Прячась от света
Шрифт:
Или это Сара ненавидела его?
«Убей ведьму!»
Обхватив чашку обеими руками и поднося ее к губам, он заметил, что его руки дрожат.
– Спасибо за угощение. – Он быстро встал. – Боюсь, мне пора идти. У меня еще несколько визитов...
Эмма улыбнулась ему, и, не успев опомниться и подумать, он протянул руку и положил на ее ладонь.
– А пока до свидания, Эмма. Берегите себя.
Последней мыслью, когда он покидал ее дом, было: «Эта женщина – в смертельной опасности, и
47
Несколько часов спустя Линдси нашла Эмму расставляющей цветочные горшки в сарае. Она минуту молча наблюдала за ней, потом громко заявила о себе, стоя на пороге. Эмма буквально подпрыгнула от неожиданности.
– Простите, я не хотела вас пугать. – Линдси уселась на пыльную скамейку, поджав под себя ноги, и обхватила обеими руками колени. – Хотела еще раз с вами поговорить.
Сумрачный старый сарай, увешанный паутиной и «украшенный» засохшей грязью, был весьма тусклым обрамлением для ее живой красоты.
Эмма откинула волосы с лица и разглядывала свою гостью с неприязнью.
Линдси пожала плечами:
– Я помешала?
– Нет. Вы мне не мешаете. – Эмма принужденно улыбнулась. – Вообще-то я очень рада сделать маленькую передышку. Чем могу быть полезна?
– Слышала я, Божий человек меня ищет?
– «Божий человек»? – мрачно повторила Эмма. – Вы имеете в виду Майка?
– Он был на церковном дворе.
Эмма с любопытством изучала ее лицо.
– Откуда вы знаете?
– Знаю. И он забрал мои вещи. Или кто-то другой. Если только это не вы?
Эмма покачала головой.
– Значит, это был он, кто ж еще, – сказала Линдси. – Вы должны выяснить, что он с ними сделал.
– Я?! – удивилась Эмма.
– Кроме вас, я больше никого не знаю, кто бы с ним общался.
– А как же Алекс? – Эмма сняла рабочие перчатки и бросила их на скамейку.
– Алекса на церковном дворе не было. И вообще он никакого отношения к этому не имеет! – Линдси сощурила глаза. – Если бы не вы, господин Синклер тоже не вмешался бы!
– Пожалуй, так. – Вдруг Эмма почувствовала себя как-то не очень уверенно. – Майк сегодня был здесь. Беспокоился за вас.
– Еще бы! – Линдси была просто взбешена. – Нечего было приезжать сюда и совать свой нос, куда не следует!
– Почему мое появление здесь вас так сильно расстроило?
– Потому что вы слишком многое всколыхнули! – Линдси соскользнула со скамейки и пошла к двери, где немного постояла, глядя в сад, потом развернулась и взглянула на Эмму. – Вы разбудили прошлое!
– Мои ночные кошмары о прошлом... – нахмурилась Эмма. – Они такие страшные! Я не всегда их помню, но иногда они о Лизе.
Линдси сглотнула. Во рту у нее пересохло, и она глубоко вздохнула, пытаясь совладать с собой. Защита!
Эмма встала рядом с ней в дверях, глядя на запад, где странная, слишком яркая оранжевая полоска отражалась поверх облаков там, куда уже готово было закатиться солнце.
– Мне сегодня звонила мама, – задумчиво произнесла Эмма. – Раньше я этого не знала, но оказалось, что семья моей бабушки когда-то жила в «Оверли-Холл».
Линдси повернулась и с изумлением уставилась на нее.
– Там жили Беннеты, это семья моей мамы. Они владели «Оверли-Холл» триста лет, – сказала Линдси.
Эмма удивленно подняла брови:
– Моя бабушка была Элизабет Беннет!
Они молча смотрели друг на друга, и каждая искала в лице другой черты взаимного сходства. Голубые глаза смотрели в янтарные, черные волосы сравнивались с каштановыми. Обе женщины были хрупкого телосложения, среднего роста, но на этом их сходство заканчивалось. Острые черты лица Линдси, ее небольшой подбородок, высокие скулы даже отдаленно не напоминали прямой нос Эммы и ее овальное лицо.
– Полагаю, что мы с вами в какой-то степени кузины, – наконец произнесла Эмма.
Линдси не знала, что она в точности чувствовала. Ее ненависть была так же сильна, как прежде, и тем не менее это многое объясняло. Настойчивость Эммы, ее невосприимчивость к заклинанию, направленному на то, чтобы избавиться от нее. Возможно, Эмма почувствовала эту кровную связь между ними...
Эмма наблюдала за ней.
– По крайней мере, это означает, что я не совсем здесь чужая. – Она слабо улыбнулась. – Сегодня утром меня не пустили в тот дом, и пришлось любоваться через ограду!
– Лоусон вас выгнал? – Линдси пожала плечами. – После смерти единственного сына он немного свихнулся. С тех пор туда никого не пускают. Не принимайте на свой счет. Просто держитесь подальше от него... Полагаю, это объясняет, почему ваше появление все так взбудоражило. Я думала, может быть, это все из-за этих киношников, снимающих фильм о Хопкинсе. Но это не так. Причина в вас!
– Во мне? – Эмма почувствовала озноб. – Ничего не понимаю, но в августе я с ними встречалась... с киношниками.
– К сожалению, они возвращаются. – Линдси засунула большие пальцы рук в передние карманы джинсов. Она смотрела на дальнюю ограду, где появился кот Макс с высоко поднятым хвостом, важно инспектирующий свои владения. – Здесь всегда жили кошки, – рассеянно заметила она.
Эмма кивнула:
– Им здесь нравится. После Лондона для кошек тут просто рай.
– Еще бы! – Пафос Линдси был явно не в пользу Лондона.
– В магазине бродит призрак Мэтью Хопкинса? – продолжала свою мысль Эмма.