Пусть небеса падут
Шрифт:
Меня так и подмывает спросить ее об этом, но у меня есть и другие вопросы, о которых стоит спросить. Как мне кажется, этот поездка полтора часа непрерывного "Спроси Одра" времени, и я получу ответы на некоторые вопросы.
– Таким образом, - говорю я, пытаясь выяснить, как начать, - предполагается, что это сработает, и у меня будет Западный прорыв или что бы то ни было, куда мы идем для этого?
Она соображает, так как не продумала это заранее. Что раскрывает то, насколько она не уверена.
– Я предполагаю, что свяжусь со своей матерью,
– Твоя мать? Твоя мать та, к которой ты ходила несколько ночей назад? Которая отвергла твой запрос о резерве?
– Она помогает настолько, насколько может.
Я фыркаю.
– Если бы это было правдой, у нас бы была вся армия на нашей стороне.
– Она тоже защитник, Вейн. Она связана своей присягой служить, так же, как и я. Личные связи не могут мешать.
Ее голос спокойный. Командный.
Я не куплюсь на то, что ей все равно. Я имею в виду, чувак, я вовсе не связана своими родителями, и я все еще знаю, что они сделают что угодно, чтобы обеспечить мою безопасность. Даже если это означает нарушать закон или присягу или кодекс или что бы то ни было. И это то, как это должно быть.
Поэтому я не могу удержаться от того, чтобы сказать, - Она кажется жесткой.
– Может быть, - бормочет она шепотом.
– Тем более, что...
Я знаю, что она имеет в виду, хотя она и не заканчивает фразу.
– Она была лучше до этого?
– Иногда.
Она замолкает, и я понимаю, что это все, что она скажет. Но затем она добавляет, - Раньше она любила смотреть, как я заставляю птиц танцевать.
– Танцевать?
– я не могу избавиться от картинки, как кучка голубей дергают шеями под ритм.
– Если я соединяюсь с птицей, я могу приказать, чтобы она порхала и вращалась и просматривала небо. Моя мать раньше лежала рядом со мной на траве, и мы наблюдали, как они несутся сквозь облака. Она сказала, что это был один из способов, которым я напомнила ей о себе.
Голос ее звучит теплее, светлее от воспоминания.
– Так, что делает твоя мать как защитник... кроме того как отвергает дочь в трудное для нее время?
Одри игнорирует мой укол.
– Она продолжает смотреть за ветрами. Она может чувствовать такие вещи в порывах ветра... следы, предупреждения и секреты... и она использует птиц, чтобы передать эту информацию Силам Бури, чтобы они знали о возможных опасностях. Сейчас она использует свой дар, чтобы удерживать Буреносцов так долго, как она может и посылает предупреждения, когда они приближаются. Я жду вестей от нее в любой день.
В любой день.
Я знаю, что идет быстрый обратный отсчет, но у меня бегут мурашки, когда я слышу, как мало нам осталось.
– Так какое имя у моей мамы?
– спрашиваю я частично, чтобы переключиться на что-то другое, но в основном, потому что хочу знать реально ли имя, которое я слышал во сне.
– Арелла.
– Арелла.
– Это объясняет, почему она единственная, кто сказал моему отцу, что мы должны
Это также означает, что Одри мне солгала, когда сказала, мои воспоминания ушли навсегда. Я так и понял. Но теперь я знаю точно.
Я должен знать почему.
Пока ни один из фрагментов, которые вернулись, не дали мне ключ к разгадке. И я едва начал погружаться в сон сегодня вечером, когда Одри стянула с меня одеяло и вытащила меня из постели. Что, кстати, было очень сексуально. Она может...
– Ты, меня, слышишь?
– спрашивает Одри.
– Прости, что ты сказала?
– Я сказала, что Бури пошлют подкрепление, если у тебя будет четвертый прорыв сегодня вечером.
О, конечно. Пошлют помощь после того, как у меня появится прорыв, который сделает меня неукротимым или что-то в этом роде. Зачем защищать меня сейчас, когда я уязвим? Идиоты.
Она вздыхает.
– Это правда, и ты это знаешь. Ты действительно ждешь, что я буду считать, что ты не возражаешь против этого, они скорее позволят тебе пожертвовать собой, чтобы спасти меня, чем послать тебе некоторый резерв?
– Они просто верят в меня. Считают, что я достаточно сильна, чтобы справиться с этим.
– Даже если они это сделают, они по-прежнему будут рисковать твоей жизнью. И моей.
Она не может поспорить с этим.
– И как это, в самом деле, мне поможет, если ты принесешь себя в жертву? Даже если ты сдержишь Буреносцев, это позволит мне сидеть здесь, как утке, без возможности связаться с Силами Бури, просто сидеть и ждать когда Райне пришлет кого-нибудь еще за мной. Блестящий план, ребята.
– Это будет не так. Моя мама должна будет знать, что случилось и послать за Силами Бури немедленно.
– Так почему бы просто сперва не сделать это? Почему нужно позволять ее дочери умереть?
– Я не понимаю.
– Ты права. Что за люди ожидают, пока кто-то пожертвует жизнью, чтобы спасти другого, когда могут послать за помощью.
Потому что Силы Бури под постоянной атакой Райдена. Они не могут кого-то щадить сейчас, просто для того чтобы спасти мою незначительную жизнь.
– Ты не незначительна, - взрываюсь я прежде, чем могу себя остановить.
Она прочищает горло.
– Кроме того, ты не был бы беззащитен. Я должна передать тебе подарок. Прими мои знания и навыки, позволяя себе вдохнуть меня.
– Почему это звучит так жутко?
– Я уверяю тебя, что это не так. Ты просто не знаешь, как работает окончательная жертва.
Она делает вдох, прежде чем продолжить.
– Мы имеем две формы. Наша земная форма и ветряная форма. Ветряная бесконечная и более мощная. Мы почти неуязвимы для травм, и это дает нам целый арсенал для борьбы. Если ты не имеешь связей с землей, ты сможешь переключаться между формами. Что я и сделала в твоей комнате несколько ночей назад. Это делается редко, так как труднодостижимо и довольно болезненно. Но возможно.