьется, — сказал он Хэмблу.
— Как рука?
— Пройдет. — Итан сел на Черноногого. — Я вернусь, когда эту смену будут поднимать из шахты. — С этими словами Итан уехал.
Оставив позади грохочущую камнедробилку, он начал подниматься по тропе все выше, пока наконец не оказался в тихом месте, откуда открывался вид на копры шахт, на камнедробилку и на сам Криппл-Крик, прилепившийся к горе еще на полмили ниже.
По кронам деревьев скользнула тень, подняв голову, он увидел орла, медленно пролетающего в вышине. Окружающая его тишина, запах сосен, тихий шум ветра, качающего их ветви, заставили его задуматься над тем, какого черта он делает там внизу. Итан давно мечтал начать все сначала, купить землю и завести ранчо. Еще несколько недель, и у него будет достаточно денег для осуществления своих планов…Но какая радость от всего этого, если с ним нет Элли и он даже не знает, где она и что с ней. Он горестно вздохнул.
Рана в его душе не зарубцевалась, а, наоборот, стала беспокоить его еще больше. Может быть, ему следовало тогда переступить через свою проклятую гордость и остаться?
Земля задрожала от взрыва, прогремевшего в ее недрах. Итан повернул Черноногого и начал спускаться вниз, чтобы продолжить свой обычный объезд рудника “Голден Холлидэй” номер один.
Пройдет еще
Глава 21
Рой Холлидэй поднимался вслед за Вэйном Трэппом по крутой тропе, проложенной по обратному склону горы, которую он сам называл Горой Холлидэя. Обычно он избегал поездок в отдаленные места, чтобы встретиться со старателями. Однако ему сказали, что эта Эллисон Миллс довольно упрямая женщина и он надеялся своим импозантным видом произвести на нее впечатление и внушить доверие.
Они с Вэйном отправились в путь незадолго до рассвета, рассчитывая добраться до участка Эллисон Миллс где-нибудь к двум часам дня. Холлидэй надеялся быстро уговорить эту глупую девчонку продать ему участок и к вечеру рассчитывал вернуться в Криппл-Крик.
В молодости ему не раз приходилось совершать подобные вояжи, однако теперь это делали за него другие. Он хорошо помнил первые годы борьбы. С помощью убийств, взяток, грязных махинаций ему удалось сколотить такое состояние, что теперь никто не рискнул бы показать на него пальцем. Рой Холлидэй давно перещеголял собственного отца и сполна рассчитался с человеком, который когда-то довел его родителя до краха.
Появление здесь этой женщины не давало ему покоя. Но сейчас Холлидэй не мог пойти на ее физическое уничтожение — слишком мало времени прошло после убийства Джона Себастьяна. Он сначала попробует уговорить ее, если же не удастся, то прежде чем разделаться с ней, попробует выяснить, не берет ли ее золотая жила начало на территории его прииска. Если это так, то ничего и не понадобится. Ее участок будет присоединен к владениям “Холлидэй Энтерпрайзес”, хочет она того или нет.
— Сколько нам еще ехать? — крикнул Холлидэй Трэппу.
— Где-то около часа.
Холлидэя пробирала легкая дрожь. Как бы жарко ни было там внизу, здесь, на высоте, всегда было довольно прохладно. Холлидэй не мог себе представить, как эта женщина, тем более молодая и красивая, отважилась забраться сюда, чтобы в одиночку работать на своем участке. Это уже само по себе говорило о многом.
Поднявшись на ровное место, Трэпп остановил лошадь, чтобы она могла отдохнуть.
— Нам придется спешиться и вести лошадей в поводу, — сказал он Холлидэю. — Дальше склон будет еще круче. Они просто не выдержат нашей тяжести.
Холлидэй с трудом удержался от смеха. Трэпп был на добрую сотню фунтов тяжелее него.
— Как скажешь. Я уже давно не бывал в этих местах. Я даже не приезжал на шахту после того, как отсутствовал почти три месяца.
Трэпп спешился с каким-то утробным звуком.
— По-моему, вам не следовало бы показываться здесь еще некоторое время, до тех пор, пока тут все не уляжется. После того, как наш индеец несколько дней назад повздорил с Тревором Гейлом, работяги опять начали шуметь. Всю эту кашу заварил Тревор, он распустил слух, что ваши люди бьют шахтеров за разные пустяки.