Пугачев Победитель
Шрифт:
Гарнизон встретил штурмующих сосредоточенным огнем из собранных к пробоине пушек. Пехота, подпустив осаждающих на двести шагов, дала несколько залпов. С крепостных стен было видно, как бомбы
вырывали в напиравшей толпе кровавые борозды, дробили щиты, и, взрываясь, разметывали орущих | ростьян.
На первый раз удалось остановить штурмующих, не подпустив их к самим стенам. Разметываемая имевшими на нее снарядами темная масса заколеба- | н затопталась на месте, потом кинулась в бегство. Пи большом пространстве по тому пути, который был пройден при попытке добраться до брешей, лежали готнп истерзанных тел, валялись телеги и разбитые щиты.
Мае спустя орда вновь прихлынула, В ее тылу, как Оршнные, метались подгонявшие
могря па убийственный огонь казанцев, первые ряды пугачевцев добрались до брешей. Только выстрелами картечью в упор удалось их отогнать. Казанцы в пер- |и hi раз пустили в ход ручные гранаты, чтобы унич- Iожить отдельные кучки мятежников, которые залег- OI иод самыми стенами Кремля. Вылетевшие из двух
|м млевских ворот на рысях казаки с Опонькой и драгуны врезались в большую толпу замешкавшихся пу- | | ч.чщев, прошлись словно двумя острыми плугами и" ному ошалевшему от испуга стаду, изрубили не-
илысо десятков конников и несколько сот пеших,
мм пили две полевые пушки и вернулись в город
1рп<|)еями и многими пленниками. Взятые в плен иv I певцы единогласно заявили, что наутро, к рассве- | v готовится третий решительный приступ, для кото- рого Пугачев со всех сторон стягивает свои лучшие о гряды.
Ночь казанцы провели в тревоге. Со стен города
видны бесчисленные огни разложенных во вра-
•. ком стане костров, а дальше пылало зарево пожа- рим I ам горели помещичьи усадьбы, деревни и села. Иромя от времени отдельные толпы мятежников ни ими воплями бросались к Кремлю, но сейчас же
и вались. Было ясно, что делается это исключи-
I. ими/ е целью не дать гарнизону отдохнуть.
Вскоре после полуночи по Кремлю прошел торжественный крестный ход, в котором участвовал сам престарелый архиерей. У башни Сумбеки архиерей отслужил молебен о спасении града сего, а потом произнес речь, в которой говорил, что Пугачев — слуга Антихриста, дьявол во плоти, хищный волк, лютый враг державы Российской. Едва кончился крестный ход, как с одной из пугачевских батарей стали сыпаться на Кремль каленые ядра, при помощи которых Курч рассчитывал вызвать пожар. В самом деле— ядра заставляли загораться то одно, то другое здание, но горожанам удалось вовремя справиться с этой опасностью. В три часа ночи ударили общую тревогу: часовые со стен донесли о начавшемся в стане пугачевцев таинственном движении. Все войска были выведены из казарм и расположены на заранее назначенных местах в ожидании генерального штурма.
Прошло еще около часа, и генеральный штурм начался.
Было около четырех часов. На востоке край неба посерел, возвещая близость рассвета. Побледнели, потом сразу словно погасли бесчисленные огни костров на равнине. Разгорелась пушечная стрельба, опять долбя стену в разных местах. Артиллерия «анпиратора» словно нащупывала слабые места в кремлевских стенах.
Когда на небе загорелась алая полоска зари, казанцы увидели, что толпы пугачевцев идут на приступ двумя огромными колоннами; одна — к пробитым у Едигеровской башни и уже заваленным защитниками брешам, а другая — к тому участку стены, где до взятия Казани русскими находились Ордынские ворота, впоследствии заделанные. С самого начала осады пугачевская артиллерия словно не обращала внимания на этот участок укрепления, взятие которого казалось слишком затруднительным по местным условиям, поэтому, считая это место сравнительно безопасным, фон Брандт ограничился размещением там небольшого количества орудий. Охранялся же этот участок ротой пехотного полка и дружиной добровольцев и I казанских семинаристов.
Шприхворт и его неразлучный друг натур-философ Иилицов, проспав всего каких-нибудь три или четыре ill в начале ночи, к рассвету снова были на ногах и привлекаемые любопытством, добрались к бывшим Оршанским воротам до начала штурма.
– А наши — молодцы. Стараются! — одобрил Иван- IIIhi кучку
Пойдем, посмотрим с колокольни,— предложил Шприхворт.
На крыше храма уже разместились до пятидесяти лр\ г.циников, по большей части из великовозрастных семинаристов, которыми командовали старенький сер- | инт Измайловского полка Алипатов, казанский старой ил, известный охотник. Почти все собравшиеся Н"Д 'то начальством дружинники были заядлыми ниппелями ружейной охоты. Их вооружение состояло и | рн токалиберных охотничьих ружей. Сам Алипатов MMt I прекрасный английской работы дальнобойный • ирабин.
Пусть сунутся к нам сюда пугачики! — говорил Алипатов своему старому знакомцу Иванцову.— Мы " • • I рыши будем ошпаривать ловко. А на колокольне ц|""|п ссор Фолиантов с пушчонкой сидит. Применяет (чрапчию то ли Александра Македонского, то ли и in I Цезаря>.
Да ведь воители древности с огнестрельным ttpv лисм знакомы не были!—возразил Иванцов.
Артиллерия у них все же, говорят, была. А потом еще какой-то Димитрий-царь...
Отрепьев, что ли?
Нет, греческий царек какой-то. Полиокретом "I i n .чли. Так тот, говорят, лихо орудовал артилле- piii ii и л пушек тогда, конечно, не было...
Побывав на крыше церкви и на колокольне, побеседовав со средних лет латинистом Фолиантовым, которому пришла в голову мысль стащить на колокольню медную пушку, Иванцов и Шприхворт уже спускались на площадь, когда колоколенка задрожала и закачалась, словно пьяная. Грянул оглушительный взрыв, и тот участок кремлевской стены, перед которым стояла церковь, взлетел на воздух. Взрыв поднял вверх массу кирпичей, обломки старых бревен, человеческие тела и осыпал каменным градом Кремль. В стене образовалась огромная брешь. Пан Чеслав Курч сдержал свое слово: взрыв был произведен посланцами Пугачева, проникшими в Кремль вместе с искавшими там спасения горожанами. Мина была заложена Курчем несколько месяцев назад.
Едва стал разбиваться густой дым, поднявшийся над местом взрыва, как вторая колонна пугачевской орды ринулась к пролому.
Взрыв кремлевской стены расстроил весь порядок защиты. Многие орудия были сброшены со своих мест, каменный град причинил казанцам большой урон. Но главное, взрыв своей неожиданностью вызвал смятение среди защитников. Рота солдат, сильно пострадавшая при взрыве и потерявшая всех своих офицеров, рассыпалась по Кремлю, побросав оружие. Беглецы кричали, что пугачевцы ворвались в город и все пропало. И в самом деле первые нестройные вооруженные дубинами и вилами крестьяне втиснулись в пролом. В это время неожиданно для всех заговорила горластая медная пушчонка Фолиантова, осыпая мятежников картечью и производя в рядах нападающих страшное опустошение. В свою очередь и дружинники Алипато- ва, оправившись от первого испуга, пустили в ход ружья. Стреляли они недружно, без команды, но так как среди них было немало опытных охотников, то их пули не пропадали зря. Первые ворвавшиеся в пролом пугачевцы были истреблены почти поголовно. Нахлынула вторая толпа, но и ее постигла та же участь. Тем приищем фон Брандт лично подоспел к опасному мп iy, туда подвезли несколько пушек и под их при- | ры гнем стали заваливать брешь мешками с песком н фашинами.
Натур-философ Иванцов, увлеченный общим при- Mi рим, не слушая звавшего его к Кургановым доктора, •и Iалея на колокольне св. Алексея. Сначала он помо- а I доморощенным артиллеристам Фолиантова орудо- и ять пушкой, а потом, когда какой-то молоденький > шнарист, без толку суетившийся здесь же с ружьем был ранен и пополз с колокольни, Иванцов, подобран брошенное им тяжелое кремневое ружье и вспом- и и и дни своей молодости, когда сам он лихо охотился на полков, принялся посылать в видневшихся сквозь пролом пугачевцев пулю за пулей.