Психопат
Шрифт:
Когда перед машиной мелькнул рослый, располневший парень, сердце Иммордино екнуло. Ему показалось, что это сын Бартоло. Убедившись в ошибке, он вытер лоб рукавом. Черт возьми.
Чарльз снова издал нарочито долгий вздох.
Сол свирепо глянул на него. Знает, что все делается к его же выгоде, но ведет себя по-детски, сегодня вечером они ничего не успеют, а времени в обрез. Чарльз подпер кулаком подбородок и опять вздохнул, уныло и громко. Больше сдерживаться Сол не мог. Негритос не понимает, что дело это касается его жизни. Надо поговорить с ним начистоту.
– Что
– Со мной ничего.
Негритос по-прежнему не смотрел на Сола.
Иммордино закусил нижнюю губу.
– Скажи, Чарльз. Я же вижу, ты чем-то недоволен.
Продолжая глядеть в окошко, Чарльз молча пожал плечами. Унылый синий негр. Замечательно. Как раз то, что сейчас нужно.
Сол уставился через лобовое стекло на дверь спортзала. Этот ублюдок знает больше, чем говорит. Раз ему известно, что Мисс Накачивайся сейчас ведет занятия, значит, он должен знать еще кое-что. Вдруг она всегда уходит оттуда через заднюю дверь, а Чарльз назло ему утаивает эту маленькую подробность? Что тогда? Тогда они упустят ее, вот что. Сол глянул на синее лицо Чарльза. Может, он уже знает, где находится Тоцци. Может, проследил Мисс Накачивайся до его нынешнего жилья. Чарльз держится за него, держится ради денег. Но даже не знает, как попросить то, что ему нужно, тупой болван. Потому и ведет себя так по-дурацки. Сол, со-щурясь, поглядел на дверь спортзала. Сукин сын! Опять он упустит Тоцци.
– Чарльз, ты знаешь, где находится Тоцци?
Негр равнодушно пожал плечами:
– Не знаю.
Сол взглянул на часы:
– Если знаешь и скрываешь от меня, то потом пожалеешь.
Чарльз обернулся к заднему сиденью и уставился на Сола. В синем свете глаза его ярко блестели.
– Вот как? И что же ты со мной сделаешь?
Сол коснулся пистолета за поясом:
– Воткну эту штуку тебе в задницу и поставлю свинцовую клизму. Как тебе это понравится?
– Не грози. Ты не застрелишь меня на этой улице. Фараоны тут же схватят тебя как миленького и упрячут в кутузку.
А чем это кончится, сам знаешь. Ты псих. Должен находиться в психушке. И если возьмут тебя здесь, тебе конец.
Пальцы Сола окоченели. Этот ублюдок прав. Попадись он за стенами психушки, ему конец. Тем более если Тоцци останется жив и даст против него показания. Наркоманы-охранники определенно развяжут языки, скажут, что выпускали его за порцию зелья. Без Чарльза не обойтись. Черт.
– Ну так чего же ты хочешь, Чарльз? Чем я могу тебя осчастливить?
Чарльз невесело хохотнул:
– Осчастливить? Тебе плевать на меня. Я раб. Ты только диктуешь мне, что делать. Выкинуть бы тебя сейчас из машины. Что тогда предпримешь? Поедешь поездом в больницу проситься обратно? Нет. Чтобы вернуться туда, тебе нужен я.
– Слушай, Чарльз, кончай эти...
– Утром тебя хватятся. А потом сам знаешь, что будет. На поиски бросятся и полиция, и ФБР. Тебе придется прятаться, как собаке. И поделом. Потому что общаешься со мной, как с собакой.
Сол глянул в сторону спортзала. Оттуда
У Сола свело желудок.
– Чарльз, чего ты хочешь, черт возьми? Ну, говори же.
Негр ударил кулаком по рулевому колесу:
– Что я имею от всего этого? Одни обещания. Я говорю, что мне нужны деньги, ты говоришь – подожди. Это все чушь. Откуда я знаю, что, убив Тоцци и Джуси, ты не убьешь и меня? А? Скажи. Откуда?
– Кончай, Чарльз. Не мели ерунды.
– Хочешь знать, что мне нужно? – Чарльз подскочил на скрипучем сиденье и повернулся к Солу всем торсом. – Действительно хочешь? Мне нужна гарантия.
– Что-что?
– Гарантия. Денег ты мне не даешь. Ничего не даешь, кроме поручений. Вот я и хочу иметь гарантию, что, когда все будет сделано, ты меня не надуешь.
Сол чуть не расхохотался. Негритос явно спятил.
– Ладно, Чарльз, какой разговор. Составь бумагу, я подпишу.
Сол непрерывно поглядывал на дверь спортзала, дожидаясь, когда эта блондинка с гривой кудрявых волос выйдет оттуда.
– Никаких бумаг. Прими меня в семью.
– Что? – Сол не слушал.
– Перестань смотреть туда и гляди на меня. Ты спросил, чего я хочу. Вот чего. Хочу, чтобы ты принял меня в семью. Хочу стать полноправным членом мафии.
Сол изумленно уставился на него. Он не верил своим ушам. Принять в семью Чарльза? Это что, шутка? Черномазых в мафии нет. Никогда не было и не будет. Немыслимо.
– Я сказал, перестань высматривать эту девку и гляди на меня. Не беспокойся о ней. Беспокойся обо мне. Я хочу стать членом мафии. Принимай меня или иди куда хочешь.
Сол крепко сжал кулаки, грудь его вздымалась. Он готов был пустить в ход пистолет. От гнева он забыл об осторожности. Как смеет этот негритос так разговаривать с ним?
– Примешь или нет? Отвечай.
Сол поглядел в сторону спортзала, но Чарльз схватил его за лицо и повернул к себе:
– Примешь или нет? Я должен знать.
Сол откинулся на спинку сиденья. Рука его лежала на пистолете. Он был готов всадить этому ублюдку пулю в сердце и бросить здесь... Да, но как потом вернуться обратно в психушку? Кто заставит этих наркоманов впустить его? Черт!
– Вон она, Сол. Смотри.
Чарльз самодовольно улыбался. Теперь он был сущей образиной.
Сол сразу же узнал Стэси. Знакомые волосы, знакомые ноги. Хлопчатобумажная куртка, мини-юбка, черные чулки.
– Заводи машину. Быстрей. Хватит дурачиться. Я не хочу терять ее из виду.
– Сперва прими меня. – Чарльз вытащил ключ зажигания и опустил стекло своей дверцы. – Я брошу его в сточную решетку. Клянусь.
Стэси зашагала по улице.
– Заводи машину, Чарльз. Она сядет в такси, и мы ее потеряем.
В желудке у Сола словно ворочался удав.
– Такси она не возьмет. Смотри.