Птица счастья

Стрейн Алекс

Неожиданно Мэг заметила взгляд Димитриса, и он ей совсем не понравился. Димитрис разглядывал ее, в то время как она совершенно забыла о контроле над своим лицом. Опасения Мэг тут же получили подтверждение.

— Хорошо, оставляю вас в покое, — насмешливо сказал Димитрис и, рассмеявшись, поднял руки, словно сдаваясь.

Мэг смутилась. Она вовсе не хотела показаться невежливой и уж тем более неблагодарной.

— Извините, — пробормотала она.

— Ничего. Теперь я понял, что вам просто нужен покой,

а не масса впечатлений.

Мэг не сдержала облегченного вздоха, и на этот раз ее робкая улыбка была совершенно искренней.

— Спасибо, вы правы.

— Не стоит постоянно благодарить меня или извиняться. Или вы просто привыкли к этому на работе?

— Отчасти. Нередко приходится усмирять клиентов, и делать это надо очень быстро. Иначе толпа измотанных ожиданием или просто недовольных чем-то людей поднимет бунт или растерзает всех младших менеджеров.

— Неужели дела так плохи? Кровожадная толпа, крайние меры. В какой авиакомпании вы работаете? Это так, на будущее, чтобы я был острожен в выборе авиаперевозчика.

— О, я всего лишь пошутила. А куда внезапно испарилось ваше чувство юмора? Никаких крайних мер, что бы вы под этим ни имели в виду, мы не применяем. Гораздо легче погасить гнев и недовольство вежливостью, чем пытаться переубедить или втолковать то, что люди не хотят воспринимать в силу дурного расположения духа.

— Очень интересная теория. — Он сложил руки на груди и продолжил откровенно изучать Мэг.

Но она даже не заметила этого, потому что его руки… Его руки были так странно сложены… в таком до боли знакомом жесте, что Мэг не могла отвести взгляд от этих смуглых кистей с длинными пальцами, завороженная и… испуганная.

Теперь она не сомневалась, что начинает сходить с ума. Из-за жары или воспоминаний — не важно, но с ней происходит что-то странное. Мэг с трудом оторвала взгляд от рук Димитриса и кончиками пальцев стерла испарину с висков.

— С вами действительно все в порядке, Мэг? Может, вам стоило остаться в постели хотя бы сегодня?

О господи, она опять забыла о контроле над чувствами и мимикой! Мэг подняла на Димитриса растерянный взгляд.

— Простите… Из-за этой жары я чувствую себя просто ужасно.

— Да, я это заметил. Вы побледнели. Я налью вам воды, — Он поднялся и направился к стене. Мэг недоверчиво смотрела ему вслед. А Димитрис отодвинул панель и небрежно пояснил: — Здесь почти по всему дому оборудованы холодильники. — Он вернулся, держа в руке стакан с водой, в котором позвякивали кусочки льда, и подал ей. — Выпейте, вам станет легче.

Мэг тут же сделала внушительный глоток, едва не поперхнувшись от спешки. Ее зубы клацнули о край стакана, а потом резко заныли от слишком холодной воды.

— Лучше?

Она кивнула.

— Все только и делают, что справляются о моем здоровье:

вы, Мария, Елена. И из-за этого я чувствую себя еще ужаснее. Не нужно делать из легкого недомогания трагедию. И прошу прощения за все, что вам пришлось пережить по моей вине. Я оказалась не слишком приятной гостьей.

— Только не надо интерпретировать мои слова так, словно я жажду вашего отъезда.

— А это не так? — забыв про осторожность, спросила Мэг.

Димитрис усмехнулся.

— Поверьте мне, Мэг, вы вовсе не обременительная гостья, что бы вы об этом ни думали.

Мэг с большим трудом удалось изобразить вежливое удивление — он мгновенно все понял и сделал правильные выводы. Неужели прочитал по ее лицу или просто обладает дьявольской проницательностью? Если так, то она должна быть вдвойне… нет, втройне осторожна.

— Димитрис, вы вернулись?.. А я уже отчаялась увидеть вас сегодня! — услышала Мэг за спиной бодрый голос Дорис. — Как твои дела, Мэг?

— Замечательно.

— Я приехал менее часа назад, — пояснил Димитрис, скользя по Дорис взглядом сверху вниз. Дорис появилась в чем-то полупрозрачно-кисейном и развевающемся. Платье — если это было платье! — напоминало скорее рыбачью сеть и то там, то сям просвечивало идеальное загорелое тело Дорис. — И в этом вы были на экскурсии? — лениво поинтересовался он.

— Я рада, что вам понравилось, — проворковала Дорис, сверкнув ослепительной улыбкой.

Димитрис рассмеялся. Поощренная таким образом, Дорис осмелилась продвинуться дальше. Она прильнула к Димитрису, положив свою изящную ручку на сгиб его локтя.

— Хочу признаться вам по секрету: я просто обожаю экстравагантные вещи…

Дорис была абсолютно уверена в эффекте, который она и ее экстравагантный наряд производили на мужчин. Что ж, она была абсолютно права: любой представитель сильного пола не мог не заинтересоваться этим чудом портновского искусства! Или тем, что находилось под ним!

— Здравствуй, кузен. Привет, Мэг. Мария сказала, что ужин будет готов только через час! — провозгласила Елена, появляясь в гостиной. — Дорис, не хочешь пока поплавать?

— Да, пожалуй. Это сняло бы излишнее напряжение. Как ни здорово мы провели время, а целый день на ногах дался нам нелегко. Пойду переоденусь. Елена, ты идешь?

Димитрис проводил взглядом уходивших девушек, и у Мэг невольно перехватило дыхание. Во рту стало сухо и горько.

— Мэг, простите мне мою настойчивость и этот вопрос, но мне кажется, что вы слишком странно относитесь ко мне. — Его голос звучал немного резко, а акцент стал гораздо сильнее. — Вы то словно беспричинно пугаетесь, то начинаете пристально разглядывать меня… Мне бы не хотелось строить догадки, и я очень не люблю недомолвок и недосказанности. Я вам неприятен?