Пуля
Шрифт:
Итак, когда мы забрались на кровать, Ричард усадил меня с ближней к двери стороны, а сам лег у ног Ашера, опираясь на подушки напротив него. Я сидела, чувствуя себя немного напряженно, и в какой-то момент обменялась с Ашером одинаковым взглядом. Он дал мне понять, что тоже не понимает, что, черт возьми, происходит. Радует, что не только я была в полном недоумении.
Я сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и откинулась на подушки, все еще полностью одетая, в том числе в туфлях на каблуке и с оружием, так что это было не совсем комфортно. Но мы хотя бы до сих пор
Жан-Клод смотрел на нас. На миг он превратился почти в двумерную картинку, так он застыл, но потом все же ступил вперед, словно ожил. Это было похоже на разницу между фото и видео. На его лице расцвела легкая улыбка, и он весь стал - воплощенная легкость и изящество. Он направился к нам так, как он, вероятно, входил в тысячи комнат на протяжении многих лет: улыбчивый, очаровательный, красивый и все же полностью скрывающий то, что чувствует.
Он остановился у изножья, перебирая черно-красный полог. В его взгляде светилось восхищение, но он покачал головой.
– Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, - сказал он.
Ричард кивнул.
– Я вел себя как последний ублюдок. Мне очень жаль.
Мы все уставились на него, в том числе и Ашер. Это поразило его настолько, что он даже забыл о том, как лежат его волосы, и его шрамы стали видны в приглушенном свете прикроватных ламп.
– Извинения - чудесная вещь, мой друг, но простите старого вампира за вопрос: за что именно вы извиняетесь?
– За то, что он сказал, - предположила я.
– Когда мы с тобой впервые встретились, Анита, я только ушел от Райны и Габриэля.
– Вампиры все еще говорят о Райне, старой Лупе вашей стаи, и Габриэле, экс-лидере верлеопардов. Они заставляли некоторых из свиты Белль Морт выглядеть просто добряками, а они вовсе не были добрыми, - сказал Ашер.
Ричард кивнул.
– Они оба были настоящими сексуальными садистами.
– Причем с уклоном в сторону серийных убийц, - добавила я.
Ашер повернул голову, чтобы взглянуть на меня.
– Я слышал, что ты убила их обоих, когда они пытались снять порнофильм об изнасиловании и убийстве, с тобой и Габриэлем в главных ролях. Думаю, этот рассказ уже перерос в легенду.
Я отрицательно покачала головой.
– Может, детали приукрашивают, но в основном все верно.
Меня пробрала дрожь. Габриэль и Райна были парочкой из ада, и мне здорово повезло, что я смогла убить их и спасти остальных. Габриэль оставил мне шрамы, которые придется носить до конца жизни.
Ашер протянул руку и взял мою ладонь.
– Я рад, что вы их убили.
– Мы все рады этому, - заметил Ричард.
– Они - не такая уж потеря, - добавил Жан-Клод.
– Как я уже сказал, когда я встретил Аниту, я только что ушел от них. Они пытались сделать меня более доминантной версией Натаниэля, но просто еще одной их игрушкой.
– Они не понимали, что ты никогда не станешь таким, - проговорил Жан-Клод.
Ричард кивнул.
– Я пробился на более высокие позиции в стае, чтобы иметь больший выбор, и однажды даже выбил дерьмо из Габриэля. Но это
– Я был Мастером города уже тогда, Ричард, и я бы не позволил ей сделать это со мной - или с тобой.
Ричард сменил позу. Его сильные, загорелые руки обняли колени, заставляя бицепсы вздуться.
– Теперь я это знаю, но она была моей Лупой на протяжении шести лет. Я верил ей. Я смотрел на Жан-Клода как на еще одного человека, который пытался развратить меня. Теперь я понимаю, что он попал в ту же ловушку, что и я, но я не мог этого знать тогда.
В его глазах читалось беспокойство.
Я села, не выпуская руки Ашера, и потянулась, чтобы коснуться Ричарда. Это заставило его улыбнуться мне, но он обратил свой обеспокоенный взгляд к Жан-Клоду.
– Ты один остался жив. Почти каждый раз, как я смотрел на тебя, я думал о них. А потом я обвинил тебя в том, что ты украл у меня Аниту. Теперь я знаю, что сам подтолкнул ее к тебе. Я заставил ее смотреть, как пожираю Маркуса, - он выпрямился, словно понял, что до сих пор пытался свернуться в клубок. Затем сжал мою руку и посмотрел на меня.
– Я сделал все для того, чтобы в первый раз, когда ты увидела меня в звериной форме, это было пугающим и ужасным. Я сожалею об этом.
– Ты ненавидишь быть оборотнем. Ты хотел, чтобы я тоже это возненавидела.
Он кивнул головой.
– Это - так. Просто я в тот момент не понимал, что именно делаю.
– Ваш врач, должно быть, имеет очень широкие взгляды, - сказал Жан-Клод.
Ричард посмотрел на него.
– Мой терапевт? Да, у нее широкие взгляды. Но у нас не было бы такого прогресса, если бы Анита не смогла перебороть свой гнев прошлым летом.
Одним из элементов триумвирата силы было то, что вы разделяете часть себя, а не только часть своей силы с другими. Я получила ардер и жажду крови Жан-Клода. От Ричарда я заимела зверя и вкус к плоти. Жан-Клод приобрел немного жесткости от меня. Я не была уверена в том, что он получил от Ричарда, и что Ричард - от него, но от меня Ричарду достался лишь гнев.
Я имела возможность питаться гневом, как Жан-Клод - похотью. Я могла кормиться от секса, но мне было сложно получать пищу от страсти, как от эмоции. Гнев я понимала очень хорошо. Многие годы это была моя основная эмоция. Прошлым летом я обнаружила, как отозвать ярость от Ричарда. Это было единственное, что мы делили друг с другом, и один из нас знал, как этим питаться. Другой голод во мне был желанием плоти, крови и секса. Вы можете насыщать голод, но вы не можете насыщаться от голода.
Я забрала свою руку, и Ричард позволил мне это. Я откинулась обратно на постель рядом с Ашером. Вампир продолжал держать меня за руку, и мы снова стали рассматривать Ричарда.