Птица счастья

Мейсон Конни

– Я ни о чем не знала, – прошипела Клэр, – и ты ничего не докажешь. Вы разрушили мою жизнь; настанет день, и я разрушу вашу. Подождите и сами убедитесь в этом.

Клэр резко повернулась и вылетела из комнаты. Шэннон застыла с иголкой в руке. Да, Клэр была убита горем, но не из-за того, что Гудмен оказался преступником. Стоит ли рассказывать об этом Молли и полковнику? Шэннон не станет этого делать. Они и без того очень расстроены последними событиями. А поскольку Гудмен за решеткой, Клэр ничего не сможет сделать.

На

следующее утро Шэннон и Блейд поженились в маленькой церкви форта. Среди тех, кто при этом присутствовал, были полковник и Молли Гриир. Клэр Гриир не пришла, но Шэннон не обратила на это внимания. Это был самый счастливый день в ее жизни. Блейд был в восторге от обворожительности Шэннон в розовом платье, подчеркивающем белизну ее кожи. Никогда он не думал, что женится на такой красавице. Метисы редко достигают таких высот. То, что Шэннон полюбила его, казалось чудом. Молодые обменялись клятвами, и Блейд пообещал себе сделать Шэннон счастливой.

А Шэннон считала Блейда самым красивым мужчиной на свете. Его внешность была несколько необычна, но гордые черты лица и могучее телосложение никого не оставляли равнодушным. В новом костюме он выглядел великолепно. Кроме того, Блейд подстриг волосы и совсем не напоминал необузданного дикаря-индейца.

Церемония прошла быстро. Грииры по очереди поздравили молодоженов и пожелали счастья. Затем состоялся обед, устроенный Молли Гриир, на котором опять отсутствовала Клэр. Потом Блейд погрузил пожитки в фургон, запряженный парой лошадей, привязал сзади Бойца, и они выехали из форта Ларами.

– Не хочу проводить нашу брачную ночь в доме Грииров или в вигваме, – сказал Блейд. – Это нечто особенное, поэтому я и предложил сразу уехать. Давай отпразднуем начало семейной жизни под звездами.

– Ничего не может быть лучше, – с радостью согласилась Шэннон.

Они медленно двигались в южном направлении. Казалось, один Блейд знает, куда лежит их путь. В сумерках фургон остановили возле живописного ручья, в небольшой тополиной роще.

– Как здесь чудесно, – вздохнула Шэннон и взглянула на небо, где уже появились первые звезды.

Блейд улыбнулся и помог ей спуститься на землю. На мгновение их тела соприкоснулись, но Блейд со вздохом отпустил ее.

– Скоро, Огненная Птичка, – пообещал он. – Ты пока разведи огонь, а я поймаю наш свадебный ужин.

Не успела Шэннон разжечь костер, как он вернулся с двумя крупными кроликами, ошкуренными и выпотрошенными. Вскоре над поляной разнесся восхитительный аромат жареного мяса. Шэннон достала домашние лепешки, и они принялись за еду. Хотя Шэннон была голодна, она не могла проглотить ни кусочка, чувствуя непонятное волнение: «Стоит ли так нервничать в брачную ночь! Ведь они уже столько раз были близки!»

– Ты разве не голодна, Огненная Птичка?

– Не очень.

– А я проголодался, но дело не в еде. Мы всегда сможем поесть позже. Идем, –

позвал он ее за собой, – ручей мелкий, и вода теплая.

Блейд достал полотенце и мыло.

– Ты собираешься купаться?

– И ты тоже, – многозначительно улыбался Блейд. Он положил мыло на траву, взял Шэннон за плечи, дрожащими руками расстегнул платье и спустил его с плеч, восхищенно глядя на обнаженную грудь. Нежно провел по ней кончиками пальцев.

– Какая у тебя нежная и белая кожа, – хрипло пробормотал Блейд. Его огромная ладонь казалась темным пятном на ее сияющем теле.

Шэннон подставила ему губы для поцелуя. Блейд впился в них с готовностью, затем покрыл поцелуями ее лицо, шею и плечи, спустился к соску и припал к нему, словно младенец. Шэннон издала слабый стон, побуждая к действию, и Блейд нетерпеливым движением стащил с нее платье и нижние юбки. Затем приподнял над ворохом одежды и перенес на густую сочную травку.

Нежный ветерок ласкал обнаженное тело девушки, шевелил волосы, слегка холодил грудь. Шэннон стояла перед Блейдом такая стройная, такая желанная, что он едва сдерживался, чтобы не овладеть ею прямо сейчас.

– Твоя одежда, – прошептала Шэннон, принимаясь расстегивать его рубашку.

Через несколько мгновений Блейд стоял перед ней во всей своей красе. Свет костра отбрасывал на его тело огненные блики, подчеркивая рельефные мышцы торса и ног. Восхитительное тело напоминало греческую статую, которую Шэннон когда-то видела в соседней усадьбе.

Блейд подхватил ее на руки и понес в воду. Вода действительно оказалась теплой и доходила Шэннон только до талии.

– Я забыл мыло, – вспомнил Блейд, бросился на берег и тут же вернулся. – Я вымою тебя первой.

Он намылил ее руки, затем спину. Его шершавые ладони возбуждающе скользили по ее чувствительной коже, чуть задерживаясь на грудях девушки, намыливая их и ополаскивая с дразнящей медлительностью. Шэннон ахнула, когда его рука исчезла под водой и скользнула по внутренней стороне ее бедра. Блейд страстно поцеловал ее, постанывая от вожделения. Неожиданно он убрал руку, что вызвало у Шэннон невольный протест.

– Не сейчас, любимая. Я еще не вымылся, – и вручил ей мыло.

Шэннон с удовольствием намыливала его великолепное тело, наслаждаясь каждым прикосновением к его упругим мускулам.

Они ехали не спеша и за три дня добрались до Шайенна. Каждую ночь они праздновали свою любовь под сияющими звездами, и Шэннон никогда в жизни не чувствовала себя более довольной и счастливой. «Если бы это длилось вечно», – мечтательно думала она. Ей хотелось растить детей в таком месте, где нет предрассудков, жить с Блейдом там, где о людях судят по их человеческим качествам, а не цвету кожи. Погруженная в сладкие грезы, Шэннон не заметила, как Блейд остановил фургон на пригорке, внизу которого простиралась долина.