ПСС
Шрифт:
Отныне в глубокой заднице.
Его в любой миг Дантесы
В штатском возьмут и прихлопнут
Или в „Билингве“ повесят
Вместо поэта жопу.
Что-ли, зря в переулках гетто
Рос он голодным мальчиком?
Что — ли, зря писал столько лет он
Фразы на перфокарточках?
Понятно, начальство делает
Ставку на нефть и газ
И никакого дела нет
Им до составителей фраз.
Да
Читал другие, как скажет Булгаков
Но, по моему, только последний нахал
Может вместо поэта повесить сраку.
Я скажу с точки зрения вечности
Пред которой мы все холопы
Нет, не будет счастья в отечестве
Где сменяли поэта на жопу!
Мечтал для духовного пира
Найти удачное место
А здесь жопа вместо Кибирова
И жопа вместо Гандлевского.
Здесь лев и ягненок сидели рядом
И пили паленую водку,
А Лев Рубинштейн смотрел добрым взглядом
И улыбался в бородку.
Здесь проходили по слему турниры
Здесь читали умные лекции
Здесь кружки бил писатель Багиров
Об бошки московской интеллигенции.
(Внизу в зале раздается шум, грохот опрокидываемых стульев, звон бьющегося стекла, женский визг, крики: Убил! Убил! Мужчины разнимите их! Охрана, где охрана! Вызовите милицию!).
Здесь люди лицезрели своих кумиров
Здесь проводились концерты и выставки
Здесь жопу показывал М.Немиров
Знакомый с художниками и галеристами.
(внизу в зале раздается шум, крики: Он с ума сошел! Держите его, держите! По лестнице побежал! Да, в трусах! Охрана, где охрана! Вызовите милицию!).
Здесь страшный Тесак прокричал что-то грубое
Даже сердце у многих замерло
И попал на картину художника Врубеля.
А потом и на нары в тюремную камеру.
(внизу в зале раздается шум, крики Зиг хайль! Это скинхед! Сюда пришли скинхеды! Охрана! Вызовите милицию!)
Сидит он теперь и не видно просвета
Портрет обладает мистической силой.
Как писал А. Ф. Лосев, где-то
„Портрет он есть знак и образ и символ“.
Восплачем друзья аутсайдеры
Поздно писать куплеты
Наплевали дизайнеры
Прямо в (жопу) душу поэтам.
По что Рубинштейна топчите?
Ведь он наш последний классик
Ведь он, типа, совесть общества
В какой-то его ипостаси.
Эй, поднимайтесь, сволочи
Преградим дорогу потопу
Восстановим портрет Льва Семеныча.
А жопу засунем в жопу.
(повисает напряженная тишина, Политтехнолог разливает
Радикал.
Что ж пожалуй налей
Я только не разумею
Откуда столько соплей
В честь одного еврея.
(выпивают виски)
Политтехнолог.
Антисемитский бред
(обращаясь к поэту)
А сам ты кто, интересно?
Поэт.
Я вообще-то поэт
Причем довольно известный.
Радикал.
Да у меня сейчас
Съедут остатки крыши
Живой поэт среди нас
И о чем же ты пишешь?
Поэт.
Пишу я свободный стих
По французски — верлибр.
Радикал.
Мужик ты должен быть тих
Если и вправду пидар.
Что — то я не пойму
Что такое и кто ты
Ясно теперь почему
Тебе всюду видятся жопы.
(разливает виски политтехнолога. все выпивают. виски кончается)
Политтехнолог.
Слушай, мужик заткнись
Ты радикал, как понял я
Но нам не нужен фашизм.
Не нужна гомофобия.
Важнейший момент настает
Давайте все дружно встанем
Мы ведь один народ
Мы ведь все россияне.
Против вражеской сволочи
За руки друг- друга держа
Все встанем от Абрамовича
До бомжа.
Не гоже в такой момент
Прятаться по углам.
Есть у нас президент.
Есть у нас Дима Билан.
Как никогда высок
Спрос на природный газ
И батальон „Восток“
Держит в руках Кавказ…
(подходит официантка монголоидной внешности, приносит Поэту водку и соления.
Разливают, чокаются, выпивают).
Радикал.
Нам не надо ничьей
Принимать стороны
Нам разборки хачей
Тыщу лет не нужны.
Пусть друг-друга Кавказ
Режет на горных тропах
Станет меньше у нас
На Москве черножопых.
Ишь ты умный какой
Ну погоди дай срок
Встанет еще на Тверской
Твой батальон „Восток“.
С важной мордой сидит