Псарь

Негатин Игорь

— И что бывает после этого?

— Как ты понимаешь, Серж, те кто пьёт эту кровь, это не самые добрые люди нашего мира. Они живут в подлости и лжи. Высвобождая истинную сущность, они превращаются в нечисть. И приносят людям ещё больше страданий и горя.

— Что это за нечисть? — спросил я.

— Это оборотни и вампиры… Их много. Они многолики в своих образах и пороках.

— Они становятся бессмертными?

— Это и есть их главное желание. Ведь всё остальное у них уже есть.

— Их можно убить?

— Против

серебра нечисть бессильна.

— Конечно, — кивнул я. — А что бывает потом?

— Когда этих тварей становится слишком много, то мир окутывает мгла. Она незрима, но высасывает из людей жизнь, как наши коварные северные туманы. Наступает эра беззакония и мерзости. Брат идёт против брата. Отцы продают маленьких дочерей в рабство. Сын может предать родителей, а мать отказаться от младенца. И вот тогда, как говорится в преданиях, по ночному небу пролетает огненный дракон. Он видит, что происходит с миром. И посылает вас…

— Нас…

— Приходят Рыцари Черных Псов. И люди в страхе разбегаются, услышав перестук копыт чёрных коней и лай ваших ужасных псов. Вы устилаете свой путь кровью и слезами. Вы убиваете, чтобы забрать души людей.

— Зачем нам ваши души?!

— Чтобы набраться сил, перед решающей схваткой с нечистью.

— А потом?

— Потом будет великая битва между нечистью и вами. Когда она закончится, то на мир снизойдёт покой. Если вы победите.

— А если нет?

— Вы не можете проиграть. Иначе мир опять погрузиться во тьму. Вы обязаны победить. И если убьют первых, то за ними придут другие твои братья. И так будет всегда, пока в Асперанорре не воцарится мир. Так гласит легенда.

— Час от часу не легче… А что делает король, когда приходят… Когда приходим мы?

— Ему неинтересны ни вы, ни те, с кем вы сражаетесь. Он живёт в своём мире. В его дворце есть специальные покои, где живёт дракон. Он охраняет нашего короля и от людей, и от нечисти.

— Погоди, дед! Ты хочешь сказать что мы убиваем людей, ради того, чтобы набраться сил и спасти людей? Бред какой-то…

— Да, поначалу вы слабы. И для того, чтобы обрести истинную силу, вам нужны души людей. Иначе нельзя. Не бывает мира без жертв. Вы творите беззаконие ради закона.

— Беззаконие ради закона?!

— Так написано на ваших щитах. Теперь ты понимаешь, почему мы так испугались, когда увидели тебя впервые?

— Догадываюсь… Извини, старик, но я должен побыть один. Мне надо подумать.

— Я поведал тебе всё, что знал сам. Теперь я готов.

— К чему? — не понял я. Потом сморщился. — Успокойся! Я уже сказал, что не собираюсь убивать, чтобы поглотить твою душу. Ни твою, ни твоей дочери. Если уж и придётся кого нибудь убить, то подберу другую кандидатуру. Какого-нибудь монаха, например. Всё равно они только и умеют, что жрать да пить.

6

Я так и не заснул. Лежал

до самого рассвета, уставившись в потолок и думал. Пытался понять, что же такое со мной произошло и главное: как теперь выбираться из всей этой истории? То, что с привычным миром можно попрощаться, это и так понятно. Не скажу, что я был очень расстроен. Нет в прошлом ничего такого, о чём стоило жалеть.

Так и размышлял, разглядывая бревенчатый потолок, пока первые лучи солнца не упали на разноцветье оконных переплётов. Всё, пора вставать. За стеной послышались шаркающие шаги деда. Да, пора вставать.

После нашего разговора, мы молча позавтракали. Словно и не было вчерашней беседы. Обычное утро. Холодное мясо, хлеб и неизвестные овощи, засоленные в бочках. Вместо привычного глотка кофе — горячий напиток из высушенных кореньев и трав. Не знаю что входит в его состав, но горьковатый напиток, приправленный доброй порцией мёда, бодрил не хуже кофе.

После завтрака мы занимались ежедневной работой и разговаривать было некогда. Лишь к обеду, когда уселись под навесом, чтобы перекусить, я нарушил молчание.

— Дед, скажи мне одну вещь. Эти твари, которых ты называешь оборотнями и вампирами. Что им мешает убить чёрных рыцарей? Поодиночке, пока те не обрели свою силу?

— Серж, ты требуешь от меня слишком много. Я не могу знать всех причин, — улыбнулся старик и огладил бороду. Кстати, у него очень хорошая улыбка. Добрая.

— Странно всё это.

— Я тебе говорил, что убивший одного из Чёрных Псов обрекает на смерть не только себя, но и весь свой род?

— Да, говорил.

— Вполне возможно, что это и есть та самая причина, из-за которой твари и боятся вас трогать. Боятся за своих близких.

— Близких?!

— Конечно. Несмотря на то, что их души пусты, а сердца наполнены грязью, им не чужды такие понятия как любовь и преданность.

— Погоди дед! — я поднял указательный палец. — Ты говоришь странные вещи. Эти твари готовы продать и убить любого! Неужели они способны любить?

— Любовь, это очень странное чувство, Серж. И многое ей подвластно. И даже эти твари, которые пьют кровь и питаются человечиной, способны идти на смерть, ради неё.

— Как относятся к нам драконы?

— Ваше появление, Серж, это символ слабости наших драконов. Поэтому, они с радостью прикончат одного из Чёрных Псов. Если подвернётся удобный случай, — дед хлебнул из кружки и усмехнулся. — У наших драконов, чтобы ты знал, жутко скверный и склочный нрав!

— Но ведь мы приходим, чтобы помочь им.

— А разве люди поступают иначе? Люди часто не любят тех, кто им помогает. По одной простой причине: помощники — это свидетели их слабости.

— Час от часу не легче…

Дед не ответил. Молча пожал плечами и продолжал жевать мясо, отрезая его маленькими ломтями от общего куска.