Пусть мята напомнит тебе...
Шрифт:
– Самая простая, - подытожила свои рассуждения я, и уточнила у любопытной дамочки.
– Что именно вас интересует?
– Расскажите мне, какой он.
Я чуть не подавилась.
– Ну, - оглянулась через плечо на Тая, и меня понесло.
– То, что он красив, думаю, вы итак прекрасно видите. И вам в этом повезло. Ведь насколько мне известно, когда заключаются браки между правящими семействами чаще всего жених и невеста не привлекают друг друга физически, но им приходится мириться.
Принцесса опустила глаза, соглашаясь с моими доводами, и тайно радея, что её будущий супруг не калека, не старик, не уродец,
– Он справедливый. Иногда слишком серьёзный.
– Продолжала я с трепетом прощаясь в мыслях со своим тёплым и близким Таем, советником, другом, любимым. Ведь практически передавала его в руки другой.
– Прекрасный воин. Сильный, умелый, смелый и отважный. Наблюдать за ним даже во время тренировок просто удовольствие. Сосредоточенный взгляд, уверенность в каждом жесте. Рядом с ним вам нечего и некого боятся! А ещё он очень чуткий к проблемам других. Но и ему нужна опора. Скажите, вы сможете стать таковой для него?
Мой вопрос поразил её высочество. А я только сейчас заметила, что голоса идущих позади мужчин стихли. Прежде чем принцесса ответила, к Гаюлу снова примчался паж, на ушко сообщив какую-то новость. Расшаркавшись рыжий змей оставил нас одних. Ольгерд подошёл к королю. Они тоже зашептались о своём, мужском.
– Вы переживаете за него?
– задала вопрос моя соперница.
– Понимаете, ваше высочество, он не только король и человек, которого мы, амазонки, поклялись защищать ценой собственной жизни.
– Выдохнула я, ощущая очередной прилив боли в рёбрах от этого движения.
– Для меня, он в первую очередь друг. Он спас жизнь мне, я ему.
– Мне, кажется, что он для вас немного большее!
– заявила она, и моё смущение вовремя прервал Ольгерд.
– Если вы хорошенько подумаете над этим, то, как и я, поймёте, что сие не существенно. Скоро он возьмёт в жёны вас. Я же буду его телохранителем до последнего вздоха, если он разрешит.
– Созналась я, не скрывая ничего перед ней и ничего ей толком не открывая.
– Если он разрешит, - рассматривала все варианты не только своего, но и нашего общего будущего она.
– Мы сможем подружиться?
Я улыбнулась. Лейана была милой.
– Пожалуй, - согласилась я.
– Ори...
– по привычке позвал он, затем исправился и перешёл на официальный уровень, поклонившись сначала принцессе.
– Прошу прощения, ваше высочество, но одно неотложное дело требует участия в обсуждении вашей компаньонки. Вы не против, если я отберу у вас её не на долго?
Естественно, в правилах хорошего тона, она, как воспитанная девочка, позволила отвести меня в сторону. Я думала, что Тай пойдёт к ней, но король позволил себе очень некрасивый жест, продолжая стоять поодаль. К нему Ольгерд меня и подвёл.
– Что ты делаешь?
– зарычал на меня его величество.
– А что?
– удивилась я, нахально ухмыляясь.
– Расслабься! Мы ведь здесь ради того, чтобы заполучить сердце той прекрасной дамы! Точнее, ради продажи свободы одного молодого короля во имя счастья его народа. Так что не мешай мне продавать тебя в три дорога.
Он обиделся, хотел совершенно не по-королевски вспылить и закатить скандал, но не успел.
– Если это и было то самое неотложное дело, о котором мы должны были поговорить, то стоит вернуться к нашей миссии!
– настаивала я. Зная Тая, сейчас он с удовольствием наплевал
– Прошу прощения, - Гаюл доводил меня до нервного тика своим бесшумным шагом.
– Давайте вернёмся во дворец.
* * *
Весь остаток вечера я провела в глупейших разговорах с вельможами, которым была интересна моя персона, и под двумя обжигающими взглядами: Тай смотрел с болезненной злостью, принц - как голодный тигр на овечку. В любом случае мне было не уютно. Когда праздник подошёл к концу, я с удовольствием шла по тёмному коридору, освещенному свечами к своим покоям вместе с принцем. Стоило мне только прикрыть дверь комнаты, как его высочество властно впился в меня холодными ручищами, больно прижав к стене. Я застонала, что было воспринято за стон страсти, хотя на самом деле - боли. Пухлые губы принца впились в мою шею, руки заскользили по талии к бёдрам. Переборов отвращение, я грубо оттолкнула его от себя. Ошарашенный принц замер, рассматривая меня. Я приняла решительное грубовато-страстное выражение на лице и медленно шла к нему, как кошка. Он пятился до самой кровати, там я опрокинула его на ложе. Ему моё поведение понравилось. Слащаво заулыбавшись, он потянулся ко мне, ухватив за волосы и привлёк к себе. Я оказалась сверху, он полез целоваться. Может быть, я должна была отреагировать как-то по-другому. У девочек же всё прошло хорошо, некоторым даже понравилось... Но я чувствовала только грязь и отвращение.
Перед глазами всплыла картинка из недавнего прошлого, когда меня впервые поцеловал Тай, считая призраком. Тогда во мне всё трепетало и каждый раз содрогается при одном только прикосновении тёплой руки короля, случайном нежном взгляде. На мгновение я представила перед собой моего единственного властелина. Но стоило открыть глаза и увидеть эту наглую рыжую морду...
К горлу подступила тошнота. В голове зашумело. Но я упорно продолжала изображать похоть.
Его руки заскользили под юбками, взбираясь по ноге к левому бедру. Дыхание скользило по моей шее. А я вспоминала день, когда Тай, спасая мне жизнь, согревал собственным дыханием, прижимая к себе на берегу озера...
Невыразимая боль рвалась наружу. Я сильнее сжимала плечо принца, когда он уверенно целовал мою шею и развязывал шнуровку платья на левом рукаве. Теперь оголённые плечи подверглись страстному порыву принца, которого я пыталась оттолкнуть.
Но тут вместо ожидаемого, произошло кое-что из ряда вон выходящее: в дверь постучали. Гаюл замер, уставился на меня. Я покачала головой, объясняя, что никого не ждала.
– Ори, открой!
– донеслось из-за двери.
Меня передёрнуло. Мурашки табуном промчались по коже. Бросило сначала в холод, потом в жар.
Видимо его величество узнал от служанок, где меня разместили. И зачем-то пришёл. Так не вовремя!
– Я хочу с тобой поговорить!
– настаивал голос Тая.
Мне казалось, что обида заставит его вычеркнуть меня из памяти. Позабыв о растрёпанном виде, я отпихнула от себя Гаюла, тут же разместившегося в ожидании на кровати, и быстро пересекла комнату, чтобы распахнуть дверь. Король стоял в том же светлом праздничном костюме, в каком был на балу. Он осмотрел меня с ног до головы, и очень удивился.