Птица счастья
Шрифт:
Шэннон открыла от удивления рот:
– Ты нашел золото?
– Мы с Вэнсом облазили весь магазин и обнаружили его под полом. Вэнс спрятал золото у себя.
– Ты думаешь, сообщник придет в магазин?
– Я уверен в этом. Мы с Вэнсом по очереди дежурим, и магазин ни днем, ни ночью не остается без присмотра.
– Будь осторожен, Блейд. Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится.
– Не волнуйся, дорогая, я всегда осторожен. Сегодня ночью я приду к тебе, когда меня сменит Вэнс.
– Я не стану запирать дверь.
– Нет, это
– Не беспокойся. Когда бы ты ни пришел, я буду ждать.
Блейд опять поцеловал ее.
– Сегодня ночью, Огненная Птичка. А теперь иди домой и не доверяй никому, кроме меня, Вэнса и сержанта О’Брайена.
Шэннон шла домой, мечтая о том, как проведет несколько упоительных часов в объятиях Блейда. Сейчас она примет горячую ванну, потом...
– Шэннон! – Ее догнала Молли Гриир. Шэннон приветливо улыбнулась и остановилась.
– Дорогая, тебя совсем не видно. Неужели школа совсем не позволяет видеться с друзьями? Ты так давно не посещала наши собрания.
Многие знали, что Шэннон была увезена Клайвом Бейли, но не многие знали, куда и зачем. Благодаря стараниям Грииров сплетни о Шэннон прекращались мгновенно.
Полковнику Грииру доложили, что Клайв Бейли нелегально торговал оружием и пытался продать его Бешеному Волку, но то, что Вэнс и Блейд работают на правительство, он не знал.
– Вы должны простить меня, Молли. Я была так занята контрольными... потом все эти события, – сказала Шэннон. – Я постараюсь прийти на следующее собрание.
– Дорогая, мы же друзья и нет нужды смущаться произошедшим. Я все знаю и уверена, ты ни в чем не виновата. Никто не посмеет обидеть тебя в моем присутствии. Я настаиваю, чтобы ты пришла сегодня.
– Сегодня вечером? Я...
– О, пожалуйста, ты всегда так хорошо помогала нам. Я знаю, ты интересуешься законопроектом о голосовании женщин.
Шэннон никак не могла отказать ей, особенно после того как Молли проявила такую заботу и понимание. Кроме того, ее очень волновал вопрос о положении женщин в обществе. Женщина – основа цивилизации, и к ней нельзя относиться как к собственности того или иного мужчины.
Немного подумав, Шэннон решила, что поскольку Блейд придет поздно, она вполне может успеть сходить на собрание.
– Конечно, я приду, Молли. И... большое спасибо.
– Не за что, – быстро ответила Молли, прекрасно понимая, за что ее благодарят. – В семь тридцать, дорогая. Я пришлю за тобой сопровождающего.
– В этом нет необходимости.
Молли только улыбнулась и помахала ей рукой, давая понять, что все уже решено.
Шэннон с негодованием увидела у дверей лейтенанта Гудмена, которого добросердечная Молли прислала к ней. Как она презирала его за трусливое нападение на селение Желтого Пса!
– Добрый вечер, Шэннон, – приветствовал он ее, – вы готовы? Миссис Гриир попросила проводить вас на собрание.
– Я готова, – холодно ответила Шэннон. Она сняла с крючка на стене
Выйдя из дома, Шэннон сразу же пошла быстрым шагом.
– Счастлив видеть вас живой и невредимой после э-э-э... недавнего происшествия. Вы знаете, почему Бейли похитил вас? Он говорил?
– Мне не хочется обсуждать эту тему, – сухо сказала Шэннон. – Послушайте, лейтенант, почему бы нам не перестать притворяться?
Глаза Гудмена превратились в щелочки:
– Что вы имеете в виду?
– Вы мне не нравитесь, и вы это знаете.
Гудмен вздохнул:
– Я знаю, что вы переживаете из-за нападения на индейское селение, но краснокожие черти это заслужили. Никогда не думал, что вы так любите индейцев. Вам повезло – вы остались живы.
По спине Шэннон пробежал холодок. Или ей послышалось, или в словах Гудмена действительно таилась угроза? К счастью, они подошли к дому Грииров, и Шэннон быстро вошла внутрь.
– Я провожу вас домой, – крикнул ей вслед Гудмен.
На собрании Шэннон узнала, что Анна Дикинсон обещала приехать в Шайенн и выступить с лекцией в защиту прав женщин.
– Законопроект об избирательном праве женщин вызывает всевозможные споры и разногласия, – сказала Молли, обращаясь к собравшимся. – По правде говоря, в Вайоминге так мало женщин, что мужчины вообще сбрасывают нас со счетов, не учитывая наш вклад в политику.
– Наше влияние здесь, на Западе, во многом отличается от того, что было на Востоке, – подхватила ее мысль Керри Линкольн, жена молодого офицера. – Вы все помните, как там было. Скромные, покорные женщины, обученные изящным искусствам... Жена редко выходила за пределы семейного круга.
Все согласно закивали.
– На Западе женщина – опора семьи, – продолжала Керри, – мы работаем на полях рядом с нашими мужьями и имеем собственное мнение.
– Я уверена, что многие мужчины осознали – перемены в жизни женщины крайне необходимы, иначе поселенцы не смогут выжить на новых территориях, – опять вступила в разговор Молли.
– Да, – согласилась с ней Сара Хэнке, еще одна сторонница равноправия, – женщины создают на новых местах церкви, школы. Жаль, штаты не финансируют школы, только женские общества собирают деньги.
– Но в Вайоминге есть мужчины, которые против женской свободы, – заговорила Шэннон. – Они считают, что мы только навредим, и думают, что сразу развалится семья, так как женщины уйдут из дома и перестанут подчиняться законам.
Да, – подтвердила Молли, – но, к счастью, законодательная власть Вайоминга согласна с тем, что положительных моментов гораздо больше, чем недостатков, и запомните мои слова, леди, очень скоро мы все-таки будем голосовать.
Когда подошло время расходиться по домам, Клэр Гриир закатила скандал по поводу того, что лейтенант Гудмен сопровождал Шэннон на собрание. Конечно, Шэннон не хотела, чтобы ее провожали до дома, хотя Молли и пыталась навязать ей еще кого-нибудь. Шэннон твердо заявила, что дойдет одна.