ПУЛЬС СВЕТА
Шрифт:
Включив свет, сел на табурет. Взглянув на книжку, бросил на стол. Закурил. Дверь на балкон с вечера открыта. Всё равно душно.
– «Хоть бы ветерок шевельнулся...» – подумал он, выйдя на балкон. Скучно. Вечерами не знал куда себя девать. Днём ещё, шло время за заботами. А потом... Раньше не возникало вопросов, «ради чего? Зачем? Что теперь?» Раньше было понятно.
Сейчас всё по-другому. Дети теперь определились. Даже внуки теперь. Сразу двое. Он улыбнулся, думая об этом. Но всё равно, чего-то не хватает... Он думал, достигнув этого,
И будто незаметно, незаметно, где-то далеко, ещё пока очень далеко, кто-то включил обратный отсчёт времени. И теперь оно будет уменьшаться. Таять с каждым мгновением.
– Чёрт знает, что за мысли... – подумал он, бросив сигарету с балкона.
– Не должно так быть, что-то не так тут... – утешал он себя.
Вошёл, присел к столу. Опустошённо оглядывал кухню, водил зрачками по стенам. Думал. Вспоминал, как старались набить эту небольшую квартирку разными вещами. Как приходилось изворачиваться и приспосабливаться. И он приспосабливался и изворачивался. Было зачем. Было зачем вытаскивать ноги как из трясины, когда дела и обстоятельства засасывали. Нельзя было стоять на месте. И он вытаскивал.
Нет больше детского смеха в коридоре. Не хлопочет Наташка около дочек. Нет приятных минут ожидания чего-то, когда ради этих минут, терпеливо ожидаешь дни. Исчезло всё навсегда. Минуло.
Незаметный шорох в коридоре прервал мысли. Открылась дверь. Наталья, щуря от света глаза, просунула голову. Рассматривала его несколько мгновений, потом тихо вошла. Молча села рядом, посмотрела в глаза.
– Ты чего? – спросила тихо, чуть улыбнувшись.
Дмитрий пожал плечами.
– Не спится... – вздохнул устало.
Не хотелось её посвящать в свои мысли. Слишком они не весёлые, даже тяжкие местами. Вспомнил, как приходила она из училища, тяжко ступая по ковру комнаты. Поставит сумку в угол. Сядет на диван и сидит молча. Вздыхает подавленно. И тёмные вьющиеся волны волос становится ещё темнее на побледневшем лице. Глаза только блуждали по комнате и тоже, молчала всё. Вот и решил он тогда – хватит! Лучше побудет дома пока, отдохнёт. А там видно будет. И надо же так случиться. Не видно ничего!.. Не понятно всё стало...
А красивая у него Наташка. Хоть и сорок два, а будто и не изменилось ничего с тех пор, как хлопнув дверцей, села к нему в бледно-зелёную «Волгу» на вокзале.
– Думаешь всё? – опёрлась она подбородком на сжатый кулачёк.
– Думаю... – пожал он снова плечом, вздохнув. «Может, что-то и изменилось. Да, подчёркнутость какая-то появилась, строгость во всём. Но красива, так же красива...»
– Ну и как? – улыбнулась Наталья, склонив голову, роняя волосы на бок.
«Вот, только морщинки кой-где, да чуть волосы поблекли, но всё равно! Даже что-то
– Да пока, никак... – сказал вслух.
Наталья встала тихо, подошла к плите. Затрещала зажигалка в тишине, потом загудел газ. Брякнул о плиту чайник.
– Может, снотворного выпьешь? – спросила она не поворачиваясь.
– Нет! Вот ещё... – встрепенулся он.
Потом повернул голову удивлённо.
– Откуда у тебя? Ты что, пьёшь? – испуганно спросил.
– Нет. Так лежит, на всякий случай...
– Да... – протянул он задумчиво, - докатились...
Наталья села снова. Подняла тяжёлые веки, заломив брови, улыбнулась беспечно детской улыбкой.
– Дим...
– М... – промычал он, как-то безнадёжно.
– Дим, я хочу купальник купить новый!
– Чего? – выпрямился он, не понимающе взглянув на неё, - чего это вдруг? – Улыбнулся криво.
– Почему - вдруг, - положила она на стол белые руки, - лето на дворе! Не зима же...
– В бассейн решила... Ходить? – Пытался отгадать он.
– Нет, зачем... В реке купаться! – облокотилась щекой на ладонь.
В тишине шумел газ. Дмитрий соображал с трудом. Встал, вытащил сигареты, отошёл к двери. Шевельнулось что-то внутри. Повеяло, будто детством. Закурил, посмотрел в ночь, обернулся к жене вопросительно.
– Дим, что-то мы про себя стали только в прошедшем времени говорить... А? – Изучающе смотрела она на него.
Дмитрий усмехнулся не весело, стряхнул пепел за дверь.
– «И она о том же...» – пролетела мысль.
– Вот, вот... – ностальгически выговорил он, скривив рот.
– Будто, уже и не будет ничего... – продолжила она.
– Да уж... – снова усмехнулся он, - что-то здесь пусто стало, - водил взглядом по кухне, - всё вроде есть, а пусто...
Зашумел чайник. Наталья выключив, достала чашки.
– Налить?
– Да, давай!.. – безразлично махнул он рукой.
– Травки бросить? – повернула глаза.
– Какой?
– Мяты, или пустырника...
– Ну вот ещё!.. Обойдёмся...
Сели за стол. Наталья смотрела пристально на него, улыбалась незаметно.
– Ты чего это, ухмыляешься всё? – натянул он улыбку.
Тысячи чёртиков забегали у неё в глазах. Смотрела, не отрываясь.
– Давай уедем...
– Куда? – спросил, будто что-то упало.
– К девчонкам уедем, к внукам... – отхлебнула она из шашки, смотря на него.
– Хм... – ухмыльнулся он мечтательно, завёл к потолку потеплевшие глаза.
Потом снова на неё. Покачал головой.
– Я бы... Хоть сейчас... Только чего я там буду делать? Сюда мотаться? – Снова покачал он головой, - дорого выйдет, я уж думал... – опустил он глаза, размышляя.
– Дим... – вкрадчиво продолжила Наташа, выпивая из чашки маленькими глоточками.
– А помнишь? Ты таксистом хотел стать?
Дмитрий фыркнул громко, поставив чашку.
– Какая разница...
– вздохнул он.