Пусть меня осудят...[СИ]
Шрифт:
– Что здесь происходит, Рус? Чего эта баба на тебя так пялится?
Баба? Эта свиристелка назвала меня бабой? Кровь бросилась мне в лицо. Шлюшка малолетняя. Но я собрала всю волю в кулак и промолчала.
– Ир, иди за стол, я сейчас приду.
Круто. Ну, наглец. Ее значит за столик, а со мной еще не закончил. Мне не верилось, что я участвую в этом фарсе.
– Рус, я не поняла о чем тебе говорить с этой…
Деваха одарила меня презрительным взглядом, явно недоумевая, о чем можно разговаривать с такой как я. Я явно до уровня Царевых не дотягивала.
– Люди иногда могут о чем-то говорить. Рот не всегда предназначен для минета.
Ее глаза округлились
– Это что она только что сказала? А Рус?
С изумлением я увидела, что Царев – младший усмехнулся.
– Ты давай, Ир, иди - я сказал.
– Нет, ты слышал, что эта лахудра только что сказала?
Руслан схватил Иру под локоть и оттолкнул в сторону.
– Я сказал пошла вон. Пусть Серый отвезет тебя домой.
Ира с трудом сдерживала слезы, но возразить не посмела, покорно пошла к столу. Мне даже стало ее жаль, только жалость была немного злорадной. Я сама себя не понимала, я кипела от злости и в тот же момент радовалась, что это ее, а не меня прогнал этот юный наглец, который теперь смотрел на меня, улыбаясь и жуя жвачку.
– Насчет минета мне понравилось.
Я ударила его по лицу резко, безжалостно даже ладонь обожгло болью, и скрылась за дверью туалета. Раздался удар, наверняка кулаком, но я закрылась из нутрии и облокотилась спиной о стену. Меня трясло как в лихорадке. Наглый пацан, сволочь самоуверенная, кобелина, самец несчастный. Что он о себе возомнил? Скотина. Я не его Ирочка, со мной он в таком тоне говорить не будет. Черт, куда я лезу? Мы слишком разные, мы говорим на разных языках, мы живем в разных измерениях. Я никогда не стану такой как его Ирочки, Светочки, Танечки, Верочки. Никогда.
Я осторожно открыла дверь и, убедившись, что за ней никого нет, вышла в залу кафе. Руслан и его дружки видимо уехали. Но моего собеседника тоже не было. Я выбежала на улицу и увидела Максима, он прижал руку к лицу, задрав голову.
– О господи, - простонала я, увидев, что его пальцы перепачканы кровью, - что с вами?
– Ничего, ударился, - хмуро ответил Максим, под глазом уже образовался багровый синяк, а с носа текла кровь.
– Это они вас да? Пацаны эти?
Он махнул рукой.
– Ерунда, сказал, чтоб я к вам не приближался защитник хренов.
В сердце трепыхнулась радость и тут же сменилась злостью. На себя, на этого мальчишку невменяемого, бешенного. Он таки сделал свои выводы.
– Дайте я льда принесу.
Сбегала в кафе попросила кусочек льда. Принесла в салфетке и протянула Максиму. Мне было стыдно. Черт, из-за меня ему досталось и притом не за что.
– Ну как?
– Жить буду, только машину вы поведете.
Я закивала и уже собралась сесть за руль, как вдруг на бешеной скорости во двор влетел мотоцикл. Резко затормозил возле меня и Максима. Руслан смотрел на меня исподлобья, потом протянул мне руку:
– Поехали, - заявил он. Я невольно попятилась назад:
–
– Эй, парень, оставь девушку в покое, - сказал Максим и сделал шаг к мотоциклу. Руслан газанул, и зверь под ним утробно зарычал.
– Отойди в строну, мужик. Не вмешивайся, - Руслан смотрел только на меня, - Поехали, давай, я жду.
А я…одна часть меня безумно хотела вскочить на мотоцикл, а другая…другая противилась этому изо всех сил.
– Парень, ну зачем ты лезешь а? Тебе ведь сказали – нет.
Руслан медленно повернулся к Максиму.
– Рот закрой, я не с тобой разговариваю. Или тебе было мало? Я могу добавить.
Господи, они сейчас подерутся, только этого не хватало. Я почему-то не сомневалась, кто выйдет победителем из этой драки. А Максима жена дома ждет. Я решительно села позади Руслана и он резко сорвался с места, так резко, что у меня дух захватило. Он мчался по улице, и ветер завывал у меня в ушах, я вынужденно обвила его торс руками. Черт, я ведь никогда раньше не ездила на мотоциклах. Голова кружилась от страха и невероятной скорости. А еще я думала о том, что совершенно не знаю этого парня. Он жесток, опасен и непредсказуем. Загорается как спичка. Чуть что лезет в драку. Ведет себя так, словно ему все позволено и мир принадлежит таким как он. И все женщины, которых он пожелает - тоже. Пришел, увидел, победил.
– Останови! – крикнула я, - Останови, я сказала! Останови, не то спрыгну.
– Попробуй, разобьешься к чертовой матери, - он смеялся, а мне хотелось разорвать его на части. Я отпустила руки, и он тут же затормозил, съехал на обочину. Я соскочила с мотоцикла и бросилась к дороге. Увидела попутку, махнула рукой. Машина промчалась мимо. Я обернулась – сидит улыбается. Гад. Просто гад.
– Ты реально думаешь, что пока я здесь стою, тебе кто-то затормозит? – Он закурил и самодовольно протянул мне сигарету.
– Да пошел ты.
– Зачем так грубо?
– А ты лучшего не заслуживаешь.
Я снова махнула рукой попутке, машина вроде притормозила, но водитель тут же заметил Руслана и газанул.
– Из-за Ирки злишься?
– К черту и тебя и телок твоих.
– Хм телок? Ты даже такие слова знаешь?
Я повернулась к нему:
– И не такие знаю. Чего ты привязался ко мне, а Руслан? Чего ты хочешь? Я все тебе сказала – между нами ничего нет. Просто оставь меня в покое.
Он соскочил с мотоцикла и пошел ко мне.
– Не подходи.
– А то что?
– Закричу.
Прозвучало смешно. Я могла кричать на этой пустой трассе сколько угодно.
– Поехали, я отвезу тебя домой.
Он прищурился, сильно затянулся сигаретой.
– Я не трону, не волнуйся. Поехали. Тебя все равно никто не подберет здесь, а одну не оставлю. Так что выбора у тебя нет.
Теперь он ехал медленней, и молчал. Я чувствовала, как Руслан напряжен. Под моими ладонями билось его сердце глухо, быстро, хаотично. Довез на объект и высадил у ворот.