Псы войны

Стрельцов Иван Захарович

Переработанный из опия героин возвращался тем же путем во Владивосток. Там его фасовали и закатывали в банки с этикеткой «Икра лососевая». Бизнес расцветал, принося десятки тысяч долларов прибыли в «черную казну» концерна.

Прибыль от товарооборота наркотиков заставила отвлечься от добычи золота. То немногое, что добывали прииски под руководством Кима Ли, Шаблины отправляли в Москву без переплавки, сдавая практически по бросовым ценам. Так они впервые попали в поле зрения Александра Логинова.

Во второй раз президенту концерна «Свой путь»

пришлось столкнуться с Шаблиными во Владивостоке, когда через подставных лиц он приобретал деревообрабатывающий комбинат. «Комсомольцы» имели большую армию боевиков, где, кроме обычных «быков», было несколько «зондеркоманд», состоящих из бывших десантников, морских пехотинцев и спецназовцев. Они были хорошо вооружены, благодаря им «комсомольцы» главенствовали над всеми группировками в городе, снимая проценты с любой сделки в пределах Владивостока.

Положенную мзду выплатил и Логинов, по-прежнему собирая информацию о «Шаблин-Даль».

Последний раз Александр Васильевич столкнулся с «комсомольцами» в Лос-Анджелесе, когда полиция на одном из складов в порту нашла большую партию наркотиков, идущих транзитом из Мексики во Владивосток. Полиция и ФБР искали героин, предназначенный для Штатов, но так как герметично запечатанный в консервные банки героин обнаружить нельзя, ищейки нашли кокаин.

Через несколько дней в кабинет к Логинову вошел его советник, бывший полковник КГБ, аналитик ЦК КПСС Махмуд Джасанов, и показал отчет ФБР в конгрессе США. Там было написано черным по белому, что со стороны российского Дальнего Востока огромным валовым потоком идут поставки героина и необходимо не только усилить борьбу ФБР, но и объединить ее с ФСК, а также привлечь Интерпол и спецслужбы данного региона.

Это было уже слишком. «Отморозки» Шаблины настроили против себя всех. Ответная реакция спецслужб могла не только уничтожить их самих, но и вскрыть теневую сторону бизнеса корпорации «Свой путь». Необходимо было предпринять контрмеры. Но устраивать большую войну на отшибе не хотелось, так же как и сворачивать там свои дела. Поэтому Александр Васильевич выбрал третий вариант. Через неделю во Владивосток приехали отдельно друг от друга несколько групп. Еще через неделю эти группы нанесли одновременный удар. Были похищены «черная касса» и семьи всех четырех братьев. После этого в центральный офис «Шаблин-Даль» приехал Давид Гольберг, который сообщил, что и касса, и семьи в надежном месте. Затем, спокойно глядя в налитые кровью глаза Анатолия Васильевича, добавил:

— Если со мной что-то произойдет, то уже через десять минут будут арестованы ваши счета не только в наших банках, но и в Гонконге, и в Сингапуре, и даже в Цюрихе. — Гольберг на память назвал номера этих счетов. — Да, — как бы невзначай сказал он напоследок, — уже к обеду ФСК и МВД получат досье с фотографиями и адресами всех ваших боевиков. «Зондеркоманды» туда тоже входят.

— Что вы хотите? — совладав с собой, наконец спросил старший Шаблин.

— Вам и вашим братьям, то есть всем четверым, нужно вылететь в Москву

на переговоры с одним очень влиятельным человеком.

— Нас там ликвидируют? — задумчиво спросил Анатолий.

— Ну что вы, это можно было бы сделать и здесь. Нет, речь пойдет о взаимовыгодном сотрудничестве.

Через сутки на неприметной даче в Переделкине состоялось совещание. С одной стороны были четыре брата Шаблины, с другой — Александр Васильевич Логинов, его советник Махмуд Джасанов и юрисконсульт Давид Гольберг.

Чтобы не устраивать «базара» из обоюдных обвинений, Логинов сразу посвятил братьев в отчет ФБР. Потом сказал:

— Необходимо, чтобы «Шаблин-Даль» прекратило героиновое наступление на Америку. Я понимаю ваше недовольство и хочу сделать несколько предложений. Выгодных предложений. Первое: мы возвращаем вам вашу «черную кассу» и, более того, выплачиваем еще пять миллионов долларов наличными за приобретение лаборатории и приисков. Но это еще не все. Вы по-прежнему будете доставлять опиум в Комсомольск, получая при этом тридцать процентов от реализации героина. Чтобы не было вопросов, поясню сразу: героин мы будем экспортировать не на Восток в США, а, наоборот, на Запад. И это еще не все. Мы имеем контракт на строительство большого фешенебельного поселка в Подмосковье с дальнейшей продажей. Этот контракт мы бесплатно передадим вашей строительной компании и обеспечим ей поддержку на всех уровнях.

Пожалуй, самым замечательным было последнее предложение. Москва для периферийных мафиози была чем-то далеким и несбыточным. Здесь было собрано все: Кремль, правительство, банки, посольства. Любой авторитет, сидя у себя в глубинке, хоть раз в жизни, но думал: «Вот бы мне в Москву, я бы там развернулся», — и эмоции затмили для братьев главное: отдавая им контракт, Логинов брал в заложники того из братьев, кто будет руководить фирмой; залогом становились и деньги, что будут вложены в строительство.

— Вы хотите еще что-то, кроме приисков и лаборатории? — спросил на правах старшего Анатолий.

— Если можно, оставьте нам обслуживающий персонал вашего подпольного филиала, — сразу ответил Логинов, он как будто ждал этого вопроса, — а то нам придется везти из Москвы целый батальон. И еще: хотелось бы, чтобы вы оказали помощь нашему представителю в Приморье.

— С удовольствием будем сотрудничать, — пообещал Шаблин-старший…

Навстречу Логинову вышел старший брат, Анатолий Шаблин. Протягивая обе руки, приветствовал его:

— Добрый день, Александр Васильевич, мы счастливы, что вы посетили нас.

Пропустив мимо ушей этот традиционный треп, Логинов сказал:

— Я приехал, Анатолий, по очень важному делу, чрезвычайно важному.

Указав рукой на распахнутую дверь, хозяин пригласил гостей внутрь. Они вошли в огромную комнату, пышно обставленную. Шаблин повернулся к Логинову:

— У нас принято после дальней дороги поить гостей чаем…

— Не до чая нам сейчас, — резко оборвал его тот. — Слишком важное дело.