Психосфера
Шрифт:
— Да, да, я согласен с большей частью. Но Стоун, работающий на Мафию — пожалуй, это немного чересчур.
— Неужели вы думаете, что МИ-6 честнее, чем ваша собственная команда? — Губва рассмеялся. — Ну, может быть, так и есть, но у них тоже найдётся грязное бельё, уверяю вас. Послушайте, как это звучит: тело Стоуна будет найдено в реке, с цементным грузом, и там будет достаточно улик, указывающих на попытку Мафии окончательно спрятать концы в воду. Поскольку вы будете заранее всё знать, ваше отделение окажется на высоте. Вы сами будете руководить расследованием. Самые основы МИ-6 пошатнутся. Ну, как это звучит?
Снова
— Это звучит… здорово. И когда же всё это произойдёт?
— Это уже происходит.
— Сейчас? Но ты же говорил, что потребуется шесть недель!
— Я сказал, что не более шести недель. Я недооценил себя, вот и всё. Всё получилось само собой, быстро — и без осложнений. Вечером Гаррисон должен быть уже мертв, а завтра, как только рассветёт, вы будете знать, где начать искать тело Стоуна.
— Иисусе! — голос сэра Гарри перешёл в шипение. — Значит, у меня полно дел, а времени мало.
— Тогда давайте перестанем тратить время зря, — парировал Губва. — Я тоже очень занят, знаете ли.
— Согласен, только давай уладим кое-что. Важно, чтобы я узнал о смерти Гаррисона в ту же минуту. Я не могу начать действовать раньше, чем узнаю точно, но мне нужно будет выехать как можно быстрее. С этим будут какие-то проблемы?
— Никаких. Вы будете знать, что Гаррисон мёртв, через минуту после того, как я сам это узнаю. Это вас устроит?
— Да, вполне. Но, Харон?
— Да?
— Я отдал бы свою правую руку, чтобы знать, как тебе удалось всё это провернуть.
— О, я уверен, вы бы отдали, — Губва снова засмеялся. — Но это секрет!
Кладя телефонную трубку на место, Губва испытал соблазн прочитать разум сэра Гарри. Он решил этого не делать. Сейчас его мысли, должно быть, в хаосе; он мало что получит. Искушение появилось просто потому, что он почувствовал какое-то смутное подозрение в глубинах собственного разума, словно плохой вкус на задней стенке глотки. Сэр Гарри был, всегда был, наблюдательным человеком. Но Губва устал, и было ещё много дел. Лучше поберечь свои способности, держать их в резерве на случай в самом ближайшем будущем, когда их использование может оказаться важным.
Это было третьей ошибкой Харона Губвы и, наверное, самой большой. Первая была, когда он вообще заинтересовался Гаррисоном. Второй было причинение вреда, в любой форме, Вики Малер. Но эта? Небрежность к своему инстинктивному предчувствию в отношении ближайших намерений сэра Гарри… была началом конца.
На другом конце уже разорванной линии мысли сэра Гарри были отнюдь не хаотичными. Они были кристально ясными, какими бывали редко уже долгие годы. Губва предложил ему убить двух зайцев, но он целился ещё и в третьего.
Первым был Гаррисон, потому что на него уже был заключён контракт. Вторым — Лондонская Мафия, потому что, раздавив её, он прославится, и его положение ещё больше укрепится. А третьим был сам Харон Губва. Отчасти потому, что был заряженным пистолетом возле головы сэра Гарри — но в основном ради забавы…
Глава 18
Джонни Фонг выследил чёрный седан примерно в то же время, когда Рамон де Медичи, Толстяк Фаселло и Тони Мурелли пришли к выводу, что Гаррисон действительно прячется на многоэтажной парковке. Их маячок показывал, что
Китаец припарковался в переулке неподалёку, вышел из машины и наблюдал за происходящим с безопасного расстояния. Впрочем, он постоянно держался вне поля зрения, как приказал Губва, поэтому истинную суть дела уловил несколько расплывчато. Вот, что произошло на самом деле.
Медичи подъехал и остановился на дороге напротив входа на автостоянку, но фактически не заезжая на въезд. В результате он заблокировал и въездную, и выездную полосы. Затем Мурелли и Фаселло выбрались из машины, нырнули под шлагбаум и пошли к будке. Де Медичи наблюдал с водительского сиденья автомобиля. Фаселло и упитанный парковщик, сидящий своей будке, обменялись несколькими словами. Некоторое время последний, судя по всему, возмущался, он размахивал руками и немного покраснел, но сразу утихомирился, когда Фаселло зашёл к нему в кабинку. После чего Мурелли обернулся, показал Медичи поднятый большой палец, и зашёл на пандус с пистолетом наготове. Гаррисон словно сделал им одолжение — они и сами не смогли бы выбрать лучшего места для нападения!
Машина Гаррисона/Кениха была припаркована четырьмя этажами выше, почти прямо над входом. Он допил кофе и съел бутерброды почти час назад. Пора было двигаться дальше. Вот только… что-то было неладно.
Слишком уж тихо, и Сюзи странно нервничает на своём месте в задней части автомобиля.
Звуки транспорта внизу были по-прежнему слышны, но стали какими-то приглушёнными. Чайки кружили над круглым Эдинбургским замком, морской бриз доносил их жалобные крики. Прекрасный день — но часть его личности, Кених, думал свои плохие мысли, и беспокойство Сюзи тоже должно было иметь смысл.
На крепостном валу замка выстрелили из Часовой Пушки.
Гаррисон/Кених закрутил головой, внимательно осматриваясь, его ум омывала психическая осведомлённость. В зеркале заднего вида «Мерседеса» что-то промелькнуло. Тони Мурелли появился на въездной рампе, пригнувшись, водя перед собой пистолетом, вглядываясь в пыльную дымку парковки. Яркий солнечный свет снаружи и сумрак внутри. Глаза Мурелли ещё не совсем привыкли.
Затем он увидел «Мерседес»; передние дверцы были открыты, напоминая смешные оттопыренные уши. Подбежав ближе, Мурелли обнаружил на переднем пассажирском сиденье термос, ещё горячий. Рядом с ним лежали пустые обёртки от сэндвичей. Мурелли усмехнулся. «Отлично, Гаррисон, детка, — подумал он. Расслабься. Сделай перерыв».
Мурелли был уже практически позади автомобиля, подкрадываясь слева. Теперь он видел, что водитель откинулся на спинку сиденья, полулёжа. Его улыбка становилась шире и шире. Он выпрямился, быстро, в три шага, покрыл оставшееся расстояние, обхватил запястье руки с пистолетом свободной рукой и сунул обе руки в машину. Его палец начал было нажимать на спусковой крючок, но в следующую секунду улыбка сползла с его лица.
Гаррисон/Кених вышел из-за массивной квадратной бетонной опоры и пнул дверцу машины, прищемив Мурелли оба запястья. В то же самое время Сюзи зарычала, бросилась вперёд из задней части автомобиля и вцепилась в держащие пистолет руки. Её беспощадные клыки сомкнулись, прокусив кости правого запястья.