Псы войны

Стрельцов Иван Захарович

Прочитав радиограмму, Алик скомкал ее и сунул в нарукавный карман комбинезона. С сожалением посмотрел на труп Ванина, накрытый маскировочной плащ-палаткой. Рядом лежал труп наемника, его изрешеченное тело завернули в плащ-палатку.

Алик приказал двум боевикам из своей команды взять этот сверток. Потом обратился к Сене Кулину:

— Поднимай своих людей, уходим.

Глава 21

Ночь опустилась на тайгу, крутобокий диск луны едва выглядывал

из-за верхушек деревьев. Звезды зажигались на черно-смоляном небосклоне. Выбравшись из пещеры, Олег Донцов пошел сменить Лаптева, который уже несколько часов сидел в дозоре.

Как только Олег приблизился к зарослям, оттуда бесшумно выбрался Лопата. Протягивая единственный на всех «узи», пулеметчик спросил:

— Как Каскадер?

— Все еще без сознания, — ответил Донцов, вешая автомат на плечо.

Из-за болота донесся шум разбуженной птицы. Оба наемника насторожились, но шум больше не повторялся. Олег раздвинул упругие стебли тростника и скрылся в них, Лаптев направился в пещеру.

Отодвинув висевшую на входе плащ-палатку, он проник внутрь.

Недалеко от входа горел костер. Возле костра, опершись на стену, сидел Улнис. Он то и дело подбрасывал в огонь пучки сухой травы и тростника, пожираемые пламенем костра. Тростник хрустел, как пересушенные сухари. Поджав под себя ноги, Родион сел возле Улниса.

— Где Михеич? — спросил он о проводнике.

Владис, указав в глубь пещеры, откуда из темноты доносились тихие стоны Шлосова, сказал:

— Меняет компрессы для Кольцова.

— Как он там, выживет?

— Должен, — без особого энтузиазма ответил Улнис. Достав из кармана окурок сигареты, он прикурил от горящего тростникового стебля, выпустив клуб дыма. — На нем ни одной царапины, а уже четыре часа не приходит в сознание. По-видимому, его хорошо контузило. Но Каскадер крепкий парень, очухается.

Владис откуда-то из-за спины извлек начатую пачку галет, открытую банку с паштетом и термос. Протянул Родиону:

— Подкрепись, это твоя доля.

Налив из термоса в пластиковый стаканчик горячего кофе, Лаптев сказал:

— Даже когда Кольцов придет в себя, он не сможет одолеть путь, что нам предстоит.

— Не пойму, на что ты намекаешь? — зло сверкнув глазами, проговорил Улнис.

— А я не намекаю, — ответил Родион. — Я прямо говорю, что нам четверым не переправить через горы двух раненых.

— Так что, нам их нужно?.. — Владис провел ребром ладони по горлу. — Может, просто оставим их здесь, сами помрут, а?

— Я этого не говорил.

— А что ты говорил?

— Я имел в виду совсем другое, — отхлебнув кофе, ответил Лаптев.

— Что ты имел в виду? — не унимался Викинг.

— Ты идиот, — наконец взорвался Лопата. — Как ты себе представляешь: нести раненых, когда нас постоянно будут преследовать авиация и боевики мафии. Что мы сможем им противопоставить?

—

Что? — переспросил Улнис, он был не силен в логических рассуждениях, и запутать его не составляло большого труда.

— Чтобы спокойно перейти через горы, нам нужно только одно: лишить боевиков мобильности, — проговорил Лаптев, принимаясь за галеты с паштетом.

— Ты хочешь сказать… — До Владиса вдруг дошла идея товарища. Вскочив с места, он бросился к рюкзаку Кольцова, достал оттуда карту и расстелил ее возле костра перед Лаптевым. — Если я тебя правильно понял, ты решил наведаться в «столицу» этого наркотического королевства, на базу «Дозор», именно там находятся все вертолеты.

— Ты прямо читаешь мои мысли, — усмехнулся Лаптев.

— Да, но есть проблемы.

— Какие?

— Во-первых, пойти на это дело мы сможем только вдвоем, а этого недостаточно. Во-вторых, у нас нет оружия. Вообще нет.

Откуда-то из комбинезона Лаптев достал золотой портсигар. Открыв его, вынул дорогую темно-коричневую сигару, щелкнул вмонтированной в портсигар зажигалкой, раскурил ее. Выпустив в лицо Улниса клуб сизого ароматизированного дыма, он заговорил:

— В последнее время вы, друг мой, стали слишком осторожны, это, наверное, первый признак приближающейся старости.

— Пошел к черту, — выругался латыш.

— Из оружия у нас есть «узи», две магнитные мины, кроме того, ножи и пистолеты, которыми мы еще не разучились пользоваться. Дополнительное вооружение сможем одолжить на «Дозоре» у часовых. А насчет людей — зачем тебе много людей? Вдвоем мы сможем действовать более слаженно и незаметно, чем если бы это была наша команда в первоначальном составе.

Улнис смотрел на Лаптева, сидящего по-мусульмански перед костром, с зажатым в зубах окурком сигары и так спокойно говорящего о предстоящей операции, где шансы выжить равны нулю. И вспоминал другого Лаптева, в дорогом костюме, на шикарной машине, рассуждающего о коммерческой стороне наемничества. Это были совершенно разные люди.

— Черт тебя знает, Лопата, что ты за человек, чем хуже — тем лучше, и наоборот, — с раздражением сплюнул на землю Улнис.

— Ладно, ладно, — успокоил друга Лаптев. — Вместо того чтобы плеваться, позови-ка Тафулина. Пора бы этому господину ревизору познакомить нас с дизайном базы «Дозор».

— Щас сделаем, — вставая, сказал Владис.

Беседа с Ренатом Тафулиным длилась два часа, бывший эмиссар Логинова изложил все, что знал об охране, сигнализации, минных полях и взлетно-посадочной полосе. Он рассказал все, правда, большая часть относилась к устройству командного бункера.

Слушая Тафулина, Владис сквозь зубы процедил:

— Будь нас побольше, можно было бы заняться и этим бункером.

— Бункер нам ни к чему, — безразлично ответил Лаптев.